www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Тесты On-line
Юридические словари
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Теория государства и права
Бекбаев Е.З. Проблема начала в теоретическом познании правовой системы (попытка обоснования). Астана. 2009.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
2. 2. Спорные вопросы теории правоотношения

Необходимо отметить, что в юридической науке имеются достаточно серьезные разногласия среди ученых по ряду ключевых вопросов теории правоотношения. Прежде всего, можно указать на расхождения среди ученых в использовании терминов «правовое отношение» и «правовая связь». Дело в том, что немало ученых в юридической науке полагают, что наряду с правоотношениями необходимо различать также правовые связи как особую принадлежность, атрибут правовой системы. По данному поводу Л. С. Явич указывает на следующее: «В правовой сфере деятельности людей мы столкнулись с известным различием между общественной связью и общественным отношением, но этот вопрос нуждается еще в дополнительных исследованиях... С. С. Алексеев писал, что отношение и есть связь. Это неточно. Правовые отношения отличаются от правовых связей как степенью конкретизации субъектов и их прав (обязанностей), о чем упоминалось, так и характером зависимости субъектов права. ...в правоотношении, в отличие от юридической связи, имеет место поведение взаимодействующих лиц, взаимообусловленная деятельность. Тут субъекты и их поступки находятся в прямом общезначимом стабильном социально-юридическом контакте. При формальном подходе различия между правоотношениями и правовыми связями не существенны, сводятся к конкретизации субъектного состава, прав и обязанностей». [ 47, с. 210-211]. Явич Л. С. Общая теория права. Л.: ЛГУ, 1976, 287 с.

Вместе с Л. С. Явичем в юридической литературе сторонниками различения понятия правовых связей и понятия правовых отношений являются такие ученые как Г. В. Мальцев, В. Д. Сорокин, Ю. И. Гревцов, Л. Б. Тиунова, В. Н. Протасов и др. [32, c. 34], [46, c. 35-37]. Гревцов Ю. И. Проблемы теории правового отношения. Л., изд. ЛГУ, 1981, 85 с.; с. 35-37, /Тиунова Л. Б., Системные связи правовой действительности: Методология и теория. - СПб.; изд. С.-Петербургского университета, 1991, - 136 с./ Однако названные ученые, являясь едиными в вопросе о необходимости различения правоотношений и правовых связей в правовой системе, расходятся между собой в трактовке вопроса о соотношении правовой связи и правоотношения. Например, В. Н. Протасов по данному вопросу придерживается следующей точки зрения: «В исследовании структуры правоотношений нельзя, видимо, отождествлять понятия отношения и связи. Последняя есть разновидность отношения, другими разновидностями которого можно считать зависимости и разграничения. Все находится в отношениях, но не все находится в связях.

В сфере общественных отношений признаком существования связи между субъектами ... является взаимодействие между ними. Отсюда правильнее считать, что, например, субъект права собственности состоит с остальными субъектами не в связях, а в ином виде правоотношений – регулируемой правом зависимости от их деятельности. [48, с. 60]. Протасов В. Н. Правоотношения как система. М, Юрид. лит., 1991, 144 с./

Противоположного по сравнению с В. Н. Протасовым взгляда на соотношение правоотношения и правовой связи придерживается Л. Б. Тиунова, которая исходит из того, что «отношение в науке чаще всего определяется через понятие связи. ...применительно к социальной материи в соответствии со сложившимся понятийно-терминологическим аппаратом современной общественной науки связь следует понимать как более общее, родовое понятие, которое лежит в основе общественного отношения.»/ [46, с. 36]. Тиунова Л. Б. Системные связи правовой действительности: Методология и теория. –СПб.; Издательство С.-Петербургского университета, 1991, - 136 с./.

Таким образом, среди сторонников различения в правовой системе правоотношений и правовых связей можно констатировать два противоположных подхода к вопросу о соотношении правоотношений и правовых связей. Согласно одному их них нужно исходить из того, что понятие связи является более широким по сравнению с понятием отношения, в силу чего общественные отношения необходимо рассматривать как разновидность общественных связей, а правоотношения – как разновидность правовых связей. Согласно другому подходу, наоборот, понятие общественного отношения является более широким по сравнению с понятием общественной связи и, соответственно, правовая связь является разновидностью правоотношения.

