www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Теория государства и права
Ткаченко С.В. Правовые реформы в России: проблемы рецепции Западного права - Самара, 2007.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
3.1. Российская политическая элита как идеолог правовых реформ

Ведущую роль в проведении правовых реформ, основанных на полномасштабной рецепции права, осуществляет российская политическая элита. Именно она является основным проводником западных правовых идей, отрицающим все исконно русское, самобытное.

В литературе отмечается, что правящая элита была все эти годы главным актором российского транзита. Именно элита принимала ключевые решения, связанные с развалом номенклатуры, коллапсом СССР, введением демократических институтов и процедур, ограничением верховной власти. Эти решения принимались самими представителями элиты, которые, казалось бы, действовали себе во вред. Роспуск КПСС, массовая приватизация, демократические выборы проходили не столько под давлением широких масс населения, сколько по воле тех, кто занимал ключевые посты государства. Это были решения высших руководителей страны, которые вызывали изменения настолько глубокие, что их последствия были мало предсказуемые даже для самой элиты[1].

Игнорирование идеологического компонента декоративной рецепции закономерно приводит к выводу об ошибочности курса на демократизацию российского государства. Так, А.М. Величко полагает, что либеральные идеи государства, ограниченного правом, разделения властей, приоритета прав человека по отношению к государственным интересам, свободной конкуренции в экономической сфере и т.д. были призваны сыграть роль чудодейственного средства в оздоровлении социально-политической и экономической системы российского государства. К сожалению, тогдашнее руководство страны не приняло во внимание тот факт, что средства и методы, полезные для развитых и социально стабильных стран (каковыми несомненно являются западные демократии), могут сыграть негативную роль в условиях российской действительности с ее кризисной экономикой, коррумпированной политикой, криминализированным обществом. Приходится констатировать, что в большинстве своем государственные идеалы и политико-правовые ценности, к которым обращались в своих работах наши «западные друзья», показали практическую несостоятельность и неспособность позитивно воздействовать на российскую государственность. Данное обстоятельство отнюдь не означает, что необходимо полностью отказаться от использования мирового (в том числе западного) опыта в процессе реформирования российской политико-правовой системы, но и бездумное копирование западных идейно-теоретических схем представляется недопустимым[2].

Правящая сегодня в России элита, к сожалению, далеко не представитель русского народа и, конечно же, не живет его жизнью, насущными проблемами. Она откровенно проповедует западные ценности и ориентируется на западные политические эталоны, самоутверждается на основе агрессивного отрицания собственной национальной традиции[3].

Рассматривать российскую политическую элиту в качестве носителей российской правовой культуры, российской государственности – вреднейшее из заблуждений. Бессмысленно даже приводить примеры из их государственной и частной жизни, хотя последняя и является действительным мерилом души человека, его настоящих ценностей.

Конечно, государство всегда заинтересовано только в управляемом политическом движении, возглавляемом предсказуемыми людьми. Здесь справедливо мнение, что «сегодня Россией правят простолюдины, не имеющие высоких целей. Наши правители стремятся к целям в коридоре личного блага и материального достатка. Не надо много ума, чтобы просчитать поведение “маленького” человека, получившего большой ресурс. Действия за рамками горизонта для него невозможны. Не потому, что он плохой или хороший, а потому что это не его размер. Если ребенок будет командовать детсадом, в итоге он будет его разрушать. И никогда не поймет этого, потому что мыслит иными категориями. Одни начнут всеми правдами и неправдами добывать себе новые “игрушки”. Другие будут бороться за свободу, право строить цивилизованное общество. Совокупность “игрушечных” устремлений тех и других уподобит государство кораблю, которым глобально никто не управляет. Нечестные распродадут горючее из корабельных баков, честные демонтируют оружие ради “мира во всем мире”. И никто не поймет, что происходит на самом деле»[4]. Однако это еще достаточно мягкое видение современной действительности. За основу берется глупое поведение правителя-ребенка. Воистину – такое объяснение от лукавого. Может быть, именно поэтому авторы «Проекта…» и анонимны… Действия правящей элиты не допускают каких-либо промахов. Каждый шаг здесь достаточно хорошо просчитывается с советниками и прочими, в том числе зарубежными, аналитиками.

