www.allpravo.ru
   Дипломные
Заказать дипломную О коллекции дипломных
Рекомендации по написанию Пополнить коллекцию

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:


Версия для печати

Гражданское право, авторское право

Дипломные
Банкротство коммерческих предприятий
<< Назад    Содержание    Вперед >>
2.2. Институт несостоятельности (банкротства) и уголовное право

Перечень преступлений, связанных с банкротством, не ограничивается такими деяниями, как сокрытие имущества при банкротстве или в его предвидении, неправомерное удовлетворение требований кредиторов и т.д. (ст. 195 Уголовного кодекса (УК) РФ). Еще одним уголовно наказуемым нарушением законодательства о несостоятельности является преднамеренное банкротство, признаки которого описаны в ст. 196 УК РФ.

Категорией преднамеренного банкротства оперирует и Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Причем содержание данного термина он не раскрывает, давая, тем не менее, в ст. 24 возлагает на арбитражного управляющего обязанность выявлять факты преднамеренного банкротства, в статье 29 такая обязанность возлагается на исполнительные органы власти всех уровней, которые ведают вопросами банкротства и финансового оздоровления и, наконец в статье 50 Арбитражный суд может назначить экспертизу на предмет выявления фактов преднамеренного и фиктивного банкротства.

Устанавливая в уголовном законе строгое наказание за данное преступление (вплоть до шести лет лишения свободы, не говоря о санкциях в виде штрафа в размере от 500 до 800 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ) и др.), законодатель указал, в чем состоит собственно преступное действие, какие последствия оно должно влечь, кем это действие может быть в принципе совершено и каково должно быть отношение лица к совершаемому им нарушению для того, чтобы суд признал деяние преступлением.

Действия, в которых заключается преднамеренное банкротство, определены в Уголовном кодексе как создание или увеличение неплатежеспособности коммерческой организации или индивидуального предпринимателя. Таким образом, ключевым здесь является категория неплатежеспособности, которая в Законе 2002 г., к сожалению, вообще не использует. Однако анализ законодательства и судебной практики позволяет утверждать, что под неплатежеспособностью понимается невозможность лица рассчитаться по своим денежным обязательствам при том, однако, что стоимость имеющегося у него имущества может, тем не менее, превышать сумму его долгов.

Неплатежеспособность является признаком банкротства, но ее наступление в то же время еще не означает, что лицо признано (объявило себя) банкротом. Неплатежеспособность возникает, как следует из смысла ст. 3 Закона 2002 г., по истечении трех месяцев с момента наступления даты исполнения денежных обязательств. Получается, что создавать неплатежеспособность можно до этого срока, а увеличивать после.

Как пишут исследователи проблем экономической преступности профессора Л.Д.Гаухман и С.В.Максимов, «создание неплатежеспособности представляет собой совершение действия или бездействие, приведшие коммерческую организацию или индивидуального предпринимателя, являвшихся ранее платежеспособными, к неплатежеспособности, а увеличение неплатежеспособности совершение действия или бездействие, приведшие коммерческую организацию или индивидуального предпринимателя, ставших неплатежеспособными ранее, к еще большей неплатежеспособности».[1]

Следует признать, что законодатель избрал не самые удачные термины для обозначения преступных действий, чем вызвал противоречия в их толкованиях. Например некоторые авторы полагают, что «создание неплатежеспособности означает, что платежеспособная организация становится банкротом единственно в результате действий (бездействия) виновного. Увеличение неплатежеспособности означает, что банкротство является следствием как действий (бездействия) виновного, так и ряда других обстоятельств или действий других лиц».[2]

При расследовании уголовных дел возникает вопрос о том, можно ли назвать неплатежеспособностью такое состояние должника, когда он не платит более трех месяцев по долгам, однако средства у него все же имеются. Ответ заключается в том, что, как пишет заместитель Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ В.В.Витрянский, «согласно смыслу положений законодательства о банкротстве, неспособность юридического лица погасить свои обязательства перед кредиторами презюмируется самим фактом неисполнения финансовых обязательств перед контрагентами, бюджетом и т.д. Следовательно, раз не платишь значит, неплатежеспособен, пусть даже деньги у тебя есть».[3]

Для признания указанных действий преступными необходимо, чтобы они повлекли, как установлено в ст. 196 УК РФ, крупный ущерб либо иные тяжкие последствия. Определения «крупного» ущерба законодатель не дал, и потому правоприменитель в известном смысле свободен в трактовке этого термина. Отделение же иных последствий от ущерба позволяет заключить, что последствия эти носят нематериальный характер.

