www.allpravo.ru
   Дипломные
Заказать дипломную О коллекции дипломных
Рекомендации по написанию Пополнить коллекцию

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:


Версия для печати

Морское право

Дипломные
Ответственность по договору аренды морского транспорта (глава работы) (автор: Юлия Скорнякова)
<< Назад    Содержание   
§2. Внедоговорная ответственность

В п.2 ст.204 КТМ РФ косвенной форме установлена ответственность фрахтователя за вред, причиненный судну, когда такой вред выходит за рамки нормального износа.

Согласно ст.207 КТМ РФ фрахтователь не несет ответственность за убытки, причиненные спасанием, гибелью или повреждением зафрахтованного судна, если не доказано, что убытки причинены по вине фрахтователя. В соответствии со ст.220 КТМ РФ убытки, причиненные спасанием, гибелью или повреждением судна, несет фрахтователь, если не докажет, что убытки причинены не по его вине.

Как следует из ст.207 КТМ РФ наличие вины фрахтователя не предполагается, оно должно быть в каждом конкретном случае доказано как условие ответственности. И, наоборот, по ст.220 КТМ РФ предполагается, что фрахтователь виновен, если не доказано иное. Таким образом, в зависимости от того, заключен ли между сторонами тайм-чартер или бербоут-чартер, обязанность доказывания отсутствия вины может быть возложено как на судовладельца, так и фрахтователя.

Отсутствие вины (умысел или неосторожность) фрахтователя, может быть вызвано тем, что убытки произошли по вине самого судовладельца, например вследствие неприведения им судна в мореходное состояние к моменту передачи его фрахтователю.

Спасание, повреждение или гибель зафрахтованного судна могут быть также вызваны действиями третьих лиц или любыми другими случайными обстоятельствами, обусловливающими такую ситуацию, при которой фрахтователь не мог и не должен был предотвращать причинение убытков. Освобожден фрахтователь от ответственности и в случае причинения вреда вследствие непреодолимой силы.

Заметим, что на практике стороны могут договориться о фрахте судна в состоянии требующем ремонта и обеспечения мореходности судна, включая осуществление его текущего и капитального ремонта. В таком случае определение вины по ст.207 КТМ РФ осуществляется с особенностями указанными в договоре. Приведем пример из практики:

«Федеральный Арбитражный суд Дальневосточного округа при участии от ответчика: Чобитько Б.Н. - адвокат, рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества "Магаданская судоходно-промышленнная компания" на решение от 08.10.2002, постановление от 06.12.2002 по делу N А37-1579/02-1/4 Арбитражного суда Магаданской области по иску Комитета по управлению государственным имуществом по Магаданской области к закрытому акционерному обществу "Магаданская судоходно-промышленная компания", 3-е лицо: закрытое акционерное общество "Магаданский морской рыбный порт" о взыскании 1624958 руб. 36 коп.

Комитет по управлению государственным имуществом по Магаданской области обратился в Арбитражный суд Магаданской области с иском о взыскании с закрытого акционерного общества "Магаданская судо- ходно-промышленная компания" (далее компания) 48577 рублей 23 копеек арендной платы по договору аренды N 61 от 13.05.1997, 6381 рубля 13 копеек пени за просрочку ее перечисления, 1570000 рублей убытков в связи с кораблекрушением судна.

В качестве третьего лица к участию в деле привлечено закрытое акционерное общество "Морской рыбный порт".

Решением суда от 08.10.2002 иск удовлетворен в полном объеме.

Принимая его, первая инстанция установила основной долг и просрочку со стороны ответчика, как арендатора по договору аренды N 61 от 13.05.1997, перечисления арендной платы. Также суд признал компанию виновной в гибели арендованного судна, в связи с чем за счет ответчика возмещены истцу убытки в размере рыночной стоимости имущества.

Постановлением апелляционной инстанции от 06.12.2002 решение от 08.10.2002 изменено, с ответчика взыскано 48577 рублей 23 копейки, 6318 рублей 13 копеек пени, 1139937 рублей 54 копейки убытков. Во взыскании 430062 рублей 46 копеек отказано.

Отклоняя частично иск, вторая инстанция указала на недоказанность истцом размера реального ущерба в связи с гибелью судна. В остальной части иск удовлетворен по мотивам, изложенным в решении.