Государственная идеология, а также различные ученые и литераторы создают этим управленцам имидж людей политической и бизнес-элиты, достигших благосостояния праведным трудом, «забывая» факт преступности (или безнравственности) происхождения этих «богатств». Любопытно, что среди таких представителей элит есть министры, внезапное обогащение которых никак не связано с их профессиональной деятельностью на государственном поприще, а только с их выдающимся талантом экономистов, юристов и т.д.

В настоящее время правящая элита представляет собой закрытую, самовоспроизводящуюся систему. Как справедливо отмечается исследователями, само построение государства на родо-племенном и клановом принципе, закрывающее дорогу во власть талантливым управленцам, находящимся вне клановой борьбы, – тупиковый путь, ведущий эти страны не к вершинам прогресса, а к средневековой отсталости и зависимости от мирового капитала и транснациональных корпораций[5].

Доминирование клановых ориентаций и отсутствие адекватного социального контроля со стороны гражданских структур способствует превращению элиты в структурное ядро солидарности производителей риска при сохранении за ней функции обеспечения безопасности общества. Кланово-эгоистические ориентации элиты определяют ее стратегию удержания власти и сохранения политического статус-кво в ущерб ценностям развития и создания, что выступает важным фактором идеологического и гуманитарного риска, способствует формированию и распространению на все общество потребительски-паразитического паттерна поведения.

В результате роста закрытости российской политической элиты и расширения теневой зоны ее повседневных управленческих практик все более снижается реальное политическое значение демократических институтов власти, их функционирование приобретает формально-процедурный характер; увеличивается роль теневого лоббирования политических решений; нарастают отчуждение общества от политической элиты и государства, политико-идеологическая индифферентность и протестная пассивность населения, что дает широкие возможности манипуляции общественным сознанием в частногрупповых интересах. Политическая и социальная рискогенность этих процессов заключается в фактическом существенном ограничении реальной демократии и перспектив развития гражданского самоуправления, что означает откат к политической демодернизации[6].

Исследование социальной мобильности российской элиты свидетельствует о том, что значительная ее часть (80%) заняла свои позиции еще в 80-е годы, а после распада СССР из второго эшелона переместилась в первый. Лишь бизнес-элита в этом отношении отличается от элиты в целом, поскольку 2/3 ее представителей не имеют отношения к бывшей советской номенклатуре.

В настоящее время государственную власть в России можно охарактеризовать тремя основными признаками:

– первое – властная элита неделима и не смещаема (можно сказать – фактически наследственная);

– второе – политическая элита полностью автономна, а также полностью неподконтрольна обществу;

– третье – это традиционная связь российской власти с обладанием и распоряжением собственностью.

Именно под эти сущностные характеристики российской власти и подгоняются принципы либеральной демократии, которая превращается в свою полную противоположность[7].

В настоящее время, как и во времена СССР, происходит монополизация власти узким кругом лиц, существует формальное или неформальное «политбюро» как центр принятия политических решений.

Кроме того, в элиту включаются, зачастую неформально, лица, входящие в околоэлитное окружение: помощники, советники, начальники вспомогательных служб, родственники, лечащие врачи. Серьезное воздействие на принятие решений оказывают аналитические службы, а также канцелярия и Администрация Президента. Формирование современной политической элиты происходит во многом на основе преемственности по отношению к старой. Об этом свидетельствует не только тот факт, что большинство представителей нынешней элиты, особенно на региональном уровне, принадлежали к советской политической элите, но и то, что живы многие политические традиции прошлого – склонность к патронажно-клиентельным отношениям, слияние власти и частной собственности, сохранение персонификации власти[8].

Процесс формирования российской политической элиты хорошо показан А. Колесниковым: «Сначала советский аналог элиты – “номенклатура” – казалось, потеряла все – и позиции в политических кланах, и в чиновничьей иерархии, и в хозяйственной верхушке. Но уже через полгода ситуация стала меняться… Новая элита, состоящая из пресловутых “чикагских мальчиков”, стала “матереть”, а старая – смешиваться с новой»[9].