К перечню тяжких последствий материального и иного характера как признаков преднамеренного банкротства авторитетные комментаторы норм об экономических преступлениях относят значительные убытки либо крах организаций-кредиторов умышленно обанкротившегося лица, неуплату налогов, нарушение трудовых прав работников обанкротившейся фирмы (потеря ими работы, невыплата зарплаты и т.п.), прекращение выпуска необходимой для региона продукции и др. Некоторые исследователи, в частности, названные выше, относят к тяжким последствиям преднамеренного банкротства даже психическое заболевание либо самоубийство кредитора.

В статье 196 УК РФ говорится о специальном субъекте преступления. Этим субъектом является руководитель, собственник коммерческой организации либо индивидуальный предприниматель. Другими словами, лицо, которое соответствующим образом охарактеризовать нельзя, в принципе не может совершить преднамеренное банкротство.

Согласно ст. 93 Закона 2002 г., в ходе такой связанной с неплатежеспособностью организации процедуры банкротства, как внешнее управление, руководитель должника отстраняется от должности, управление делами возлагается на внешнего управляющего, прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника унитарного предприятия. Таким образом, эти прямо названные в уголовном законе специальные субъекты в принципе не смогут выполнить преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ. Однако следует помнить, что внешнему управляющему, умышленно увеличивающему неплатежеспособность организации, грозит все та же ст. 201 УК РФ.

Особую роль в признании содеянного преступлением уголовный закон отводит элементам субъективной стороны преступления, т.е. психическому отношению лица к совершаемому им правонарушению. Банкротство расценивается как преднамеренное в случае, если создание или увеличение неплатежеспособности, повлекшее тяжкие последствия, происходит умышленно и, кроме того, делается это в личных интересах нарушителя или интересах иных лиц. Данное установление вполне обоснованно, если иметь в виду, что тот же руководитель может привести возглавляемую им организацию к состоянию неплатежеспособности и неумышленно, пусть даже в результате грубых упущений, ошибок, очевидной экономической безграмотности, посчитав проводимые им финансовые или торговые операции прибыльными. В последнем случае закон привлекать лицо к уголовной ответственности не разрешает.

Ещё одним составом преступления, связанным, согласно прямому указанию законодателя, с несостоятельностью, является фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ). Отличие данного преступления от обсуждавшихся нами ранее неправомерных действий при банкротстве (ст. 195 УК РФ) и преднамеренного банкротства (ст. 196 УК РФ) заключается в том, что по ст. 197 УК РФ к ответственности привлекают в ситуации, когда «материальных" признаков несостоятельности нет. О них лишь ложно заявляется.

Уголовный кодекс понимает под фиктивным банкротством заведомо ложное объявление руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности в целях введения в заблуждение кредиторов для получения отсрочки или рассрочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно для неуплаты долгов, если это деяние причинило крупный ущерб. Максимальное наказание за такие действия шесть лет лишения свободы и штраф до 100 МРОТ или в размере дохода осужденного за один месяц.

Некоторые юристы заключают, что преступным считается только обращение должника в суд с обманным утверждением о несостоятельности. Добровольное же объявление руководителя организации-должника о банкротстве эти правоведы к уголовно наказуемому фиктивному банкротству не относят.

Тем не менее, разное понимание фиктивного банкротства в уголовном законе и законодательстве о банкротстве представляется вполне очевидным. Поэтому возникает проблема разрешения сложившегося противоречия, или, применительно к практическим нуждам следствия и суда, вопрос о том, каким определением пользоваться при привлечении к уголовной ответственности?