В юридической науке существует и третья точка зрения на соотношение правоотношений и правовых связей. Многие ученые считают, что нет никакой нужды в различении отдельно правоотношения и отдельно правовой связи. Они традиционно рассматривают правоотношение и правовую связь как одно и то же, а потому в своих работах используют термины «правовое отношение» (правоотношение) и «правовая связь» как идентичные и взаимозаменяемые.

Поскольку в силу многих причин в юридической науке спор о различении правоотношений и правовых связей и употреблении терминов «правовое отношение» и «правовая связь» носит не просто терминологический характер, можно полагать, что данный вопрос требует своего специального рассмотрения. В рамках этой работы такое специальное рассмотрение будет сделано далее в одном из следующих разделов. Поэтому на данном этапе здесь следует, до момента специального рассмотрения вопроса, придерживаться подхода тех ученых, которые рассматривают связь и отношение как единое понятие, а термины «правоотношение» и «правовая связь» применяют как взаимозаменяемые и идентичные.

В теории правоотношения спорными являются также вопросы о соотношении общих и конкретных правоотношений, субъективных правах и правовом статусе различных субъектов. Следует отметить, что споры по этим и некоторым другим вопросам теории правоотношения уходят своими корнями еще в советский период развития юридической науки, где в свое время не нашли однозначного объяснения различные факты обладания субъективными правами и юридическими обязанностями. Те или иные попытки и варианты объяснения указанных фактов в теории правоотношения стимулировали, в частности, споры по проблеме соотношения субъективных прав с правоспособностью и правосубъектностью, по существу которых Р. О. Халфина разъясняет следующее. «Оживленная полемика по поводу понятия субъективных прав, соотношения правосубъектности, правоспособности, субъективного права связана с тем, что одно из сложнейших явлений, характерных для социалистического общества, - правовое закрепление положения гражданина в обществе – иногда пытаются выразить в одном правовом понятии. Чаще всего для этого применяется понятие субъективного права. Между тем положение гражданина в социалистическом обществе имеет столько аспектов и граней, что не может быть выражено только через понятие субъективного права. ...Рассмотрение обширной литературы, в которой предпринимались попытки такой единой характеристики, показывает, при всем разнообразии отдельных точек зрения их можно объединить в следующие два направления.

1. Все предоставляемые государством социальные блага, как потенциальные, так и реальные, рассматриваются в качестве субъективных прав граждан. Поскольку же правоотношение трактуется этими авторами как реальное общественное отношение, а правовое положение граждан характеризуется тем, что некоторые из этих социальных благ создают лишь возможность их участия в таких отношениях, то напрашивается вывод: субъективное право может быть реализовано вне правоотношения.

2. Исходя из того, что субъективное право может быть реализовано только в правоотношении, признается существование «общих», «общерегулятивных» правоотношений, в которых реализуются субъективные права. [30, с. 121-122]. , Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1973, 351 с./. В целом Р. О. Халфина признает неудачными такие попытки: «Нетрудно убедиться в том, что попытки свести все богатство связей, определяющих положение гражданина в социалистическом обществе, к понятию субъективного права или правоспособности не удаются: приходится либо признать возможность существования субъективного права вне правоотношения, т. е. потенциальная возможность отождествляется с реальной действительностью, либо настолько расширить понятие правоотношения, что оно теряет конкретность своего содержания». [30, с. 122 -123]. Халфина Р. О. Общее учение о правоотношении. М., 1973, 351 с./.

Признав неудачными попытки других ученых объяснять существование субъективного права вне правоотношения или же обосновать существование «общих», «общерегулятивных» правоотношений, в которых реализуются субъективные права, сама Р. О. Халфина последовательно отстаивает традиционный подход к правоотношению как реальному, конкретному отношению, в котором принимают участие определенные лица (отдельные лица или коллективы), наделенные правами и обязанностями. Она категорически утверждает: «Правоотношение же всегда конкретно. ...Это отношение между конкретными субъектами в конкретной области. ...Так, не может быть правоотношения собственности. ...может возникнуть правоотношение государственной, колхозной или личной собственности». [30, с. 265]. , Халфина, Р. О. Общее учение о правоотношении М., 1973, 351 с./