Современная политическая элита представляет собой причудливый симбиоз из бывшей советской и партийной номенклатуры, директорского корпуса, выходцев из комсомола и т.п. Именно по этим своим генетическим качествам российская политическая элита в целом не способна к реформистским преобразованиям истинно демократического характера[10].

В литературе, посвященной оценке результатов деятельности правящей элиты, уже встречаются утверждения, что правящий сегодня в России слой ни в коей мере нельзя в принципе назвать «российской элитой». Так, член-корреспондент РАН Ж.Т. Тощенко объявил: «Хочу сразу обозначить свою позицию – ни о какой элите в сегодняшней (да и вчерашней) России не может быть и речи. Ее давно уже не было, нет и в настоящее время. Употреблять это значение в условиях сегодняшней ситуации в России – значит сознательно (или неосознанно) заниматься фальсификацией существующей реальности, подыгрывать низменным страстям, а, в конечном счете, искажать всю картину нашей действительности»[11].

В работе «Парадоксальный человек» Ж.Т. Тощенко поясняет свою мысль следующим образом: «Сопоставление различных точек зрения, в том числе и зарубежных ученых, позволяет внести существенные коррективы в характеристику сущностных черт элиты, возродить некоторые забытые и полузабытые трактовки, а также сравнить их с реальностью. Обобщая и суммируя все сказанное, можно сделать вывод: элита – это все лучшее, отборное, качественное.

Во-первых, это означает служение высшим интересам общества без скидок, без оговорок, без сомнений, что именно она в первую очередь защищает национальные интересы в самом высоком звучании этого слова как в геополитическом смысле, так и при решении внутренних проблем.

Во-вторых, элита демонстрирует преданное, подлинно патриотическое служение обществу во всем – большом и малом, заметном и скрытном, в трудовой деятельности или на поле брани, в творчестве или обычной жизненной ситуации. Иначе говоря, это постоянное проявление гражданственности, верности обществу, в котором живешь и работаешь.

В-третьих, элита – это соблюдение требований нравственности, без назидания и морализаторства, постоянное проявление ответственности во всех без исключения жизненных ситуациях, демонстрация внутреннего достоинства, особенностей суверенности личности, или, как говорил М. Вебер, обладание “этикой убеждений”, “этикой общественности”, наличие качеств “политика по призванию”.

В-четвертых, элиту характеризует высокий интеллектуальный уровень, который помогает возвышаться над сиюминутным и обыденным и который способствует умелому, эффективному и рациональному решению жизненных проблем.

И, наконец, надо иметь в виду преемственность в формировании элиты, ибо многие качества отшлифовываются на протяжении череды поколений, будь то британская аристократия или русское дворянство, наследственные династии врачей, учителей, ученых или хлеборобов»[12].

По мнению известного российского политика Г. Зюганова, необходимо вообще отказаться от термина «элита»: «Общественный вес гражданина состоит прежде всего в его моральном авторитете… Если от “элиты” и “элитарности” – прямой путь ко всякого рода “расам господ” и “богоизбранным” и ко всем видам расизма, то “знатный” – это известный, видный, уважаемый, пользующийся доверием, отличный, славный»[13].

Однако такая «раса господ» уже создана и активно упрочивает свои позиции не только на федеральном, но и на региональных уровнях.

Выделяются две важные особенности современной политической элиты России – идейная, нравственная слабость и стремление любой ценой удержаться у власти. Для достижения последней цели зачастую используются те средства, которые до прихода к власти элитой отвергались. Нравственная слабость проявляется, прежде всего, в том, что у элиты отсутствуют идеологические ориентиры как в виде системы нравственных ценностей, так и в виде социально-политической доктрины, в виде четкой долговременной программы реформ[14].

