www.allpravo.ru
   Дипломные
Заказать дипломную О коллекции дипломных
Рекомендации по написанию Пополнить коллекцию

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Тесты On-line
Юридические словари
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:


Версия для печати

Международное публичное право

Дипломные
Объединения государств: общетеоретические и международные вопросы (Автор: Лоханская Ольга Сергеевна)
<< Назад    Содержание    Вперед >>
§ 1. Особенности правового статуса и международной правосубъектности объединений государств

В доктрине международного права правосубъектность рассматривается в двух аспектах: 1) как элемент системы международного права; 2) как качественная характеристика субъекта международного права. Как элемент системы международного права правосубъектность является общесистемным институтом. Международная правосубъектность как качественная характеристика выражается в способности лица быть субъектом международного права, носителем международных прав и обязанностей, участником международных правоотношений. Степень участия субъекта в международно-правовых отношениях определяется объемом предоставленных ему нормами международного права прав и обязанностей[1].

В каждой правовой системе могут быть различные субъекты права. На международной арене в качестве субъектов выступают не только государства, но и объединения государств, которые в международном праве рассматриваются как международные организации, несмотря на то, что некоторые их них обладают чертами, не характерными для традиционных международных организаций. Международные организации — это институт современного общества, отличный от государства. Как справедливо отмечает Г.И. Тункин, было бы неправильно на этом основании утверждать, что они не могут быть субъектами международного права, точно так же, как было бы неверно, признавая правосубъектность международных организаций, приравнивать их к государствам[2]. Поэтому правосубъектность международных организаций имеет отличительные особенности. С.А. Малинин и Т.М. Ковалева отмечают, что эти особенности касается: а) источника (происхождения) правосубъектности; б) характера и содержания (объема) правосубъектности; в)способов прекращения правосубъектности[3]. Государства приобретают правосубъектность с момента своего возникновения и независимо от воли других субъектов, уже существующих на международной арене. Данное свойство государств вытекает из самой их сущности как суверенного образования, они являются субъектами международного права ipso facto, и поэтому называются субъектами «первичными». Правосубъектность международных организаций всегда договорного происхождения. Ее источником служат учредительные акты организации, т. е. международные договоры, заключенный государствами. Следовательно правосубъектность международной организации производна от правосубъектности «первичных» (суверенных) субъектов. И в этом смысле международные организации суть производные субъекты международного права. По характеру правосубъектность международных организаций носит функциональный характер, в отличие от государств, правосубъектность которых универсальна. Наделение той или иной международной организации правами и обязанностями зависит от ее целей и их объем не может превышать функциональных потребностей организации. Способность к совершению международных действий ограничена указанными рамками и фиксируется в учредительном акте и дополняющих его документах. Так, при обращении Всемирной Организации Здравоохранения в Международный Суд ООН относительно законности применения государством ядерного оружия в вооруженном конфликте Суд отказался ответить на запрос в связи с отсутствием у Всемирной Организации Здравоохранения компетенции применительно к поставленной проблеме[4]. Существование правосубъектности международных организаций целиком зависит от воли государств-членов. Государства создают международную организацию, придавая ей качество субъекта права, государства способны ликвидировать ее.

Таким образом, правосубъектность международных образований является производной и функциональной, что определяет ее объем и особенности реализации.

Вопрос о юридическом основании правосубъектности международных организаций состоит, прежде всего, в том, определяется ли международная правосубъектность международных организаций и ее объем общим международным правом или же правосубъектность каждой международной организации базируется на ее уставе. В международном праве нет универсальных конвенций, определяющих правовое положение международных организаций, кроме конвенций, предоставляющих международным организациям полномочия в определенных сферах[5]. Кроме того, международные организации заключают соглашения с государствами во всех случаях, когда возникает вопрос о правовом статусе организации, ее органов, должностных лиц. Но международное право не содержит норм, препятствующих наделению международных организаций правосубъектностью. Правосубъектность международной организации основывается на ее уставе, который определяет также ее объем. В доктрине международного права нет единства относительно правовой природы некоторых организаций и вопрос об их правосубъектности также остается дискуссионным. Например, неоднозначно определяется правовая природа и правосубъектность Европейского Союза, Содружества Независимых Государств и Союзного государства Российской Федерации и Республики Беларусь. Представляется, что возникновение полемики по данному вопросу можно объяснить как отсутствием ясных положений в учредительных договорах о форме и правосубъектности объединений, так и тем, что данные образования не вписываются в рамки традиционных представлений о международных организациях.

В правовой доктрине не сформировалось четкой концепции правовой природы Европейского Союза и его правосубъектности. Р.Ваубель рассматривает Союз как конфедерацию[6]. В подходах некоторых авторов прослеживается стремление специально адаптировать понятие конфедерации применительно к Европейскому Союзу. Так, Н.А. Ушаков рассматривая понятия конфедерации и «наднациональной» организации как синонимы, признает таковой и Европейский союз[7]. К сожалению, представленная позиция не аргументирована, не указаны признаки, позволяющие сделать вывод о конфедеративной форме ЕС. Другие авторы рассматривают Союз с точки зрения наличия или отсутствия у данного объединения признаков международной организации[8], а также признают его международной организацией[9]. Высказывается мнение, согласно которому Европейский Союз по многим параметрам приблизился к государству[10], что в настоящее время осуществляется его федерализация[11], поэтому четко определить его правовую природу не представляется возможным до завершения процесса интеграции.