Для позиции Р. О. Халфиной характерны следующие, далеко не однозначные, выводы: 1) отношение гражданина и государства, общества и личности проявляется и находит правовое закрепление в правовом статусе гражданина и его правосубъектности; 2) нормы Конституции, устанавливающие права и свободы граждан, неприкосновенность личности и жилища, являются важнейшими положениями, формирующими правовой статус гражданина, но они «не создают непосредственно правоотношения, поскольку эти блага охраняются от всех, в том числе и непредвидимых, посягательств». [30, с. 123-127]. , Халфина, Р. О. Общее учение о правоотношении М., 1973, 351 с./

Критические выводы и суждения Р. О. Халфиной применительно к общим правоотношениям поддерживает и дополняет К. Н. Наменгенов. Он также дает собственную, развернутую критику концепции общего правоотношения, связывая эту концепцию главным образом с именами С. С. Алексеева и Н. И. Матузова. «По мнению этих авторов, все субъективные права в процессе реализации находятся в рамках правоотношения, но традиционное понятие правоотношения по типу обязательственных («должник – кредитор», «продавец – покупатель» и т. д. ) не может охватить их; другими словами, не все субъективные права укладываются в привычные рамки правоотношения. В связи с этим предлагается общие права и обязанности, какими являются конституционные права (право на труд, на образование и т д.), рассматривать также в составе правоотношений, но уже других, отличных от обычного понимания, - в рамках так называемых общих, или общерегулятивных, правоотношений. Своеобразие общерегулятивных правоотношений заключается в том, что «для их возникновения не требуется иных обстоятельств (юридических фактов), кроме существования самого объекта (очевидно, субъекта. – К. Н.) – носителя общего права или общей обязанности», и далее: «Это не конкретные, индивидуализированные связи между неопределенными лицами, а специфическое состояние, в котором находится данный субъект и которое определяет его общее положение по отношению ко всем другим лицам». Вот другая трактовка общерегулятивных правоотношений: «...те или иные субъективные права, в частности, вытекающие непосредственно из закона, могут не входить и не являться первоначально элементами конкретных, строго индивидуализированных правоотношений (типа «должник – кредитор»), но охватываться более общими, постоянно существующими (длящимися) юридическими отношениями между государством и гражданами, а также последних между собой». Таким образом, особенность общерегулятивных правоотношений заключается в том, что субъективные права, составляющие их содержание, возникают без каких-либо юридических фактов, т. е. «непосредственно из закона», а также они могут опосредовать связь государства и граждан». [22, с.29]. ,/Наменгенов К. Н. Абсолютные и относительные изобретательские правоотношения, Алма-Ата, 1978, 238 с. /.

Возражения К. Н. Наменгенова против концепции общих правоотношений состоят также в том, что «...субъективные права не могут механически возникать непосредственно из норм права и тем более не могут находиться за пределами правоотношений». [22, с. 31]. , /Наменгенов К. Н. Абсолютные и относительные изобретательские правоотношения, Алма-Ата, 1978, 238 с. Также по мнению О. А. Красавчикова «...норма права (общее предписание) не может, помимо юридических фактов, ни наделить субъектов правами и обязанностями, ни освободить их от существующей правовой связи[44, с. 27]. , Красавчиков О. А. Юридические факты в гражданском праве. М., 1958. 185 с.

Аналогичную позицию по вопросам соотношения субъективных прав, правоспособности, общих и конкретных правоотношений вместе с Р. О. Халфиной и К. Н. Наменгеновым занимает А. В. Мицкевич, который является одним из авторов учебника по общей теории права. Он тоже относит права и обязанности граждан, полномочия государственных органов и должностных лиц, закрепленные за ними конституцией и другими законами, к элементам правосубъектности и правового статуса, а вопрос об общих правоотношениях оставляет открытым, признавая в то же время наличие абсолютных правоотношений. [7, с. 365-387]. , Проблемы общей теории права и государства. Учебник для вузов. Под общ. ред. члена-корр. РАН, доктора юрид. наук, проф. В. С. Нерсесянца. – М.: Издательская группа НОРМА – ИНФА - М, 1999. - 832 с./

Наконец, определенные возражения против теоретической конструкции общих правоотношений высказывает также М. Х. Хутыз. Он по данному вопросу, в частности, пишет следующее. «По теории общих правоотношений получается, что все граждане и организации помимо их воли состоят одновременно во всех правовых отношениях лишь в силу того, что нормы права рассчитаны на них как субъектов права.