Совершенно справедливо отмечается, что существенным фактором риска является крайне низкий уровень общей, политической и правовой культуры современной российской правящей элиты, способствующий генерированию множественных нарушений демократических норм, неправовых управленческих практик, коррупции и криминализации представителей властных структур, нигилистическому отношению к запросам и потребностям широких слоев общества и проблемам социального воспроизводства. Недостаток культурной рефлексии у политической элиты сказывается в недооценке возникающих рисков, ставке на неограниченное терпение как элемент традиционной российской ментальности, в стратегической и идейной несостоятельности[15].

Результаты деятельности правящей элиты отражены в социологических данных.

Отмечается, что к началу второго президентского срока В.В. Путина в стране насчитывалось 38,8 млн. пенсионеров, уровень жизни которых колебался на грани выживания. Средняя зарплата врачей, учителей, работников учреждений культуры, науки, социального обслуживания и т.д. – около 30 млн. чел. – примерно соответствует статистическому прожиточному минимуму. 40% населения страны живет в сельской местности, которую небезосновательно можно назвать зоной бедствий, за исключением нескольких наиболее благоприятных районов Юга России. Из 89 субъектов Федерации только 10 являются «донорами», т.е. в экономическом и финансовом отношении считаются вполне полнокровными. Остальные 70 фактически находятся на иждивении государства, более 50% из них не в состоянии обеспечить себя даже наполовину. Таким образом, масса обездоленных людей составляет в России около 70 млн. человек, т.е. практически половину населения страны[16].

Многочисленные исследования свидетельствуют о том, что российское общество глубоко расколото, прежде всего, в социально-экономическом отношении. Если 5-7% семей получают невиданные в советское время доходы и имеют огромную собственность, то от четверти до трети семей живут на грани или даже за чертой бедности. Качество, образ и стиль жизни верхних и нижних слоев резко противопоставлены друг другу[17].

В связи с этим В.С. Кот справедливо отмечает, что фактически в России сложилось два народа – элита и обслуживающий ее персонал (меньшинство) и невостребованное, не вписавшееся в рынок большинство – картина, весьма схожая с картиной российского общества накануне 1917 года. Социальный раскол в обществе дополняется отсутствием морально-ценностного единства, в немалой степени созданного не вполне адекватным и мало чем сдерживаемым поведением элиты[18].

Исследователи не видят основных причин пагубности идеологии правящей элиты, в силу чего предлагают разнообразные наивные по сути и безобидные для элиты «рецепты», как оздоровить ситуацию. Так, в одной научной работе высказана мысль, что «представляется весьма своевременным и введение образовательного «ценза компетентности» для кандидатов на все выборные должности. В условиях постиндустриального информационного общества самым объективным критерием в данном случае может быть именно образовательный уровень. На местном уровне необходимо как минимум полное среднее (или среднее специальное) образование, на уровне субъектов Федерации – высшее образование, на общегосударственном, думается, было бы целесообразно установить в качестве критерия наличие не только высшего образования, но и, что гораздо лучше, ученой степени»[19]. Иных рецептов современная Россия пока не нашла…

Юридическая наука отмечает, что в основе углубляющегося политического и нравственного кризиса лежит кризис доверия к власти, который, в свою очередь, является выражением противоречия между официально провозглашенными либерально-правовыми ценностями и традиционными убеждениями большинства населения. Радикальная перестройка государственно-правовой сферы России по западноевропейским образцам пронизана пренебрежительным отношением к политической модели государства, в рамках которой структура власти конституируется в качестве вспомогательного средства по отношению к целям и ценностям сакрального порядка[20].

Кризис власти выражается и в таком своеобразном российском феномене: в стране сложилась ситуация, когда Президент не верит губернаторам и своему окружению, губернаторы не верят Москве, бизнесмены не верят власти, власть – им, и они вместе не верят стране, в которой работают и иногда проживают. И тем более не верят народу этой страны. Впрочем, чувство это – глубоко-глубоко взаимное[21].