Правильность судебных актов проверяется кассационной инстанцией в порядке статей 274, 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению ЗАО "Магаданская судоходно-промышленная компания", где ставится вопрос об их отмене как незаконных и направлении дела на новое рассмотрение.

Заявитель полагает, что арендная плата судом взыскана ошибочно, так как судно в этот период находилось в немореходном состоянии, и его эксплуатация была не возможной. В части взыскания убытков, по его утверждению, судом неверно определена стоимость погибшего судна, без учета ряда обстоятельств, в частности длительного срока его эксплуатации.

КУГИ Магаданской области доводы жалобы отклонил по мотивам, изложенным в своем отзыве.

Проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, кассационная инстанция находит жалобу безосновательной.

Между КУГИ Магаданской области (арендодатель), ЗАО "Морской рыбный порт" (балансодержатель) и ЗАО "Магаданская судоходно-промышленная компания" (арендатор) заключался договор аренды N 61 от 13.05.1997 во исполнение которого арендатору по акту приемо-передачи от 02.06.1997 во временное пользование передавался находящийся в реестре федеральной собственности самоходный плашкоут пассажирский СПП-11, 1983 года выпуска балансовой стоимостью 1139937 рублей (деноменированные).

Согласно акта от 02.06.1997, акта технической оценки от 23.05.1997 судно принималось арендатором в состоянии, требующем заводского и докового ремонта, и его дооборудования для обеспечения безопасности мореплавания.

Арендную плату в размере 139072 рублей 38 копеек с амортизационными отчислениями в год, компания обязывалась оплачивать за квартал вперед до десятого числа первого месяца оплачиваемого квартала (пункт 5.3.2. договора, Приложение N 2). В пункте 7.1.1 договора за нарушение этого обязательства предусмотрена ответственность в виде 0,5 пени от суммы долга за каждый день просрочки.

Дополнительным соглашением к договору от 1998 года арендатору предоставлялась возможность осуществления всех видов ремонтов для поддержания судна в мореходном состоянии. Сумма затрат на капитальный ремонт, подтвержденных регистром, подлежала зачету в счет предстоящих арендных платежей по согласию сторон на основании акта сверки.

В соответствии с данным дополнительным соглашением и ст. 644 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик в мае 1998 года произвел ремонт судна, одобренного регистром на общую сумму 322455 рублей 47 копеек, которая Комитетом была зачтена в счет предстоящих арендных платежей до июля 2000 года.

Спорное судно находилось в пользовании компании до ноября 2000 года без перечисления арендной платы. 30.11.2000 с судном, находящимся в Охотском море произошло кораблекрушение, приведшее к гибели людей, судна и груза.

Поскольку ответчик в порядке ст. 65 АПК РФ не представил доказательств перечисления арендных платежей за период с 10.10.2000 по 30.11.2000 или проведения в счет их ремонта судна арбитражный суд правомерно взыскал с компании 48577 рублей 23 копейки основного долга и 6381 рубль 13 копеек пени применив статьи 307, 309, 614 ГК РФ, ст. 221 КТМ РФ, пункт 7.1.1 договора аренды N 61 от 13.05.1997.

Ссылка кассационной жалобы на исключение с 10.05.2000 судна СПП-11 из Реестра судов Морского регистра как не отвечающего требованиям, предъявляемым морским судам, не может быть принята во внимание.

Несмотря на это исключение из реестра, ответчик не возвратил в порядке ст. 622 ГК РФ, п. 2 ст. 218 КТМ РФ арендодателю судно, и продолжал его дальнейшею эксплуатацию. Данное обстоятельство в частности зафиксировано заключением по случаю кораблекрушения СПП-11 установившей на момент аварии перевозку на судне груза.

Поэтому арендодатель (судовладелец) в данном случае вправе ставить вопрос о внесении арендной платы за все время просрочки на основании п. 2 ст. 622 ГК РФ, п. 3 ст. 221 КТМ РФ.

Так же не освобождает арендатора от внесения арендной платы и то обстоятельство, что на момент передачи судну требовался ремонт.