На наш взгляд, наиболее аргументированной представляется позиция, согласно которой Европейский Союз обладает особой правовой природой, отличающейся как от международной организации, так и от государства. Каждое из Европейских сообществ и Европейский Союз были созданы в соответствии с договорами, заключенными несколькими государствами. Однако договоры об учреждении Европейских сообществ и Европейского союза существенно отличаются от большинства существующих международных договоров, соглашений, конвенций. Как следует из Договора об учреждении Европейского Сообщества, целью создания Сообщества является, прежде всего, достижение экономического и социального благополучия в каждом из государств-членов Сообщества (преамбула, ст. 2, абз. 4 ст. 182)[12]. Согласно преамбуле договора обеспечить гармоничное развитие экономики, экономический и социальный прогресс может единство в развитии экономики, уменьшение разрыва между различными районами, то есть объединение государств-членов Сообщества. Объединение государств-членов предполагает осуществление общей политики и деятельности (ст.2 Договора об учреждении Европейского сообщества). Существенное различие состоит в том, что ст. 2 Договора об учреждении Европейского Сообщества предусматривает осуществление общей политики и деятельности не государствами-членами, а Сообществом в целом через свои институты.

В некоторых международных договорах также предусматривается создание органов, действующих на основании того или иного международного договора для выполнения предусмотренных договором целей (органы ООН, Совета Европы). Как правило, эти органы осуществляют лишь общую координацию деятельности государств-участников договора; решения таких органов в основном носят рекомендательный характер. Решения органов ООН, Совета Европы адресованы соответствующим государствам, а не отдельным государственным органам, юридическим и физическим лицам[13]. Институты Европейского Союза могут издавать различного рода властные предписания, адресованные не только государствам-членам, но и предприятиям, учреждениям, организациям (юридическим лицам) и физическим лицам, располагающимся на территории государств-членов. Признав полномочия Союза издавать имеющие обязательную силу властные предписания, заключать международные договоры, представлять народы государств-членов во взаимоотношениях с третьими странами, государства-члены передали Союзу часть своего государственного суверенитета.

Таким образом, в отличие от других международных договоров и соглашений, договоры об учреждении Европейских сообществ и Европейского союза установили особый правовой режим, характеризующийся следующими чертами: 1)возможность единообразного регулирования общественных отношений на территориях государств-членов; 2)широкий круг вопросов, по которым могут издаваться властные предписания; 3)обособленный аппарат управления Союзом; 4)возможность представлять интересы народов государств-членов в отношениях с другими (третьими) государствами и международными организациями. Все перечисленные черты, как и некоторые другие (например, единое гражданство, единая валюта) характеризуют скорее государство, а не международную организацию. Нормы учредительных документов предусматривают гарантии территориальной целостности Европейского Союза. Внутри Сообщества гарантируется свободное движение лиц, услуг и капиталов, гарантируется свобода жительства и экономической деятельности (раздел III Договора об образовании Европейского Сообщества); предусмотрена отмена всех видов контроля за передвижением физических лиц через внутренние границы Союза, общие условия пересечения внешних границ Сообщества гражданами третьих стран, установление которых предусмотрено в ст. 62 Договора об учреждении Европейского Сообщества. Единое экономическое пространство Союза обеспечивают нормы Договора об учреждении Европейского Сообщества, предусматривающие запрещение таможенных пошлин между государствами-членами, устанавливающие общий таможенный тариф в отношениях с третьими странами (ст. 3, 23); запрещение количественных ограничений между государствами-членами на импорт и экспорт (ст. 3, 28, 29), общую торговую политику (ст. 3), создание внутреннего рынка Союза (ст.3, раздел III части 3) и др.

Представляется, что Европейский Союз, не являясь государством, содержит федеративные черты, что подтверждается международными нормами и отмечается в правовой доктрине[14]. В частности, полномочия Европейского Союза по регулированию отношений внутри Союза и поддержание отношений с третьими государствами Союз может осуществлять только по вопросам, прямо указанным в учредительных документах. Все остальные полномочия государства-члены осуществляют самостоятельно. Полагаем, что здесь можно провести параллели с федеративной формой территориального государственного устройства, когда предусмотрен круг вопросов, регулирование которых отнесено к компетенции (предметам ведения) федерации, и вопросы, регулирование которых возможно исключительно на уровне субъектов федерации.