Издание государством правовых норм ведет в большинстве случаев не к возникновению общих правовых отношений, а к развитию правосубъектности граждан и организаций. Наличие системы прав и обязанностей определяет правовой статус субъектов права. От того, что государство путем издания законов, закрепляющих новые права и устанавливающих новые обязанности, расширяет объем правоспособности, оно еще не расширяет объем субъективных прав конкретных граждан и организаций. Эти права можно получить лишь посредством определенных активных действий, т. е. состоять в конкретных правовых отношениях».[6, с. 60 – 61]. Энциклопедия права: Учеб. Пособие. М. Х. Хутыз, П. Н. Сергейко; Кубан. Гос. ун-т, 1995, -158 с.

В отличие от Р. О. Халфиной, К. Н. Наменгенова, М. Х Хутыза, В. И. Мицкевича и других авторов, в юридической науке многие ученые признают и отстаивают существование общих (общерегулятивных) правоотношений. Например, В. И. Леушин полагает, что «общерегулятивные правоотношения появляются непосредственно из закона. Они возникают на основании юридических норм, гипотезы которых не содержать указаний на юридические факты. Такие нормы порождают у всех адресатов одинаковые права или обязанности без всяких условий (например, многие конституционные нормы)» [42, с. 355] Теория государства и права. Учебник для юридических вузов и факультетов. Под ред. В. М. Корельского и В. Д. Перевалова – М.: Изд. группа НОРМА-ИНФРА-М, 1998. – 570 с./. Как отмечает А. В. Поляков, общие правовые отношения выступают необходимым элементом механизма действия права, важнейшим связующим звеном между правовой нормой и конкретными субъективными правами и юридическими обязанностями участников правопорядка. Специфику общих правоотношений А. В. Поляков усматривает в следующих признаках:

1) такие правоотношения возникают на основе общих норм (прежде всего, на основе норм конституции) и носят общий, охватывающий всех адресатов таких норм, характер;

2) являются длительными правоотношениями, их длительность определяется длительностью действия самой правовой нормы и наличием соответствующих субъектов;

3) являются базовыми правовыми отношениями в механизме действия права (механизме правовой коммуникации), основанием для возникновения и функционирования конкретных правоотношений. [17, с. 759-760]. / Поляков А. В. Общая теория права: Феноменолого-коммуникативный подход. Курс лекций. 2-е изд., доп. – СПб.: изд-во «Юридический центр Пресс», 2003, 845 с.

Аналогичного с А. В. Поляковым мнения придерживается и А. Г. Братко как сторонник различения общих и конкретных правоотношений. «Общие правоотношения возникают непосредственно из закона, который порождает правоотношения между личностью и государством. Закон одновременно является юридическим фактом, с которым он же связывает возникновение правоотношения, например, между личностью и государством в связи с введением в силу уголовного закона. На каждого гражданина, на каждое должностное лицо возлагается обязанность соблюдения соответствующих запретов, а государство приобретает право требовать выполнения этой обязанности гражданами. Это общие взаимосвязи. Они в наименьшей степени осознаются и человеком. Как правило, человек не задумывается о правовом характере такого рода взаимосвязей» [39, с. 157]. Теория права и государства: Учебник под ред. В. В. Лазарева. – М.: Новый Юрист, 1997, - 432 с. /.

По мнению Н. И. Матузова, «люди порой даже не подозревают и не ощущают, что являются субъектами правоотношений общего типа – настолько они естественны, незаметны, привычны – подобно тому, как воздух, которым мы дышим. Такие правоотношения выступают постоянной и непременной «средой обитания» граждан цивилизованного общества. Если жизненный процесс протекает нормально, они просто забывают, что находятся под защитой закона, который незримо присутствует и сопровождает их в повседневных заботах». [17, с. 759]. , Поляков А. В. Общая теория права: Феноменолого-коммуникативный подход. Курс лекций. 2-е изд., доп. – СПб.: изд-во «Юридический центр Пресс», 2003, 845 с.