Ответчик не отказался в порядке ст. 612 ГК РФ от аренды и принял имущество. Исходя из условий договора аренды N 61 от 13.05.1997 и дальнейшего поведения сторон видно, что возможность передачи в таком состоянии арендованного имущества предусматривалась сторонами, и обеспечение мореходности судна, включая осуществление его текущего и капитального ремонта возлагалась на арендатора в соответствии со ст. 644 ГК РФ.

Статья 216 КТМ РФ, на которую указывает компания, не может в данном случае применяться, так как соглашением сторон предусмотрено иное (ст. 212 КТМ РФ).

В части взыскания ущерба в связи с гибелью судна, судом была установлена вина руководства компании в их причинении.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле документы, представленные сторонами, апелляционная инстанция пришла к выводу о необходимости взыскания убытков в размере равному балансовой стоимости погибшего судна - 1139437 рублей 54 копейки, согласно статьям 15, 393 ГК РФ.

При этом суд второй инстанции отклонил утверждение истца и отчет об оценке N 92 от 10.11.2001 рыночной стоимости имущества в размере 1570000 рублей как неподтвержденные надлежащим образом.

Данный размер убытков, определенный судом при рассмотрении дела, не подлежит переоценке в кассационной инстанции на основании пункта 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, постановление от 06.12.2002 является законным и соответствует обстоятельствам дела.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа постановил:

Постановление от 06.12.2002 Арбитражного суда Магаданской области по делу N А37-1579/02-1/4 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения»[1].

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос вины служащих судовладельца или фрахтователя. Кто в таком случае несет ответственность за гибель судна?

Вина служащих должника рассматривается как собственная вина судовладельца или фрахтователя. Как отмечает Г.Г. Иванов, что касается вины капитана и других членов экипажа, то в случае, когда в процессе коммерческой эксплуатации тайм-чартерного судна причиняется вред по вине капитана и других членов экипажа, выполняющих распоряжения фрахтователя в отношении коммерческой эксплуатации судна, фрахтователь не освобождается от ответственности в соответствии со ст.207 КТМ РФ. Вред может наступить, например, в результате выполнения распоряжений фрахтователя о направлении судна в порт или ненадлежащего производства погрузочно-разгрузочных работ, о неправильной укладке груза и т.д. Поскольку в навигационно-техническом отношении экипаж судна, зафрахтованного в тайм-чартере, подчинен судовладельцу, фрахтователь не несет ответственности за вред, причиненный судну вследствие его навигационно-технической эксплуатации (например, столкновения судов, посадки на мель, взрыва котлов)[2].

Таким образом, за гибель или повреждение судна фрахтователь отвечает лишь при наличии вины. В тоже время необходимо учитывать, что в том случае, если судовладелец понес убытки по иным причинам, например в результате ареста судна, направленного фрахтователем в порт, в который оно не должно было заходить по условиям договора, правила ст.207 КТМ РФ не применяются. В этом случае при отсутствии в договоре соответствующих положений фрахтователь несет ответственность за причиненные убытки по нормам общегражданского законодательства.

На практике нередко возникает вопрос оценки судна в целях возмещения его стоимости в результате гибели. Приведем пример из практики:

«Комитет по управлению госимуществом Хабаровского края обратился в арбитражный суд Хабаровского края с иском к АОЗТ "Компания Содружество" о применении последствий недействительности договора N Ф-001/94 от 14.03.94 г. о Фрахтовании судна БМРТ "Каргат" и взыскании 3188444000 рублей стоимости судна.

В заседании суда первой инстанции в процесс вступило третье лицо - ОАО "Морские ресурсы" - заявившее самостоятельные требования на предмет спора - о взыскании 3188443000 рублей.

Решением от 24.06.97 г. по делу N А73-3180/30-97 иск Комитета по управлению госимуществом Хабаровского края удовлетворен. С ответчика в пользу ОАО "Морские ресурсы" взыскано 3188443000 рублей.

В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

Не согласившись с принятым по делу решением, ответчик в кассационной жалобе просит его отменить, как принятое с нарушением норм материального права. Заявитель в обоснование жалобы указал, что возмещению подлежит цена судна, определенная сторонами на момент заключения договора - 550000000 рублей. Кроме того, арендатором произведены улучшения арендованного имущества на сумму 550000000 рублей, которые подлежат взысканию с арендодателя.

