www.allpravo.ru
   Дипломные
Заказать дипломную О коллекции дипломных
Рекомендации по написанию Пополнить коллекцию

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:


Версия для печати

Уголовное право

Дипломные
Необходимая оборона (автор: Романов Д.И.)
<< Назад    Содержание    Вперед >>
§2.3. Мнимая оборона

В судебной практике встречаются случаи осуществления оборонительных действий против лица, поведение которого ошибочно воспринимается как общественно опасное действие. В теории уголовного права и в судебной практике такие случаи называются мнимой обороной.

Мнимая оборона не уголовно–правовая категория (она не предусмотрена УК РФ). Это чисто научное понятие, призванное помочь разобраться в случаях, когда «оборона» не укладывается в рамки статьи 37 УК РФ.

Различные ученые по-разному определяют место мнимой обороны в системе уголовного права. Так, В.В. Сверчков классифицирует необходимую оборону на правомерную и ложную. Последняя, в свою очередь делится на спровоцированную, взаимную, дуэльную и мнимую[1].

С.Ф. Милюков относит к мнимой обороне ситуации, когда нарушаются некоторые признаки необходимой обороны, в первую очередь, признак своевременности. Так, например, к мнимой он относит так называемую запоздалую оборону (причинение вреда посягающему в тот момент, когда посягательство уже фактически завершено)[2].

Большинство исследователей склоняются к тому, что мнимая оборона имеет место в том случае, когда отсутствует основание необходимой обороны – общественно опасное посягательство. Этой точки зрения придерживается В.И. Ткаченко[3]. В.М. Лебедев, характеризуя мнимую оборону, писал, что она возникает в ситуации, когда субъект причиняет вред другому лицу, ошибочно воспринимая его поведение как общественно опасное посягательство на охраняемые законом права и интересы[4].

Вопрос о юридической квалификации действий, совершенных при мнимой обороне, нашел свое отражение в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 года. По этому поводу в п. 13 дано следующее разъяснение: «Суды должны различать состояние необходимой обороны и так называемой мнимой обороны, когда отсутствует реальное общественно опасное посягательство, и лицо, применившее средство защиты, не осознавало и не могло сознавать ошибочность своего предположения, его действия следует рассматривать как совершенные в состоянии необходимой обороны»[5]. Комментируя это постановление, Н.Д. Дурманов писал: «Все обстоятельства, характеризующие необходимую оборону, при мнимой обороне отсутствуют, но в представлении лица, действующего в состоянии мнимой обороны, эти обстоятельства, прежде всего наличие общественно опасного посягательства, имеются»[6].

При мнимой обороне субъект причиняет вред другому лицу, ошибочно воспринимая его поведение как общественно опасное посягательство на охраняемые законом права и интересы, т.е. полагая, что он правомерно защищается от такого общественно опасного посягательства. Если будет установлено, что данный субъект добросовестно заблуждался и вся обстановка происшедшего, включая поведение самого потерпевшего, давала ему основание оценивать поведение потерпевшего именно как нападение, создающее право на необходимую оборону, следует сделать вывод об отсутствии вины, поскольку субъект не осознавал и по обстоятельствам дела не мог осознавать общественной опасности своих действий[7].

Действия лица, находящегося в состоянии мнимой обороны, отличаются от необходимой обороны, так как они всегда объективно общественно опасны: мнимая оборона направлена на отражение не существующего в действительности посягательства.

Представляется, что случаи мнимой обороны можно подразделить на две группы, которые существенно различаются между собой. К первой группе относятся действия по защите от кажущегося посягательства, приравниваемые по своим правовым последствиям к необходимой обороне или к превышению ее пределов. Если в силу сложившейся обстановки обороняющийся имел достаточные основания полагать, что подвергается реальному посягательству, и поэтому решил защищаться, то при отсутствии превышения допустимых пределов отпадает вопрос об уголовной ответственности. Его не за что наказывать, так как и при должной внимательности он не мог не принять кажущееся посягательство за действительно происходящее.