Совершенно справедлива в своих оценках роли современной российской элиты И.И. Глебова. Она считает, что такой элите и представляющей ее власти – в условиях раскола – по существу, не нужен народ. Она вполне может уйти из страны – физически, на Запад, а «руководить» по «вахтовому способу» (аналогично добыванию ресурсов). Ориентированная исключительно на самообеспечение, разбитая на кланы, сменяющие друг друга во власти, «элита» будет не заинтересована, а потому и не способна удовлетворить жизненно важные потребности общества в росте и развитии[22].

Непонимание характера российской политической элиты достаточно хорошо демонстрируется высказываниями в научной литературе. Так, Б.А. Прокудин считает, что «правящая элита России, постепенно набирающая силы и уверенность в международных делах, может обратиться к идеям славянского единства в отношениях со странами, где проживают славянские народы»[23]. При этом юриспруденция по своей сути является откровенно циничной служанкой правящей элиты. Несмотря на очевидную несправедливость, губительность для российского населения и в перспективе для государственности большинства принимаемых законов, бесчисленная армия представителей научного мира считает, что такие процессы идут только на пользу российской демократии. Это именно та пресловутая «пятая колонна» сытых, не воспринимающих голодных в качестве равных себе. И конечно, государство на них может полностью положиться в реформах по расшатыванию основных устоев российского общества и в повсеместном насаждении «правовых традиций». Кстати, юриспруденции подставляет свое плечо и философия. Так, достаточно показательна попытка узаконить в веках правящую российскую элиту в качестве аристократии, предпринятая г-жой Н.В. Фоминой. Ей принадлежат следующие строки: «Одной из существенных альтернатив является аристократическая форма правления, аристократический строй общественной жизни, который выступает, по Аристотелю, как строй, заданный лучшими людьми общества, его социальным авангардом»[24].

И представители политологических наук также не отстают в попытках превратить Россию в кастово-клановое государство. Так, А.Н. Кольев считает, что одним из элементов животворной древности, обращение к которому предусматривает имперский путь строительства будущего России, является «цензовая демократия». Данный вид демократии, неприемлемый для формально-уравнительной цивилизации Запада, восстанавливает и защищает иерархическую систему построения общества, которая соответствует иерархии пространственной организации государства и задачам элитного отбора в правящие круги[25]. Однако эта «цензовая» система уже создана и приносит свои «плоды».

По мнению другого ученого, В.Л. Махнача, цензовая демократия в современных условиях обязательно приведет к положительным результатам. Но она предполагает:

– приобретение гражданства не по рождению, а за службу и благонадежность;

– недопустимость двойного гражданства, означающего ущемление прав своего демоса в пользу чужого;

– недопустимость признания прав варвара (иммигранта, бомжа, врага собственного демоса), которое означало бы попрание прав каждого гражданина и всего демоса;

– преступник, даже отбывший наказание, не может и не должен получать всей полноты гражданских прав, если он полностью не реабилитирован судебным решением.

Нормы, отделяющие гражданское общество от толпы, в представительной демократии принимают форму цензов. Основных цензов четыре: возрастной, образовательный, имущественный и ценз оседлости. Они дополняются семейным цензом (полнотой прав обладает только глава семьи, в которой растут дети) и цензом отношения к воинской службе (правоспособен только военнообязанный, несущий тяготы, связанные с обороной страны)[26].

Эти псевднонаучные фантазии и «размышления» свидетельствуют о хаосе в юридической науке, утонувшей в цунами нормативного материала западного производства и утратившей всяческие отечественные ориентиры.

Только отдельными исследователями во всеуслышание говорится, что еще со времен М. Горбачева и, особенно, в последующем власть осуществляла глумление и исторический обман народа, совершила массу преступлений перед ним, в частности:

– не раскрывала истинные причины межнациональных конфликтов в регионах и не принимала действенных мер по их локализации;

– полностью умолчала о сути антисоветского проекта, вокруг которого копошилось диссидентство;

– не обнародовало ни один из проектов реформ Явлинских, Гайдаров, Чубайсов, Грефов в части их целей, сроков, последствий и не подвела никаких итогов по ним;

– украла у населения страны все многомиллиардные сбережения в Сбербанке, мгновенно сделав большую часть народа нищими;