Истец и ОАО "Морские ресурсы" отзывов на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы жалобы и дал подробные пояснения по ее существу.

Представитель Комитета по управлению госимуществом Хабаровского края и ОАО "Морские ресурсы" считает решение и постановление законными и обоснованными.

Изучив материалы деда, доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав представителей лиц, участвующих в деле в заседании суда, кассационная инстанция оснований для отмены принятого по делу решения не усматривает.

Из материалов дела следует, что между ОАО "Морские ресурсы" и АОЗТ "Компания Содружество" заключен договор N А-001/94 от 15.03.94 г. о фрахтовании судна, в соответствии c которым ответчику был передан на условиях "бербоут-чартер" БМРТ "Каргат".

Решением арбитражного суда Хабаровского края от 25.11.96 по делу N А73-8194/15-96 договор аренды признан недействительным на основании ст. 168 ГК РФ, вследствие чего произведена двусторонняя реституция. АОЗТ "Компания Содружество" была обязана вернуть судно владельцу.

Ответчик решение суда не исполнил. 20.12.96 г. на судне возник пожар и оно затонуло, в связи с чем истец просит возместить его стоимость в размере 3188443000 рублей.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах.

Материалами дела подтверждается факт гибели судна, переданного ответчику по договору от 15.03.94 г.

Поскольку возможность возвратить полученное по договору от 15.03.94 г. имущество утрачено, ответчик обязан возместить владельцу судна его стоимость.

Из отчета оценки рыночной стоимости БМРТ "Каргат", представленного Дальневосточным региональным центром оценки инвестиций, бизнеса, недвижимости следует, что стоимость судна составляет на 01.12.96 г. 3188443000 рублей.

Оценка проведена в соответствии со "Стандартами профессиональной деятельности в области оценки недвижимого имущества" и не вызывает у суда сомнений. Доказательств, опровергающих правильность сделанной оценки судна ответчиком и другими лицами, участвующими в деле, не представлено.

Довод ответчика о том, что при приведении сторон в первоначальное положение по договору фрахтования следует возвратить ОАО "Морские ресурсы" сумму стоимости судна, определенную в договоре - 550000000 рублей, необоснован, поскольку при применении последствий недействительности сделки следует учитывать фактическую стоимость переданного имущества.

Решением арбитражного суда Хабаровского края от 25.11.96 по делу N А73-8194/15-96, постановлением апелляционной инстанции от 22.01.97 г. по тому же делу установлено, что стоимость БМРТ "Каргат" 550000000 рублей, указанная в договоре, занижена, по состоянию на конец 1995 г. балансовая стоимость судна составила 14644923940 рублей. Указанные судебные акты приняты в отношении лиц, участвующих в данном споре, вступили в законную силу и обстоятельства, установленные ими, имеют преюдициальное значение для рассмотрения данного дела в силу ст. 58 АПК РФ.

Не могут быть приняты во внимание требования ответчика о взыскании с арендодателя по договору суммы 550000000 рублей, составляющие стоимость ремонта БМРТ "Каргат". Указанное требование является встречным по отношению к рассматриваемому иску, а возможность предъявления - встречного иска ограничена ст. 110 АПК РФ моментом принятия решения. Кроме того, стоимость ремонта судна, в соответствии со ст. 15 ГК РФ, квалифицируется как убытки для ответчика, а при признании сделки недействительной в силу ст. 168 ГК РФ, возмещение убытков, причиненных стороне, законодательством не предусмотрено.

Необоснован довод ответчика о возможности применения ст. 623 ГК РФ к правоотношениям сторон, поскольку данной статьей предусмотрена возможность возмещения арендатору стоимости произведенных улучшений арендованного имущества только в случае прекращения договора, но не признания его недействительным.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения кассационной жалобы у суда не имеется.

Поскольку при принятии кассационной жалобы к производству ответчику предоставлялась отсрочка уплаты госпошлины по кассационной жалобе, госпошлина подлежит взысканию с АОЗТ "Компания Содружество" в доход Федерального бюджета в сумме 13471108 рублей, в порядке ст. 95 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 95, 174-177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа постановил:

Решение арбитражного суда Хабаровского края от 24.06.97 г. по делу N А73-3180/30-97 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с расчетного счета акционерного общества закрытого типа "Компания Содружество" в доход федерального бюджета госпошлину по кассационной жалобе в сумме 13771108 рублей»[3].