Милиционер С., проходя ночью мимо отделения Сбербанка, услышал что из помещения доносится женский крик о помощи. Он подбежал к дверям помещения, сделав на бегу предупредительный выстрел вверх. Затем рванул дверь (она оказалась незапертой) и несколько раз крикнул в темноту: «Стой, стрелять буду!» Сразу же после этого какой-то человек рванулся из темноты в сторону С., последний выстрелил в него. Впоследствии оказалось, что С. тяжело ранил сотрудника охраны, находившегося на посту, который пустил в банк свою знакомую, угощал ее вином, а когда та стала уходить, попытался воспрепятствовать этому. Девушка оказала сопротивление, позвала на помощь, ее крик и услышал С.

В действиях С., несмотря на тяжесть наступивших последствий, состав преступления отсутствует. Вся обстановка происходящего давала С. все основания полагать, что совершается тяжкое преступное посягательство (ограбление банка)[8].

Однако возможны случаи, когда мнимая оборона вызвана добросовестным заблуждением о наличии общественно опасного посягательства, но при ее осуществлении совершены такие действия, которые в условиях реального посягательства были бы превышением пределов необходимой обороны ввиду чрезмерности защиты. Лицо не подлежит освобождению от уголовной ответственности в этом случае, ибо даже при наличии действительного посягательства виновный подлежал бы наказанию. С учетом извинительного заблуждения обороняющегося его действия должны быть приравнены к превышению пределов необходимой обороны. «Причинение смерти при «мнимой обороне», когда лицо добросовестно заблуждалось, полагая, что оно подвергается нападению, хотя нападения в действительности не было либо оно прекращено, по общим правилам об ошибке не должно влечь ответственности. Однако если при этом лицо превысило пределы защиты, допустимой в условиях соответствующего реального посягательства, оно подлежит ответственности»[9].

Для правильного решения вопроса о том, было ли допущено превышение пределов обороны при отражении мнимого посягательства, органы следствия и суд должны предположить, что мнимое посягательство было реальным, и установить, вправе ли был обороняющийся причинить тот же вред и при тех же условиях, отражая действительное посягательство. Уголовно-правовая оценка случаев мнимой обороны, вызванной добросовестным заблуждением о наличии общественно опасного посягательства, должна даваться по правилам о необходимой обороне в сочетании с правилами о фактической ошибке.

Неприменение к рассматриваемым случаям мнимой обороны правил о необходимой обороне оставляло бы неясным вопрос о том, почему при извинительной ошибке о наличии посягательства обороняющийся, совершивший объективно общественно опасное деяние, в одном случае освобождается от уголовной ответственности за отсутствием состава преступления, а в другом — подлежит наказанию. Оценка мнимой обороны, вызванной добросовестным заблуждением о наличии общественно опасного посягательства, только по правилам о фактической ошибке (без применения правил о необходимой обороне) привела бы к тому, что причинение посягающему вреда рассматривалось бы как обычное преступление против личности. Игнорировались бы мотивы этих действий, сходные с теми, которые имеются при превышении пределов необходимой обороны.

Другую группу случаев мнимой обороны образуют деяния, которые не могут приравниваться по своим правовым последствиям к необходимой обороне или к превышению ее пределов. Сюда входят действия по пресечению мнимого посягательства, вызванные тем или иным поведением потерпевшего, создавшим ошибочное представление о наличии посягательства, если для такого предположения в данном конкретном случае не было достаточных оснований. Лицо допускает ошибку при оценке сложившейся ситуации, хотя при должной внимательности и осмотрительности могло избежать этой ошибки и прийти к правильному выводу об отсутствии реальной опасности. Поэтому обороняющийся должен нести ответственность за неосторожное преступление против жизни или здоровья, так как хотя он сознательно причиняет смерть (или вред здоровью) другому лицу, деяние не может быть квалифицировано как умышленное преступление против личности, так как обязательным элементом умысла является осознание лицом общественно опасного характера совершаемого им действия, а в данном случае такого осознания нет.