Таким образом, в настоящее время Европейский Союз имеет двойственную природу: с одной стороны он представляет собой результат скоординированной деятельности различных государств, и с этой точки зрения является международным образованием; с другой стороны, многие особенности Союза делают его похожим на федерацию, поскольку ЕС «движется в направлении ключевых сфер государственного суверенитета»[15]. Это позволяет говорить о его особом статусе, о признании его межгосударственным объединением особого рода.

Европейские сообщества (Европейское объединение угля и стали[16]; Европейское экономическое сообщество; Европейское сообщество по атомной энергии[17]) стали фундаментом, на котором в 1992 г. был основан Европейский союз. Маастрихский договор[18] определил, что Европейские сообщества являются одной из опор Евросоюза наряду с другими компонентами: 1) общей внешней политикой и общей политикой безопасности и 2) сотрудничеством в области правосудия и внутренних дел, но в нем ничего не сказано о правосубъектности ЕС. Вопрос о наделении Европейского Союза правосубъектностью неоднократно обсуждался среди государств-участников[19]. Преобладающей позицией стала позиция об отсутствии правосубъектности у Европейского Союза. Еще в 1996 году Европарламент призвал решить вопрос о придании Европейскому Союзу правосубъектности. Его обсуждение продолжилось при подготовке межправительственной конференции 1996 года, на которой большинство государств-членов указали на преимущества придания международной правосубъектности Союзу с тем, чтобы он мог заключать международные соглашения по вопросам, касающимся общей внешней политики и общей политики безопасности, правосудия и внутренних дел. Другие государства-участники полагали, что придание международной правосубъектности союзу может привести к путанице с юридическими прерогативами государств[20]. Таким образом, различие в понимании этого вопроса до сих не привело к выработке единой позиции.

В доктрине международного права большинство ученых отрицает наличие правосубъектности у Европейского союза. В частности, А.Я. Капустин указывает, что Европейский Союз – это своеобразная форма международной организации субрегионального характера, которая в отличие от входящих в него Сообществ, не обладает международной правосубъектностью в объеме, обычно присущем большинству международных организаций, однако располагает всеми правовыми возможностями для осуществления ряда очень важных международных прав и обязанностей[21]. Аналогичной позиции придерживается Р.А. Каламкарян, Н.В. Равкин[22], а также ряд западноевропейских исследователей. Так, Эверлинг утверждает, что в международных делах только Сообщество может выступать от имени Союза, который не имеет правосубъектности, а для внутренних целей Союз заимствует институты и правовые инструменты Сообщества[23]. Представляется, что такая позиция укрепилась благодаря тому, что Маастрихтский договор не содержит положений, которые бы четко квалифицировали правовой статус Европейского союза и наличие у него правосубъектности. Однако вопрос о правосубъектности международного образования не должен решаться исключительно на основании наличия или отсутствия упоминания об этом в его учредительном договоре.

В доктрине существует и иная точка зрения. Г. Ресс полагает, что трудно отказать в международной правосубъектности лицу, которое обладает собственной компетенцией. Например, такими полномочиями, которые указаны в ст. 8 Маастрихтского договора, — полномочиями в сфере общей внешней политики и общей политики безопасности, внутренних дел и правосудия, а также по вопросам европейского гражданства[24]. Б.Н. Топорнин считает, что Маастрихтский договор, умалчивая об общей правосубъектности Европейского союза, тем не менее говорит о его определенной международной правосубъектности. Статья 49 устанавливает правила приема в Союз, а государства, в него входящие, именуются членами Союза. Европейский союз не выступает как единое целое в международных организациях, где действуют его государства-члены. Однако согласно п. 1 ст. 15 председательствующее государство-член представляет Союз в вопросах, отнесенных к общей внешней политике и политике безопасности. Последнее положение позволяет государствам-членам, не входящим в ту или иную международную организацию, быть тем не менее представленными в ней[25]. Исходя из полномочий Европейского Союза, закрепленных в Маастрихтском договоре, О.М. Олтеану приходит у выводу, что Европейский Союз выступает как полноправный международноправовой субъект, хотя Договор 1992 года конкретно не раскрывает объема международной правоспособности Союза[26].

На наш взгляд, правовой статус Европейского союза настолько необычен для международного права, а его политический и экономический вес столь значителен в мире, что придерживаться строгого подхода к данному образованию очень сложно. Так, А.Я. Капустин, рассуждая о том, что если Союз не является субъектом международного права, то можно ли его отнести к международным организациям, приходит к отрицательному умозаключению. Сравнивая Евросоюз и СНГ, он отмечает, что в этом случае мы сталкиваемся с новым видом международных объединений, которые безусловно можно определить как международные межправительственные организации в самом широком смысле слова[27]. Позже А.Я. Капустин приходит к выводу, что Европейский Союз обладает правосубъектностью, хотя объем ее значительно уже, чем у других международных межправительственных организаций, в частности Европейских Сообществ, однако Союз располагает необходимыми институционно-правовыми средствами для формирования самостоятельной позиции на международной арене и он в состоянии вступать в международно-правовые отношения с иными субъектами международного права[28].