Таким образом, при взыскании стоимости погибшего судна должна учитываться балансовая стоимость.

Рассмотрим особенности ответственности просрочку уплаты фрахта и несвоевременный возврат судна.

В соответствии с п.3 ст.204 КТМ РФ, при несвоевременном возврате судна фрахтователь уплачивает за задержку судна по ставке фрахта, предусмотренной тайм-чартером, или по рыночной ставке фрахта, если она превышает ставку фрахта, предусмотренную тайм-чартером.

Всякая задержка с выплатой арендной платы дает судовладельцам право на получение процентов по ставке годовых согласно договору. Если в договоре размер процентов не предусмотрен, то по существующей рыночной ставке в той стране, где расположена главная контора судовладельцев (п10 Бэркон 89).

Действующее законодательство устанавливает возможность изъятия судна у фрахтователя в случае существенной задержки уплаты фрахта. Согласно п.2 ст.208 КТМ РФ в случае просрочки фрахтователем уплаты свыше четырнадцати календарных дней судовладелец имеет право без предупреждения изъять судно у фрахтователя и взыскать с него причиненные такой просрочкой убытки.

Аналогичное правило содержится в проформах, однако с более строгим сроком. При неуплате аренды в течение свыше семи последовательных дней, судовладельцы вправе вывести судно из работы у фрахтователей, не подавая никаких протестов и без вмешательства со стороны какого-либо судебного органа или каких-либо других формальностей, и будут - без ущерба для других претензий, которые судовладельцы могут по иному поводу предъявить фрахтователям по условиям данного чартера - иметь право на возмещение ущерба в отношении всех расходов и убытков, понесенных в результате неуплаты фрахтователями арендной платы и последовавшим за этим выводом судна из аренды (п.10 Бэркон 89).

В проформе Балтай продолжительность просрочки фрахтователя в уплате фрахта не указана, хотя само право на изъятие судна предусмотрено (п.6 Балтайм). Это дает основания судовладельцу при использовании одной из этих проформ отозвать судно сразу же по неуплате фрахта в срок.

В этой связи подчеркнем, что ст.222 КТМ РФ устанавливает недопустимость изъятия судна по договору бербоут-чартера с условием выкупа судна. Судовладелец не вправе изъять судно у фрахтователя в случае просрочки уплаты фрахта свыше четырнадцати календарных дней, если такая просрочка вызвана обстоятельствами, не зависящими от фрахтователя, но вправе взыскать с фрахтователя причиненные просрочкой убытки.

Отметим, что закон устанавливает также ответственность судовладельца за любые недостатки выкупленного фрахтователем судна, в том числе за скрытые недостатки, если фрахтователь докажет, что такие недостатки возникли до передачи ему судна или по возникшим до его передачи причинам (ст.224 КТМ РФ).

В заключение остановимся на вопросе ареста морских судов находящихся в аренде. В этой связи необходимо выделить Международную конвенцию об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов (Брюссель, 10 мая 1952 г.)[4]. Также можно выделить Конвенцию о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам (Лугано, 16 сентября 1988 г.) Российская Федерация не является участницей данной конвенцией, однако, конвенция применяется в международной практике.

В соответствии с п.4 ст.3 Международной конвенции об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов, если при фрахтовании судна на условиях бербоут-чартера фрахтователь, а не зарегистрированный собственник, несет ответственность по морскому требованию в отношении такого судна, лицо, имеющее требование, может арестовать это судно или другое судно, находящееся в собственности фрахтователя, в соответствии с положениями настоящей Конвенции, однако никакое другое судно, являющееся собственностью зарегистрированного собственника, не может быть арестовано по таким морским требованиям. Положения настоящего пункта применяются к любому случаю, когда лицо, иное, чем зарегистрированный собственник судна, несет ответственность по морскому требованию в отношении такого судна.

Согласно ст.4 Конвенции судно может быть арестовано только на основании решения суда или другой компетентной судебной власти Договаривающегося Государства, в котором налагается арест.