Для разрешения противоречия следует иметь в виду правило, согласно которому юридический термин употребляется в Уголовном кодексе в том же значении, что и в законодательстве, устанавливающем защищаемые нормами уголовного права отношения (банковском, налоговом, таможенном, о банкротстве и др.), только в том случае, если УК РФ не определяет тот или иной термин по-своему. Поскольку категория фиктивного банкротства в уголовном законе имеет собственное содержание, то неуголовно-правовая дефиниция учитываться не должна. Сказанное означает, что преступление, предусмотренное ст. 197 УК РФ, может быть совершено не только путем подачи заявления в суд, но и посредством добровольного объявления руководителем должника о своем якобы имеющем место банкротстве (индивидуальный предприниматель добровольно объявить о несостоятельности не может).

Закон 2002 г. устанавливает обязанность руководителя должника или индивидуального предпринимателя обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данным Законом, в частности, когда удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед другими кредиторами (ст. 9). Также добровольное объявление о банкротстве должника и его ликвидации может быть сделано на основании решения собственника имущества должника унитарного предприятия или органа, уполномоченного в соответствии с учредительными документами должника принимать решение о ликвидации.

Таким образом, ст. 197 УК РФ предусматривает такие ситуации, когда виновным соблюдается лишь видимость законности банкротства, так сказать, форма, при том, что на самом деле оснований для объявления банкротом или обращения в арбитражный суд не имеется.

Закон 2002 г. говорит о возможности рассрочки или отсрочки платежей или скидки с долгов лишь применительно к процедуре мирового соглашения, которое должник и кредиторы вправе заключить на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве (глава VIII Закона 2002 г.). Получается, что преступление в данном случае будет состоять в причинении ущерба кредиторам, введенным в заблуждение руководителем организации-должника или индивидуальным предпринимателем. Причем ущерб должен быть причинен в результате выражения кредиторами согласия на рассрочку платежей и т.д. при мировом соглашении.

Результатом признания или объявления банкротом является справедливое, т.е. соразмерное и исполненное в определенной законом очередности удовлетворение требований кредиторов, бюджета, государственных внебюджетных фондов. Поэтому причиняемый в результате неуплаты долгов при фиктивном банкротстве крупный ущерб (см. об этом оценочном понятии раздел о преднамеренном банкротстве) заключается в непоступлении указанным субъектам того, что им причитается.

Некоторые следователи и прокуроры полагают, что ст. 197 УК РФ охватывает только такие незаконные действия, которые совершаются с целью обмануть кредиторов. Однако заявление о фиктивном банкротстве может быть сделано и с расчетом не выплачивать задолженности перед бюджетом, т.е. долги в допустимо широком смысле, и даже по согласованию с кредиторами (налоговые и иные уполномоченные органы Законом 1998 г. к числу собственно кредиторов не относятся: см. ст. 6, 11 и др. Закона 1998 г.) либо в отсутствие кредиторов как таковых. В последнем случае цели обмана кредиторов, очевидно, нет. Представляется, однако, что формулировка уголовно-правового запрета позволяет охватить действием ст. 197 УК РФ и подобные ситуации.

Поэтому причинение крупного ущерба следует расценить как преступное фиктивное банкротство в случае, если ему предшествовало заведомо ложное объявление о несостоятельности, сделанное либо для введения в заблуждение кредиторов, от которых требуется совершить определенные юридически значимые действия (дать согласие на объявление организации банкротом, отсрочить платежи и др.), либо для признания лица банкротом. И в том, и в другом случае кредиторам, бюджету, фондам будет причинен ущерб, при признании которого крупным виновный понесет ответственность по ст. 197 УК РФ.

В заключении необходимо отметить, что для более чёткого выполнения уголовным правом охранительных функций института несостоятельности (банкротства) законодателю требуется провести работу по увязке норм уголовного права с номами права о несостоятельности (банкротстве).



[1] Гаухман Л.Д., Максимов С.В. "Преступления в сфере экономической деятельности." М., 1998.

[2] Горелик А.С., Шишко И.В., Хлупина Г.Н. "Преступления в сфере экономической деятельности и против интересов службы в коммерческих и иных организациях." Красноярск, 1998.

[3] Витрянский В.В. "Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве)" // Хозяйство и право. 1998. N 3.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100