Таким образом, в юридической науке приводится множество аргументов, как в пользу общих правоотношений, так и против них. Для того чтобы составить собственное мнение об истинности позиций сторонников либо противников общих правоотношений, проанализируем также позицию Ю. И. Гревцова, который занимает «компромиссную», промежуточную позицию между крайними подходами и, видимо, наиболее близок к истине.

Оригинальность позиции Ю.И. Гревцова заключается в том, что он все спорные вопросы теории правоотношения объединяет в единую общую проблему, а источник, причину этой проблемы видит в особенностях самого механизма правового регулирования общественных отношений. При этом Ю. И. Гревцов признает верными отдельные аргументы, как противников, так и сторонников различения общих правоотношений. В частности, он исходит из того, что в правовой сфере наряду с конкретными правоотношениями между определенными субъектами существуют также различного характера правовые связи, которые многими учеными именуются «общими» правоотношениями. Попробуем более подробно остановиться на сказанном.

По мнению Ю. И. Гревцова, ряд объективных факторов в правовой сфере делает необходимым некоторое уточнение содержания самого понятия реализации права, что обуславливается следующим. «В соответствии с общераспространенным пониманием реализация права – это претворение в жизнь требований юридических норм в действиях субъектов права, выражающееся в использовании, исполнении, соблюдении, а также в применении юридических прав и обязанностей, установленных нормами объективного права. Однако чрезвычайно важный аспект при таком понимании все-таки остается в тени, хотя названное выше, безусловно, составляет основное содержание процесса реализации права. Речь идет о том, что закрепление объективным правом различных структур общественных связей и фиксирование гражданства, правоспособности, установление и осуществление общих прав и юридических обязанностей – это тоже осуществление социалистического права, важнейшая сторона его действия, которая непосредственно связана не только с использованием всеобщих прав и обязанностей гражданами, должностными лицами и организациями, но направлена также на организацию условий и предпосылок для последующего осуществления конкретного круга юридических прав и обязанностей всеми субъектами социалистического права. Рассматриваемую сторону реализации социалистического права можно связывать с формированием правовой основы, организационно-правовых начал, без которых осуществление права необходимого результата может и не дать.

С таких позиций уже рассмотренный в общих чертах процесс осуществления социалистического права можно представить в несколько иной плоскости. Первый этап – действие права происходит в процессе издания различных законодательных актов. Тут между государственными органами могут возникать правоотношения, однако не материального, а организационно-процессуального характера, в их рамках происходит осуществление процессуальных прав и обязанностей. Отличительной чертой данных правоотношений является то, что они направлены на организацию предпосылок для осуществления материальных субъективных прав и юридических обязанностей и возникновение материальных правоотношений. Подобное действие права и вытекающих прямо из него процессуальных правоотношений имеет своей целью закрепление общественных связей и правовых структур, а также установление процедур, порядка и условий для надлежащего использования материальных юридических прав и обязанностей. Второй этап связан, во-первых, с осуществлением основных элементов правового статуса, закрепленного на начальном этапе правового регулирования (правоспособности, некоторых конституционных прав и обязанностей, абсолютных прав и др.). Во-вторых, происходит начальное движение в направлении осуществления таких сложных субъективных прав, как право на труд, на образование, медицинское обслуживание и пр. Названные случаи осуществления социалистического права на втором этапе охватываются первой формой реализации социалистического права вне правоотношений. В рамках предварительно организованных правовых общественных связей, посредством соблюдения и использования гражданами, должностными лицами и организациями юридических прав. В-третьих, важнейшим содержанием этого этапа действия социалистического права является осуществление права в правоотношениях, посредством таких способов, как применение норм права, исполнение обязанностей и использование предоставляемых прав». [32, с. 56-57]. , Гревцов Ю. И. Проблемы теории правового отношения. Л., изд. ЛГУ, 1981, 85 с. /.