Приведем пример из информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 августа 2004 г. №81 "Обзор практики применения арбитражными судами Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации"[5]: «Грузополучатель подал в арбитражный суд заявление о наложении ареста на морское судно в порядке принятия предварительных обеспечительных мер по морскому требованию в связи с возникшими у грузополучателя требованиями к перевозчику, связанными с утратой перевозимого на судне груза.

Суд первой инстанции заявление удовлетворил и вынес определение об аресте указанного судна.

Перевозчик - иностранная компания, являвшаяся фрахтователем арестованного морского судна по договору бербоут-чартера, - обжаловала определение суда первой инстанции в апелляционном порядке, указав на то, что в соответствии с частью 2 статьи 90 АПК РФ обеспечительные меры принимаются судом, если непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта, а также в целях предотвращения причинения значительного ущерба заявителю.

Как следует из заявления грузополучателя об аресте судна, необходимость принятия данной обеспечительной меры обоснована тем, что в случае ее непринятия при удовлетворении требования грузополучателя исполнение решения суда будет затруднено, так как перевозчик не имеет никакого имущества в Российской Федерации. Арестованное судом судно, в связи с перевозкой груза на котором у грузополучателя возникли требования к иностранной компании, как на момент возникновения этих требований, так и на момент ареста эксплуатировалось последней по договору бербоут-чартера, то есть иностранная компания является лишь арендатором судна. Поэтому даже если требования грузополучателя к иностранной компании будут в последующем удовлетворены, они в соответствии с нормами российского законодательства не могут быть удовлетворены за счет этого судна.

Суд апелляционной инстанции оставил апелляционную жалобу без удовлетворения, определение суда первой инстанции - без изменения, мотивируя следующим.

В соответствии с Федеральным законом от 6 января 1999 г. Российская Федерация присоединилась к Конвенции об аресте морских судов. Как указано в пункте 1 статьи 8 Конвенции, ее положения применяются к любому судну, плавающему под флагом договаривающегося государства, в пределах юрисдикции любого договаривающегося государства. Поскольку судно, об аресте которого ходатайствовал заявитель, плавает под флагом государства-участника Конвенции, арбитражный суд, налагая арест на это судно, должен был руководствоваться правилами АПК РФ в той мере, в какой иные правила не установлены этой Конвенцией.

В силу пункта 4 статьи 3 Конвенции об аресте морских судов, если при фрахтовании судна на условиях бербоут-чартера фрахтователь, а не зарегистрированный собственник несет ответственность по морскому требованию в отношении такого судна, то по ходатайству лица, имеющего морское требование, суд в соответствии с положениями Конвенции может арестовать это судно или другое судно, находящееся в собственности фрахтователя. Однако никакое другое судно, являющееся собственностью зарегистрированного собственника, не может быть арестовано по таким морским требованиям.

Ходатайство об аресте судна заявлено в связи с требованием, возникшим из перевозки груза на этом судне. Согласно условиям договора морской перевозки груза, заключенного иностранной компанией от своего имени, именно она, являясь фрахтователем судна по бербоут-чартеру, а не его зарегистрированный собственник несет ответственность перед грузополучателем за утрату принятого к перевозке груза».

Как видно из пример, арест данного морского судна осуществлен судом правомерно. Поскольку судно, об аресте которого в порядке принятия обеспечительных и предварительных обеспечительных мер ходатайствует заявитель, плавает под флагом государства-участника Международной конвенции об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов, 1952 г., арбитражный суд при принятии определения об аресте судна руководствовался правилами этой Конвенции.

В подтверждение своих требований к аресту судна компания- истец должна предоставить доказательства того, что компания - ответчик по морскому требованию - является фрахтователем или собственником судна. Приведем пример из практики:

«Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассмотрел протест заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации на определение от 20.05.02 Арбитражного суда Калининградской области по делу N А21-3302/02-С2.

Заслушав и обсудив доклад судьи, Президиум установил следующее.

Закрытое акционерное общество "Судостроительное предприятие "Янтарь" (далее - предприятие) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с ходатайством о наложении на судно "Лунденес" ареста в обеспечение морского требования на сумму 102 372,1 доллара США, возникшего из контракта от 31.07.2000 N 00131/00 на ремонт судна "Henriette", заключенного предприятием и норвежской компанией "International Docking Service AS" (далее - компания).