Анализируя положения Маастихского договора[29], можно сделать вывод, что Европейский Союз не является самостоятельным образованием, функционирующим вне и помимо Европейских Сообществ. Как отмечает С.Ю. Кашкин, с подписанием Договора о Европейском Союзе сообщества не прекращают свое существование, а переходят в «новое качество»[30]. Следовательно и Европейский Союз, как продолжение Сообществ, обладает международной правосубъектностью. Более того, Маастихский договор содержит положения, свидетельствующие о наличии правосубъектности у Европейского Союза.

В отечественной науке не прекращаются дискуссии о правовой природе СНГ. В.А. Ржевский определяет СНГ как конфедеративное сообществ государств, причем настаивает на переходном характере данной формы объединений и склоняется видеть в будущем СНГ сильно децентрализованной федерацией[31]. Такие новые формы объединений государств как содружество и сообщество он считает непригодными для характеристики соответствующей юридической формы. По его мнению, «конфедерация ... не является ни государством, ни надгосударственным образованием, а лишь достаточно слабым и неустойчивым союзом независимых государств, не имеющим международной правосубъектности, единых органов власти и управления, единой правовой системы...»[32]. Естественным следствием такого понимания конфедерации стало утверждение, что «...с исчерпанием задач конфедерации... следует использовать иную форму, юридически определяющую характер и состав Содружества суверенных государств»[33]. Представляется, что такое мнение отражало реалии периода времени, к которому относится начало существования СНГ (1991—1992 гг.), однако оно не обосновано на сегодняшний момент. Д.Л. Златопольский в качестве переходной формы допускает содружество, которое в последствии трансформируется в конфедерацию, а от нее к возрождению нового федеративного государства[34]. В юридической литературе неоднозначно понимается термин «конфедерация», в связи с чем появился так называемый широкий подход. По мению сторонников данного подхода, «...СНГ довольно далеко продвинулась по пути конфедерации...», но «...это еще не конфедерация, хотя в ней не только конфедеративные, но и федеративные элементы»[35].

Г.В. Игнатенко говорит о СНГ как о межгосударственном образовании с координационными полномочиями[36]. Высказывается также точка зрения, согласно которой Содружество является одновременно и конфедерацией и международной организацией[37]. Большинство авторов справедливо считают, что СНГ является международной межправительственной региональной организацией[38]. Р.Ш. Давлетгильдеев отмечает, что характеристика СНГ как международной региональной организации является вполне приемлемой, но, на его взгляд, недостаточной для отражения всей сложности взаимосвязей элементов внутри СНГ. Немалую противоречивость в структуру связей между государствами привносит вопрос о членстве в организации. Формально членами СНГ, признавшими для себя обязательность его Устава, являются 10 государств, кроме Украины и Туркменистана, хотя всё 12 в то же время являются участниками Соглашения о создании СНГ. Не все из 12; государств участвуют в работе институтов Содружества. Так, в Экономический суд и Межпарламентскую Ассамблею входят представители лишь 8-ми государств[39].

В науке международного права для характеристики правовой природы объединений используется понятие «межгосударственное объединение «sui generis». Например, Б.Н. Топорнин характеризует Европейский Союз как межгосударственный союз особого типа, имеющий характер динамичного, развивающегося феномена[40]. Это обозначение имеет целью подчеркнуть динамичный характер феномена, определяемого с его помощью. Содружество Независимых Государств также было охарактеризовано как международно-правовое объединение особого рода — «sui generis», которое носит переходный характер, И. П. Блищенко[41]. В литературе отмечается, что именно эволюция, изменение содержания правового статуса межгосударственного объединения представляет сущностное значение, так как практически все региональные объединения имеют тенденцию меняться в сторону большей или меньшей степени интеграции.[42]

Основная сложность в определении правовой природы СНГ состоит в том, что учредительные акты Содружества по сути являются документами, санкционирующими прекращение существования СССР, и, тем самым, имеют дезинтеграционный характер, в то время как формально они лежат в основе формирования регионального международно-правового сотрудничества. Содружество Независимых Государств было оформлено несколькими документами, которые называют учредительными[43].

Негативное закрепление правовой природы объединения в Алмаатинской декларации – «Содружество не является ни государством, ни надгосударственным образованием» – объективно отражало политические устремления союзных республик к самостоятельности в международных отношениях, однако позднее стало сдерживать развитие интеграционных связей независимых государств. Представляется, что следует согласиться с теми, кто утверждает, что СНГ — это региональная международная межправительственная организация, призванная обеспечить межгосударственное сотрудничество по самому широкому кругу вопросов. В пользу данной точки зрения Е. Г. Моисеев выдвигает следующие аргументы: учредительные документы СНГ, его Устав, практическая деятельность позволяют сделать вывод о том, что Содружество является региональной международной организацией. Оно создано суверенными государствами путем подписания международного договора, его юридической базой стало международное право. СНГ преследует определенные цели, которые зафиксированы в учредительных документах. Образованы и действуют координирующие органы[44]. А.Б. Каженов считает, что СНГ должно рассматриваться в качестве международной межправительственной организации прежде всего потому, что в него входят суверенные независимые государства, получившие практически универсальное международное признание. Государства — участники СНГ признаны de jure подавляющим большинством государств мира, все они являются полноправными членами Организации Объединенных Наций, входят в состав многих ее специализированных учреждений, а также в состав ряда иных авторитетных международных межправительственных организаций. Государства — участники СНГ каждое в отдельности поддерживают дипломатические отношения не только с сопредельными государствами и великими державами, но и со значительным числом больших и малых государств Европы, Азии, Африки, Латинской Америки и Океании. Юридическую основу деятельности СНГ составляют международные договоры, подписанные и ратифицированные государствами-участниками с учетом требований конституций каждой из договаривающихся сторон и в полном соответствии с положениями Венской конвенции о праве международных договоров[45].