Несмотря на то, что процитированные выше рассуждения Ю. И. Гревцова изложены в несколько усложненно-громоздком стиле и относятся к сфере действия социалистического права, можно полагать, что они применимы в определенной мере к сфере действия постсоветского права и права вообще. Следует особо подчеркнуть, что сам подход Ю. И. Гревцова предусматривает четкое и недвусмысленное различение в правовой сфере правовых связей и правовых отношений. Далее ученый предлагает целостную концепцию генезиса (перерастания) первоначально возникающих правовых связей в конкретные правоотношения, под углом зрения которой рассматриваются те или иные аспекты споров о соотношении общих и абсолютных правоотношений с конкретными (реальными) правоотношениями.

Как полагает Ю. И. Гревцов, первоначально государство создает в правовой сфере определенные правовые связи между различными субъектами путем принятия различных законов и других нормативных правовых актов о статусе, правах и обязанностях граждан, государственных органов и других структур общества. Данный тезис о существовании различного характера правовых связей в обществе Ю. И. Гревцов обосновывает и развивает следующим образом. «Образование правовых связей обусловлено главным образом формированием предпосылок для последующего юридического взаимодействия. Здесь в первую очередь могут быть обозначены те моменты правового регулирования, которые направлены на: а) установление основной структуры общества посредством признания индивидов данной страны ее гражданами. Признание существующих между индивидами связей в качестве правовых в юридическом плане означает установление гражданства, правоспособности, закрепление за ними основных прав и обязанностей, вытекающих прямо из Конституции; б) закрепление классовой структуры общества ...; в) закрепление структуры государства, которое имеет своей целью обеспечение суверенитета государства. В социалистическом государстве осуществляется и общее закрепление экономической структуры, иных общих структур. Такие структуры общества обычно фиксируются конституциями или иными актами, обладающими высшей юридической силой и, как правило, на переломных или итоговых этапах развития государства.

В процессе повседневного регулирования право закрепляет разнообразные подструктуры более частного по сравнению с вышеназванными уровнями: семья, орган государства, предприятие, отрасль народного хозяйства и пр. В этих случаях правовое регулирование направлено на закрепление более конкретных подструктур общества и их организационное обособление как в целом (например, органа, семьи и др), так и отдельных элементов таких подструктур, в том числе порядка расположения, часто иерархического. Устанавливаются также процессуальные начала функционирования системы и ее элементов в правовой сфере: порядок и условия исполнения установленных правом обязанностей, процедура использования субъективных прав и осуществление компетенции. Во всех вышеотмеченных случаях предметом правового регулирования выступает общественная связь. На этом этапе правового регулирования, когда формируются предпосылки юридического взаимодействия, правовых общественных отношений нет, но создаются необходимые условия для их возникновения. ...Лишь после предварительной регламентации общественных связей в виде общего закрепления социальной структуры, установления правоспособности, всеобщих и абсолютных прав наступает регулирование общественных отношений – исполнение юридических обязанностей и использование субъективного права в конкретных правовых отношениях. При этом генезис конкретного правоотношения, его особенности, обуславливаются характером предварительно закрепленных или организованных правовых связей (правовой структуры)» [32, с. 54-56]. , Гревцов Ю. И. Проблемы теории правового отношения. Л., изд. ЛГУ, 1981, 85 с./

Что же касается выделения и различения абсолютных и общих правоотношений, Ю. И. Гревцов по данному поводу дает следующие пояснения.

«Абсолютные права, как и всеобщие обязанности, вытекают непосредственно из закона, и оказывается возможным их определенное движение вне и помимо конкретных (относительных) правовых отношений.

...говоря о специфике реализации права вне правоотношений (в рамках правовых связей), сторонники такой позиции и не имеют в виду правоотношение.

...Признавать существование отношений, подобных абсолютным, на наш взгляд, вынуждены те авторы, которые отрицают возможность реализации права вне правоотношений, полагая субъективное право элементом то относительного, то абсолютного правоотношений. Вне правоотношений нет субъективного права, считают эти авторы.

...в последнее время все основательнее утверждается взгляд, согласно которому субъективное право не может быть сведено к элементу правоотношений. Это обстоятельство и находит свое отражение в тезисе, согласно которому нормы объективного права, закрепляющие определенные права и юридические обязанности, могут осуществляться и вне правоотношений.