– сыграла роль «крыши» при так называемой приватизации, которую иначе и назвать нельзя, как растаскивание на халяву общенародного достояния, поступила при этом хуже, чем «вор в законе»;

– в результате тайных операций повесила на Россию огромный (140 млрд. долл.) внешний долг с очень высокими процентами;

– подготовила и развязала войну в Чечне, погубив десятки тысяч русских и чеченцев, так и не решив ни одной проблемы;

– в 1998 г. в результате афер с финансовыми пирамидами обрушила и обанкротила большую часть мелкого бизнеса и почти весь средний класс страны;

уменьшила и продолжает уменьшать население России более чем на 1 млн. человек в год[27].

Эксперты по возрождению государственности в России выделяют главные качества представителей настоящей элиты:

1) быть носителем не показной раскрепощенности, а «тайной» – творческой – свободы;

2) особый тип поведения: повышенные планки чувства долга и чести, своеобразная рыцарственность членов ордена, жертвенность, аскетический образ жизни не как полная нищета, но как презрение к «сверхпотреблению»;

3) ключевой долг – служение земному Отечеству как образу Отечества Небесного;

4) осознание России как уникальной культуры и цивилизации, ощущение неразрывной связи с великими предками, их ценностями, победами и достижениями; понимание русской государственности как исторического шедевра;

5) подчеркнутость корпоративно-сословной принадлежности к частному – профессиональному – служению Отечеству;

6) неприятие современного «общечеловеческого» цивилизационного стандарта – культа материальных благ, охлократической модели «нормальной» человеческой жизни (годы последних реформ наглядно показали, что жить «нормально», «как все», русский человек не может и не должен – такая жизнь становится для нации отсроченным самоубийством через демографический упадок);

7) способность к выработке единодушия с соотечественниками, в том числе представителями других вер и культурных традиций, ненавязчивость в представлении достоинств своей веры и своего племени, способность формировать соборное единодушие ближних в будни и праздники без чисто формальной декларации этого принципа (соборование и соборность должны не провозглашаться целью, а скромно констатироваться в каждом случае той или иной их реализации)[28].

Однако это не более чем утопическая фантазия. Пока же, подводя итоги либерально-демократической реформы и, соответственно, оценивая деятельность правящей элиты, митрополит Петербургский и Ладожский Иоанн пишет: «Сегодня мы имеем возможность оценить первые плоды такого реформирования. Единое государство разрушено. Русский народ расчленен на части границами новоявленных “независимых городов”. Россия отброшена в своем территориальном развитии на триста пятьдесят лет назад. Общество оказалось совершенно беззащитным перед шквалом безнравственности и цинизма, обрушившимся на людей со страниц “свободной” прессы и экранов телевизоров. Церковь подвергается бешеным атакам еретиков и сектантов, понаехавших в Россию со всего света, чтобы “просветить” русских варваров. Ростки здорового национально-религиозного самосознания погребены под грудой нечистот “масскультуры” и фальшивых ценностей “общества потребления”. Страной по-прежнему правят богоборцы, космополиты и русоненавистники…»[29].



[1] Крыштановская, О.В. Трансформация российской элиты (1981-2003 гг.): дис. … д-ра социол. наук / О.В. Крыштановская. – М., 2003. – С. 2.

[2] Величко, А.М. Государственно-правовые идеалы России и Запада: соотношение правовых культур: дис. … д-ра юрид. наук / А.М. Величко. – СПб., 2000. – С. 2-3.

[3] Василенко, И.А. Диалог цивилизаций: социокультурные проблемы политического партнерства. – М., 1999 / И.А. Василенко. – С. 162.

[4] Проект «Россия». – М., 2006. – С. 17.

[5] Хажмурадов, В.Э. Трансформация политических элит в процессе перехода от традиционного общества к современному: дис. … канд. полит. наук / В.Э. Хажмурадов. – Ростов-на-Д., 2006. – С. 41.

[6] Бондаренко, Е.В. Факторы риска в деятельности современной российской политической элиты: дис. … канд. полит. наук / Е.В. Бондаренко. – Ростов-на-Д., 2006. – С.11-12.