Определением от 20.05.02 суд удовлетворил ходатайство и наложил арест на судно "Лунденес" до предоставления ответчиком иного достаточного обеспечения требования в виде гарантии из банка или страховщика в размере, согласованном сторонами, до рассмотрения дела по существу; срок для предъявления исковых требований не установил.

Определением от 05.06.02 апелляционная жалоба другой норвежской компании ("Skipsaksjeselsrapet Polaris") возвращена как поданная лицом, не участвующим в деле.

В определении от 21.08.02 суд установил срок (25.10.02) для представления доказательств обращения предприятия с исковым заявлением в компетентный суд.

Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа определением от 27.09.02 отказал компании "Skipsaksjeselsrapet Polaris" в восстановлении пропущенных сроков для подачи кассационных жалоб на определения от 20.05.02 и 05.06.02.

Суд апелляционной инстанции неправомерно возвратил жалобу компании "Skipsaksjeselsrapet Polaris" на незаконный арест судна как поданную лицом, не участвующим в деле, поскольку арбитражный суд рассматривал не исковое заявление, а только заявление о применении предварительных мер, направленных на обеспечение имущественных интересов предприятия до предъявления иска, однако фактически принял судебный акт о правах и обязанностях названной компании.

В протесте заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации предлагается определение от 20.05.02 отменить.

Президиум считает, что протест подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Международной конвенции об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов, от 10.05.1952 года, участницей которой является Российская Федерация, лицо, имеющее морское требование, может арестовать или конкретное судно, в отношении которого возникло морское требование, или любое другое судно, принадлежащее лицу, которое на момент возникновения морского требования было собственником конкретного судна.

Согласно пункту 2 статьи 3 Конвенции суда будут считаться имеющими одного и того же собственника, когда все доли собственности будут принадлежать одному и тому же лицу или одним и тем же лицам.

Как указано в пункте 4 статьи 3 Конвенции, в случае фрахтования судна с передачей полного управления им, когда фрахтователь один отвечает по морскому требованию, относящемуся к этому судну, истец может наложить арест на данное судно или на любое другое судно, принадлежащее такому фрахтователю, с соблюдением постановлений настоящей Конвенции, но никакое другое судно, принадлежащее собственнику, не может быть подвергнуто аресту в силу этого морского требования.

Из материалов дела усматривается, что морское требование возникло в связи с ремонтом судна "Henriette", владельцем которого является компания "P/R Odd Wagle ANS".

Суд наложил арест на судно "Лунденес", неправильно определив компанию "International Docking Service AS" как его владельца на основании лишь заявления предприятия и контрактов на ремонт судов "Henriette" и "Лунденес", в которых судовладельцем именовалась указанная компания.

Между тем владельцем судна "Ленденес", зарегистрированным в регистре торгового флота Гибралтара, значится компания "Skipsaksjeselsrapet Polaris". В подтверждение этому представлена копия Сертификата британского регистра с нотариально заверенным переводом на русский язык и апостилем.

Суду не было представлено доказательств, что компания - ответчик по морскому требованию - является фрахтователем или собственником судна.

При таких обстоятельствах суд вопреки требованиям статьи 3 Конвенции неправомерно наложил арест на судно "Лунденес".

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 187-189 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации постановил:

определение от 20.05.02 Арбитражного суда Калининградской области по делу N А21-3302/02-С2 отменить.

В удовлетворении требования закрытого акционерного общества "Судостроительное предприятие "Янтарь" о наложении ареста на судно "Лунденес" отказать»[6].

Таким образом, арест морского судна неправомерен, так как суду не было представлено доказательств, что ответчик по морскому требованию является фрахтователем или собственником судна.



[1] Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 25 февраля 2003 г. N Ф03-А37/03-1/174

[2] Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / Под ред. Г.Г.Иванова. - М.: Спарк, 2000. – с.231.

[3] Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 2 октября 1997 г. N Ф03-А73/97-1/936

[4] Международная конвенция об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов (Брюссель, 10 мая 1952 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. - 6 сентября 2004г. - №36. - Ст.3652.

[5] Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 августа 2004 г. №81 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. - 2004 г. - №10.

[6] Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 ноября 2002 г. №9284/02 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. - 2003г. - №4.

<< Назад    Содержание   




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100