...Д. М. Генкин и С. Н. Братусь показали, что само по себе абсолютное право собственности существует вне правоотношений и не нуждается в конструкции абсолютного правоотношения, реализуясь во множестве конкретных правоотношений. ...стремление не замечать различия между общественной связью и общественным отношением приводит к единственно возможному в таком положении решению: процессы, зафиксированные весьма тонко на уровне общественных правовых связей, «подтягиваются» и «привязываются» искусственно к более развившемуся уровню – стадии зрелого общественного отношения. ... Субъективное право и юридическая обязанность, реализуемые в правовом отношении, становятся неотъемлемыми его элементами. Сказанное не означает, будто субъективное право необходимо всегда рассматривать только в качестве элемента правоотношения. Оно может существовать, как уже отмечалось, и осуществляться вне правоотношений, в рамках правовых связей.» [32, с. 62-69]. , Гревцов Ю. И. Проблемы теории правового отношения. Л., изд. ЛГУ, 1981, 85 с. /.

Если попытаться подвести некоторые итоги анализа позиции Ю. И. Гревцова и других ученых, можно сказать следующее.

В юридической науке, во-первых, все ученые традиционно признают наличие так называемых конкретных или реальных правоотношений, как правовых связей между определенными субъектами правовой сферы, которые в силу наступления определенных юридических фактов являются обладателями корреспондирующих друг к другу субъективных прав и юридических обязанностей. Во-вторых, все эти ученые признают также наличие другого правового феномена, схожего по многим признакам, свойствам, чертам с названными выше конкретными, или реальными, правоотношениями, но расходятся между собой во мнении о названии или наименовании данного правового феномена. Одна группа ученых рассматривает данный правовой феномен как элемент правового статуса субъектов, поскольку в нем отражаются закрепленные в конституциях и других нормативных правовых актах основные права и обязанности граждан, полномочия государственных органов и должностных лиц, а также иных субъектов правовой сферы. Другая группа ученых называет тот же правовой феномен правоспособностью или правосубъектностью физических и юридических лиц, государственных органов и должностных лиц. Третья группа ученых полагает, что указанный правовой феномен следует рассматривать как общие (общерегулятивные) и абсолютные правоотношения, как особые разновидности правоотношений. Еще одна группа ученых считает, что данный правовой феномен в отличие от конкретных правоотношений следует рассматривать как различного характера правовые связи между субъектами в правовой сфере.

Таким образом, в результате изложения содержания указанных выше спорных вопросов можно сделать вывод о том, что ученые единодушно признают существование в правовой сфере двух близких правовых феноменов, которые схожи между собой по многим признакам. За одним из них в юридической науке прочно закрепилось общепризнанное название конкретных правоотношений, но другому правовому феномену ученые дают самые разные названия: правовые связи, общие правоотношения, элементы правового статуса, правоспособность и правосубъектность. Четкая констатация данного факта является, на наш взгляд, одним из необходимых условий для дальнейшего углубленного исследования существа и соотношения этих двух правовых феноменов, первый из которых будем для краткости далее называть – правоотношения, а второй – квази-правоотношения?

К этому следует добавить, что отмеченные расхождения во мнениях ученых по указанному вопросу в основном появились и не были должным образом преодолены в советской юридической науке, а затем достались в наследство современной юридической науке. Вследствие распада СССР и реформирования советской юридической науки были понесены, конечно, определенные потери, которые во всей полноте еще предстоит исследовать историкам государства и права. Однако стало и меньше навязываемых силовым методом юридической науке постулатов и догм, что дает больший простор для развития современного научного знания. В этой связи уже говорилось о судьбах в юридической науке запрета на разделение позитивного права на частное и публичное и тезиса о регулировании правом только волевых надстроечных, или идеологических, отношений.

Были в юридической науке также и приобретения, например, современная концепция прав и свобод человека и гражданина, которая имеет определенное методологическое значение при исследовании многих других научных проблем и позволяет по-новому взглянуть также на некоторые вопросы теории правоотношения. Это дает основания полагать, что в современной юридической науке, несмотря на понесенные потери, сохранен и, более того, возрос определенный научный задел для разрешения спорных вопросов правоотношения.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100