К. поздно вечером находился на посту по охране магазина. Неожиданно около магазина остановилась автомашина, из которой вышел Л. и направился к магазину. Л. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Появление у магазина незнакомого человека в темное время суток встревожило К., и он окликнул Л., но неоднократные оклики и предупреждения Л. не реагировал. Тогда К. Сделал предупредительный выстрел из ружья. Поскольку и после этого Л., держа правую руку в кармане, продолжал приближаться к магазину, К. произвел выстрел, от ранения Л. скончался на месте. По обстоятельствам дела К. мог и должен был предвидеть, что в действительности ему не угрожает реальная опасность, поскольку Л. не проявлял каких-либо атакующих или угрожающих действий, и был осужден за причинение смерти по неосторожности[10].

В тех случаях, когда лицо совершенно неосновательно предположило посягательство, когда ни обстановка по делу, ни поведение потерпевшего не давали никаких реальных оснований опасаться посягательства, оно подлежит ответственности на общих основаниях как за умышленное преступление. При решении вопроса о том, было ли допущено превышение пределов необходимой обороны при отражении мнимого посягательства, следует абстрагироваться от того факта, что посягательство было кажущимся, то есть предположить, что оно было реальным, и установить, вправе ли был обороняющийся причинить тот же вред при тех же условиях, отражая реальное посягательство[11].

Изучение дел данной категории показывает, что при оценке фактической стороны происшествия судом порой не учитываются показания осужденных об отражении (по их мнению, в момент защиты) общественно опасного посягательства. Между тем показания этих лиц заслуживают самого серьезного внимания. В то же время обстоятельства, относящиеся к характеристике посягательства, было бы неправильно рассматривать лишь с позиции лица, ссылающегося на то, что оно оборонялось от нападения. Эти объяснения должны быть обязательно сопоставлены с другими данными дела.

Лицо, причинившее смерть другому человеку либо тяжкий вред его здоровью, может быть необъективным, объясняя свои действия, а в ряде случаев может ссылаться на необходимую оборону сознательно, желая избежать уголовной ответственности за совершенное преступление. При оценке фактических обстоятельств происшедшего нельзя не учитывать и состояние лица, которое в момент защиты добросовестно считало, что оно отражает общественно опасное посягательство. Может быть и так, что неправомерные в его представлении действия вызвали душевное волнение, которое могло помешать правильному восприятию происходящих событий. Все это следует обязательно иметь в виду при решении вопроса о причинении вреда при обстоятельствах, свидетельствующих о наличии мнимой обороны или превышения ее пределов в условиях, аналогичных реальному посягательству.

Итак, вопрос об ответственности за вред, причиненный в состоянии мнимой обороны, рассматривается по общим правилам ответственности при фактической ошибке, т.е. в зависимости от наличия или отсутствия вины. В случае, если у обороняющегося были все основания полагать, что он отражает реальное посягательство, его заблуждение извинительно, причиненный вред оценивается по правилам о необходимой обороне и ее эксцессе. Если же его заблуждение не извинительно, то ответственность наступает за умышленное преступление.

В иных случаях мнимая оборона может влечь ответственность за неосторожное преступление. Наконец, в некоторых ситуациях мнимой обороны лицо должно привлекаться за совершение преступления с косвенным умыслом (а именно тогда, когда оно допускало отсутствие общественно опасного посягательства и исходило лишь из его возможности, т.е. действовало «с упреждением» и соглашалось при этом с причинением вреда людям, не совершающим посягательство)[12].



[1] Сверчков В.В. Уголовное право. Общая часть: Краткий курс лекций. М:, Юрайт-М, 2005. С. 148.

[2] Милюков С.Ф. Указ. соч. С. 21.

[3] Ткаченко В.И. Необходимая оборона // Законность. 1997. № 3. С. 27.

[4] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт-Издат, 2005. Ст. 28.

[5] Бюллетень Верховного Суда СССР. 1984. №5.

[6] Дурманов Н.Д. Обстоятельства, исключающие уголовную ответственность и противоправность деяния. М., 1961. С. 128.

[7] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт-Издат, 2005. Ст. 28.

[8] Цит. по: Истомин А.Ф. Указ. соч. С. 99.

[9] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрайт-Издат, 2005. Ст. 108.

[10] Цит. по: Истомин А.Ф. Указ. соч. С. 100.

[11] Попов К.И. Указ. соч. С. 24.

[12] Милюков С.Ф. Указ. соч. С. 21.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-19