Как видим, по содержанию, по характеристикам, закрепленным в учредительных актах, СНГ является региональной международной организацией. С точки зрения формы межгосударственного объединения его можно отнести к содружеству с элементами конфедерации в современном ее понимании. Учредительные документы СНГ не только фиксируют целый ряд особых отношений, но и ставят задачу их сохранения. Это относится к так называемой "прозрачности границ"[46], к общему экономическому пространству, к объединенным вооруженным силам и другим областям взаимоотношений, которые характерны скорее для конфедерации, чем для обычного международного объединения государств. На основании этого, можно сделать вывод о том, что Содружеству присущи также конфедеративные элементы, которые составляют своеобразие СНГ как международной межгосударственной организации.

Большинство авторов признают, что в качестве международной межправительственной организации Содружество Независимых Государств обладает статусом субъекта международного права и необходимой договорной правоспособностью, имеет право заключать международные договоры как с государствами — участниками СНГ, так и с другими государствами, независимо от принадлежности их к тому или иному региону. Это предопределяется положениями Венской конвенции о праве международных договоров[47] и положениями Венской конвенции о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями[48]. СНГ имеет возможность поддерживать сотрудничество по широкому кругу вопросов с другими региональными международными межправительственными организациями, с международными организациями универсального характера, в том числе с крупнейшей всемирной организацией подобного рода — Организацией Объединенных Наций. Договорная практика Содружества Независимых Государств пока не получила должного развития. В то же время утверждения о полном отсутствии такой практики представляются ошибочными[49].

Международная правосубъектность СНГ была предметом обсуждения не только в доктрине, но и в межгосударственных органах. Исполнительный секретариат СНГ обращался я в Экономический Суд СНГ с просьбой дать официальное разъяснение по вопросу о том, является ли Содружество Независимых Государств субъектом международного права и какие правомочия такого субъекта могут быть распространены на Содружество Независимых Государств[50]. В своем консультативном заключении Суд определил, что вытекающее из ч.1 ст.1 Устава СНГ подтверждение международной правосубъектности государств — членов Содружества не препятствует осуществлению международной правосубъектности межгосударственными образованиями с их участием. Согласно Консультативному заключению, международная правосубъектность межгосударственного образования и составляющих его государств призваны сосуществовать. Рассматривая в качестве субъекта международного права участника международных отношений, обладающего международными правами и обязанностями и осуществляющего их в рамках и на основе международного права, Суд полагает, что Содружество необходимо считать субъектом международного права. Причем международная правосубъектность Содружества составляет его неотъемлемое свойство, атрибут существования. Она не нуждается в дополнительном (официальном) признании в качестве таковой со стороны государств, в том числе государств-членов, или со стороны иных международных организаций. Содружество выступает как субъект международного права уже лишь потому, что оно реально существует и действует в международных отношениях[51]. На наш взгляд, СНГ, как международная региональная организация обладает международной правосубъектностью, несмотря на отсутствие прямого указание об этом в Уставе. Такой вывод можно сделать исходя из положений Устава, деятельности данного международного образования, судебной практики.