[7] Лихачев, И.В. Политические элиты современной России: сущность, особенности, перспективы: автореф. дис. … канд. полит. наук / И.В. Лихачев. – М., 2004. – С. 23.

[8] Самойлова, Е.Н. Политическая элита России ХХ века: некоторые особенности формирования и деятельности: автореф. дис. … канд. полит. наук / Е.Н. Самойлова. – М., 2004. – С. 24.

[9] Колесников, А. Смена элит: выборы 2000 г. станут игрой на выбивание / А. Колесников // Новое время. – 1999. – 39. – С. 19.

[10] Кабыткина, И.Б. Гражданское общество как источник формирования региональной политической элиты современной России: дис. … канд. полит. наук / И.Б. Кабыткина. – М., 2005. – С. 4.

[11] Тощенко, Ж.Т. Элита? Кланы? Касты? Клики? Как назвать тех, кто правит нами? / Ж.Т. Тощенко // Социологические исследования. – 1999. – 11. – С. 123.

[12] Тощенко Ж.Т. Парадоксальный человек / Ж.Т. Тощенко. – 2-е изд. – М., 2008. – С. 383.

[13] См.: Зюганов, Г.А. Национальная элита / Г.А. Зюганов // Завтра. – 1996. – 46.

[14] См.: Кодин, М.И. Общественно-политические объединения и формирование политической элиты в России (1990-1997) / М.И. Кодин. – М., 1998. – С. 92-93.

[15] Бондаренко, Е.В. Факторы риска в деятельности современной российской политической элиты: дис. … канд. полит. наук / Е.В. Бондаренко. – Ростов-на-Д., 2006. – С. 13.

[16] Политический журнал. – 2004. – 11 (14). – С. 3.

[17] См.: Большая российская энциклопедия: Россия. – М., 2004. – С. 451.

[18] Кот, В.С. Политическое сообщество: генезис, развитие на Западе и особенности формирования в современной России: дис. … д-ра полит. наук / В.С. Кот. – Орел, 2006. – С. 312-313.

[19] Булгакова, А.А. Народное представительство в России: исторические традиции, современное состояние, перспективы развития: автореф. дис. … канд. полит. наук / А.А. Булгакова. – М., 2007. – С. 3-4.

[20] Горшколепов, А.А. Идеократическая государственность: политико-правовой анализ: дис. … канд. юрид. наук / А.А. Горшколепов. – Ростов-на-Д., 2001. – С. 3.

[21] Бабаева, С. Рано расслабились! О чем скажет и о чем не скажет президент 26 мая / С. Бабаева, Г. Бовт // Известия. – 2004. – 26 мая.

[22] См.: Глебова, И.И. Как Россия справилась с демократией: заметки о русской политической культуре, власти, обществе / И.И. Глебова. – М., 2006. – С. 42.

[23] Прокудин, Б.А. Идеи славянского единства в политической мысли России XIX века (генезис, основные направления и этапы развития): автореф. дис. … канд. полит. наук / Б.А. Прокудин. – М., 2007.

[24] Фомина, Н.В. Аристократия и аристократическая форма правления: социально-философский анализ: автореф. дис. … канд. филос. наук / Н.В. Фомина. – Красноярск, 2005. – С. 4.

[25] Кольев, А.Н. Политическая мифология: реализация социального опыта / А.Н. Кольев. – М., 2003. – С. 353.

[26] Махнач, В.Л. Демос и его кратия / В.Л. Махнач // Русский строй: сборник статей. – М., 1997. – С. 68.

[27] Обрежа, В.В. Применение Западом новейшего оружия массового уничтожения – причина гибели СССР и разрушения России / В.В. Обрежа. – М., 2006. – С. 112-113.

[28] Русская доктрина (Сергиевский проект) / под ред. А.Б. Кобякова и В.В. Аверьянова. – М. 2008. – С. 132.

[29] Митр. Иоанн. Одоление смуты. – М., 1995. – С. 89.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100