Вопрос о правосубъектности Союзного государства Российской Федерации и Республики Беларусь также не решен однозначно. Интеграционное взаимодействие России и Беларуси приобрело конкретные очертания в 1996 г. после создания Сообщества России и Белоруссии[52], которое в 1997 г. было преобразовано в Союз России и Беларуси[53]. Создание Союзного государства на основе Договора от 8 декабря 1999г.[54] можно рассматривать как новый этап в процессе объединения России и Беларуси в единое демократическое правовое государство, высшую форму интеграции двух суверенных государств. В новом договоре не содержится положений, закрепляющих наличие международной правосубъектности у Союзного государства. По сравнению с регламентацией данного вопроса в Уставе Союза Белоруссии и России[55], в договоре был сделан шаг назад. В ст.4 Устава было закреплено, что в рамках полномочий, предоставленных Уставом, Союз обладает международной правосубъектностью. Однако Устав Союза Белоруссии и России прекратил свое действие как неотъемлемая часть Договора о Союзе Белоруссии и России. Правовую природу данного феномена еще предстоит определить, хотя анализ Договора от 8 декабря 1999 года позволяет сделать вывод о сохранении приоритета международного начала в создаваемом Союзном государстве при сильном влиянии идеи наднациональности. Как отмечает Р.Ш. Давлетгильдеев, в договоре о создании союзного государства политические интересы превалируют над юридическими правилами, и это выразилось в смешении международно-правового и конституционно-правового подходов при формулировании его статей[56]. Так, п. 1 ст. 3 Договора подтверждает приверженность государств императивным принципам международного права о суверенном равенстве государств-участников, добросовестном выполнении ими взаимных обязательств. Однако, следующий пункт той же статьи фиксирует базовый принцип федеративного устройства – разграничение предметов ведения и полномочий между Союзным государством и государствами-участниками. В ст.5 Договора Союзное государство именуется светским, демократическим, социальным, правовым государством, в котором признаются политическое и идеологическое многообразие, но ст. 6 сохраняет базовое качество государства — его суверенитет, включая независимость и территориальную целостность каждого государства-участника. Вопрос о правосубъектности данного объединения осложняется тем, что предыдущая форма интеграции России и Белоруссии документально наделялась правосубъектностью. Объяснить отсутствие такого же положения в Договоре о создании Союзного государства очень сложно, поскольку Союзное государство является на порядок выше Союза по интеграционным связям, органы Союзного государства имею гораздо больше полномочий, у Союзного государства прослеживается критерии наднациональности. Возможно, это просто недостаток юридической техники документа или невнимательность разработчиков. На наш взгляд, правосубъектность Союзного государства России и Белоруссии необходимо признавать исходя из правопреемства Союза России и Белоруссии. Однако Договор не является документом, окончательно определяющим статус данного образования. Договор - основной базовый документ, предусматривающий принятие конституции, разработка которой выделена Высшим Государственным Советом Союзного государства как стратегическое, приоритетное направление[57]. Этот документ должен содержать определение государственного устройства, мотивируя цели более высокой интеграции[58], основы функционирования его институтов, решить вопрос об объеме и содержании международной правосубъектности.

Таким образом, можно сделать вывод, что создаваемые в настоящее время объединения государств имеют двойственную правовую природу, что позволяет определить их как межгосударственные объединения особого рода, обладающие международной правосубъектностью в пределах, установленных учредительными документами. Объем и характер международной правосубъектности объединений государств, их правовая природа неразрывно связаны с проблемами реализации правосубъектности в международных отношениях.



[1] Мамедов У.Ю. Международная правосубъектность: основные тенденции развития./ У.Ю. Мамедов./ Автореф. дисс. на соискание уч. степ. к.ю.н. – Казань: Казанский гос. унт-т., 2001. – С.6-7.; Вельяминов Г.М. Международная правосубъектность./ Г.М. Вельяминов. // Советский ежегодник международного права. – 1986. – М.: Наука., 1987. – С. 56-58.

[2] Тункин Г.И. Теория международного права./ Под. общ. ред. Шестакова Н.Л. - М.: Изд. «Зерцало», 2000. - С.317-318.

[3] Малинин С.А., Ковалева Т.М. Правосубъектность международных организаций./ С.А. Малинин, Т.М.Ковалева // Правоведение. – 1992. - №5. – С.61-62.

[4] International Court of Justice. Legality of the use by a state of nuclear weapons in armed conflict. Advisory opinion of 8 July 1996.// Международное право. Учебник для вузов./ отв. ред. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиунов. – М., 1999. – С.207-208.

[5] Например, Конвенция о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями (Вена, 21 марта 1986 г.).// Действующее международное право. Т. 1 – М.: Московский независимый институт международного права, 1996. – С. 372-409.; Конвенция Организации Объединенных Наций по морскому праву (Монтего-Бей, 10 декабря 1982 г.). //Бюллетень международных договоров. – 1990. - №1. – С.3-168, закрепляющие право международных организаций заключать международные договоры.

[6] Четвериков А.О. Европейский Союз: новый этап интеграции./ А.О. Четвериков.// Общество, политика, наука: новые перспективы. – М.: Московский общественных научный фонд, ООО «Издательский центр Научных и учебных программ»., 2000. - С.425.

[7] Ушаков Н.М. Государство в системе международно-правового регулирования. – М.: Наука, 1997. – С. 50-58.

[8] Артамонова О.Ф. Международная правосубъектность Европейского союза. // Журнал российского права. - 2002. - № 8. - С. 146-148.; Современные международные отношения. Учебник. / Под. ред. А.В. Торкунова. – М.: Российская политическая энциклопедия., 2001. – С. 321-324.

[9] Юмашев Ю.М. О правовой природе Европейского Сообщества./ Ю.М. Юмашев. // Европейская интеграция: правовые проблемы. – Кн.1. – М., 1992. – С.95-96.; Костенко М.Л., Лавренева И.В. К вопросу о наднациональности и особенностях ЕС./ М.Л. Костенко, И.В. Лаврененва. // Европейская интеграция: правовые проблемы. – Кн.1. – М., 1992. – С. 73.; Хиршлер М., Циммерман Б. Западноевропейские интеграционные объединения./ М. Хиршлер, Б. Циммерман. – М.: Прогресс, 1987. – С. 45-47.

[10] Толстухин А.Э. Правовая природа Европейского Союза./ Автореф. дисс. на соискание уч. степ. к.ю.н. - М.,1997. - С.11.

[11] Толстопятенко Г.П. Европейское налоговое право. Сравнительно-правовое исследование. – М.: Издательство НОРМА., 2001. – С.3, 9, 11.; Четвериков А.О. Основные органы Европейского Союза (конституционно-правовой аспект)./Автореф. дисс. на соискание уч. степ. к.ю.н. - М., 1999. - С. 14-15.

[12] Договор об учреждении Европейского экономического сообщества. (Рим, 25 марта 1957).// Договоры, учреждающие европейские сообщества. – М.: Право, 1994. – С.95-288.

[13] Исключением являются решения Европейского Суда по правам человека.

[14] Например, Четвериков О.А. Европейский Союз: новый этап интеграции. – С. 426-430.

[15] Каким будет будущее ЕС? (интервью комиссара ЕС по вопросам расширения союза Г. Ферхойгена) // Журнал "Deutschland" -2001-. №6. декабрь/январь.// документ на сайте http://eur.academy-go.ru/Eurosoyz/Public/Ditcen.sht.

[16] Договор об учреждении Европейского объединения угля и стали (Париж, 18 апреля 1951г.).// Договоры, учреждающие европейские сообщества. – М.: Право, 1994. – С.19-94.

[17] Договор об учреждении Европейское сообщество по атомной энергии (Рим, 25 марта 1957).// Договоры, учреждающие европейские сообщества. – М.: Право, 1994. – С.289-390.

[18] Договор о Европейском союзе (Маастрихт, 7 февраля 1992г.).// Единый европейский акт. Договор о Европейском союзе. – М.: Право, 1994. – С.45-246.

[19] Например, во время переговоров по подготовке Амстердамского договора.

[20] Артамонова О.Ф. Международная правосубъектность Европейского союза./ О.Ф. Артамонова// Журнал российского права. - 2002. - №8. - С.143

[21] Капустин А.Я. Европейский Союз: Интеграция и право./ А.Я. Капустин. - М.: Изд-во РУДН. - 2000. - С.36, 52.

[22] Каламкарян Р.А. Капустин А.Я. Европейский Союз: Интеграция и право./ Р.А. Калмакарян, А.Я. Капустин.// Государство и право. - 2001. - №2. С.125; Равкин Н.В. Европейское Сообщество как субъект международного права./ Н.В. Равкин. // Московский журнал международного права. - 2000. - №2. - С.6-7.

[23] Артамонова О.Ф. Указ. соч. С.144

[24] Там же. С. 145.

[25] Топорнин Б. Н. Европейское право./ Б.Н. Тапорнин. - М.: Юристъ, 1998. - С. 150

[26] Олтеану О.М. Международная правоспособность Европейского Сообщества./ О.М. Олентау.// Вестник Моск. Ун-та. Сер.11. Право. - 1994. - №1. - С.44-46.

[27] Капустин А.Я. Европейский Союз: Интеграция и право./ А.Я. Капустин. - М.: Изд-во РУДН, 2000. - С.61.

[28] Капустин А.Я. Международно-правовые проблемы природы и действия права Европейского Союза./ А.Я. Капустин. /Автореф. дисс. на соискание уч. степ. д.ю.н. - М., 2001. - С.21.

[29] В частности ст. А: «Союз учреждается на базе Европейских Сообществ, дополненных сферами политики и формами сотрудничества в соответствии с настоящим Договором».

[30] Основы права Европейского Союза: Учебное пособие./ Под. ред. Кашкина С.Ю.. – М.: Белые Альвы, 1997. – С.69-70.

[31] Ржевский В.А. О юридической природе форм нового Содружества Независимых Государств./ В.А. Ржевский. // Государство и право. – 1992. – №6. – С.35-37

[32] Там же. С.34-35.

[33] Там же. С.34.

[34] Златопольский Д.Л. Феномен нового государственного единства вместо СССР: перспективы развития./ Д.Л. Златопольский. // Вестник Московского ун-та. Серия 11, Право. – 1993. - №2. – С.13.

[35] Манов Б.Г. О соотношении право СНГ и современного международного права./ Б.Г. Манов. // Журнал российского права. - 1999. - №7/8. - С.102.

[36] Международное право: Учебник для вузов/ Отв. ред. Г.В. Игнатенко, О.И. Тиунов. - М.: Издат. Группа НОРМА-ИНФРА-М.,1999. - С.346.

[37] Гречко Л.В., Шинкарецкая Г.Г. Понятие конфедерации и СНГ./ Л.В. Гречко, Г.Г. Шинкарецкая.// Московский журнал международного права. – 1994. - №2. – С.61-73.

[38] Пустогаров В.В. Международно-правовой стотус Содружества Независимых Государств./ В.В. Пустогаров.// Государство и право. - 1993. - №2. - С.28-30.; Игнатова Н.С. Содружество Независимых Государств и проект Евразийского Союза.// Правоведение. - 1995. - №2. - С.80-81.; Моисеев Е.Г. Правовой статус Содружества Независимых Государств: Учебное пособие./Отв. Ред. проф. К.А. Бекяшев. - М: Юрисъ., 1995. - С.16-19.; Каженов А.Б. Международно-правовой статус Содружества Независимых Государств.// Российская юстиция. - 2002. - №5. - С.6-7.

[39] Давлетгильдеев Р.Ш. О правовой природе СНГ и Союза Беларуси и России./ Р.Ш. Давлетгильдеев.// Журнал российского права. – 2000. - №7. – С.151.

[40] Топорнин Б.Н. Европейское право. Учебник./ Б.Н. Топорнин. - М.: Юристъ. - 1998. С.148-157.

[41] Блищенко И.П. Международно-правовые проблемы государств, входящих в СНГ./ И.П. Блищенко.// Московских журнал международного права. - 1997. - №1. - С.16.

[42] Давлетгильдеев Р.Ш. Указ. соч. С.151-152.

[43] Соглашение о создании Содружества Независимых Государств (Минск, 8 декабря 1991г).// Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ "Содружество". - 1992 . - N 1. - С. 6; Протокол к Соглашению о создании Содружества Независимых Государств, подписанному 8 декабря 1991 года в г. Минске Республикой Беларусь, Российской Федерацией (РСФСР), Украиной.// Российская газета. - 1991. - 24 декабря.; Алма-Атинская Декларация (Алма-Ата, 21 декабря 1991 г.).// Российская газета. - 1991. - 24 декабря.; Устав Содружества Независимых Государств (Минск,22 января 1993).// Бюллетень международных договоров. - 1994. - № 1. - С. 4.

[44] Моисеев Е.Г. Правовой статус Содружества Независимых Государств: Учебное пособие./Отв. Ред. проф. К.А. Бекяшев. – М: Юристъ. – 1995. – С.16-19.; Моисеев Е. Г. Международно-правовой статус СНГ.// Международное публичное право / Отв. ред. К. А. Бекяшев. - М.: Проспект, 2000. - С. 333.

[45] Каженов А.Б. Международная правосубъектность Содружества Независимых Государств./ А.Б. Каженов.// Белорусский журнал международного права и международных отношений. - 2002. - №1. - С 15.

[46] Тургунбеков Д. Международно-политический статус СНГ./ Д. Тургунбеков. //Полисфера. - 1999. - №1.// http://polysphere.freenet. kg/no1/PSF1A06.htm

[47] Ведомоти Верховного Совета СССР. – 10 сентября, 1986. - №73., ст.772.

[48] Действующее международное право. Т. 1 – М.: Московский независимый институт международного права, 1996. – С. 254 – 371.

[49] Например, Соглашение между Содружеством Независимых Государств и Республикой Беларусь об условиях пребывания Исполкома СНГ на территории Республики Беларусь от 13 июня 1994 г.; Договор между Экономическим Судом СНГ и Республикой Беларусь об условиях пребывания Экономического Суда СНГ на территории Республики Беларусь от 22 ноября 1996 г

[50] Консультативное заключение Экономического Суда СНГ от 23 июня 1998 г. №01-1/2-98 "По запросу Исполнительного Секретариата Содружества Независимых Государств".// СПС «Гарант-максимум» (текст Заключения официально опубликован не был)

[51] Там же.

[52] Договор об образовании Сообщества России и Белоруссии (Москва, 2 апреля 1996 г.).// Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - 18 ноября. - N 47, ст. 5300 (прекратил действие).

[53] Договор о Союзе Беларуси и России (Москва, 2 апреля 1997 г.).// Собрании законодательства Российской Федерации. 1997. 28 июля. N 30, ст. 3596 (прекратил действие).

[54] Договор "О создании союзного государства" (Москва, 8 декабря 1999 г.).// Собрание законодательства Российской Федерации. 2000. 14 февраля. N 7. ст. 786.

[55] Устав Союза Беларуси и России (Москва, 23 мая 1997 г.).// Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. 28 июля. N 30. ст. 3596.

[56] Давлетгильдеев Р.Ш. О правовой природе СНГ и Союза Беларуси и России.// Журнал российского права. – 2000. - №7. –С.152.

[57] Послание Высшего Государственного Совета Союзного государства Парламентскому Собранию Союза Беларуси и России "О положении в Союзном государстве и ходе его строительства"./ Одобрено Постановлением Высшего Государственного Совета Союзного государства от 2 апреля 2001 г. № 3. // СПС «Гарант-максимум».

[58] Князев Ю. По каким законам будем жить?// Парламентская газета. 2000. № 603. С.3.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100