www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Тесты On-line
Юридические словари
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Конституционное (государственное) право
Об общепризнанных принципах международного права и применении судами Постановлений Европейского суда по правам человека (автор: Султанов А.Р.) 2008.
Содержание   
Текст статьи

© 2008 Султанов А.Р.

Долгое время шел спор о применимости Постановлений Европейского Суда по правам человека (далее ЕСПЧ) в правоприменительной практике России. Можно было услышать, что в России нет прецедентного права, что обязательными являются только постановления, вынесенные ЕСПЧ против России. Некоторые практики могли поведать, как суды им отказывали в применении Постановлений ЕСПЧ, ссылаясь на то, что в соответствии с ГПК РФ данные Постановления не создают преюдиции.

Большую надежду в том, что в России не будут искажаться толкования положений Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод» (далее «Конвенции) и что положения данной Конвенции будут применяться в соответствии с практикой ЕСПЧ, давала практика Конституционного Суда РФ. Данная надежда была порождена тем, что Конституционный Суд РФ при обосновании своих решений ссылался на практику ЕСПЧ, причем на решения ЕСПЧ, вынесенные не только по делам против России.

Поскольку практикой ЕСПЧ выработано большое количество толкований норм Конвенции, которые развивали право прав человека, заявители жалоб в Конституционный Суд РФ стали также приводить в качестве обоснования неконституционности тех или иных норм, прецеденты ЕСПЧ. Тем более, что порой обращение в Конституционный Суд РФ было обусловлено неприменением судами Постановлений ЕСПЧ.

В частности, защищая свои права при рассмотрении дела в Президиуме Верховного Суда РФ, ОАО «Нижнекамскнефтехим» столкнулось с проблемой невосприятия принципа правовой определенности в толковании даваемом ЕСПЧ. Что послужило причиной обращения в Конституционный Суд РФ с жалобой о несоответствии Конституции РФ ст. 389 ГПК РФ. В качестве обоснования неконституционности были приведены также прецеденты ЕСПЧ.

Хотя комментируя Постановление Конституционного Суда РФ №2-П от 05.02.2007, вынесенное по результатам рассмотрения жалобы ОАО «Нижнекамскнефтехим», Председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин заявил, что при вынесении данного Постановления[1] Конституционный Суд РФ руководствовался прежде всего Конституцией РФ, а не решениями Европейского Суда по правам человека. Но тем не менее, данное Постановление является очень важным шагом в имплементации решений ЕСПЧ в правовую систему РФ.

В п.2.1 данного Постановления Конституционный Суд РФ высказал следующие правовые позиции:

«… Конвенция о защите прав человека и основных свобод, решения Европейского Суда по правам человека - в той части, в какой ими, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права, дается толкование содержания закрепленных в Конвенции прав и свобод, включая право на доступ к суду и справедливое правосудие, - являются составной частью российской правовой системы, а потому должны учитываться федеральным законодателем при регулировании общественных отношений и правоприменительными органами при применении соответствующих норм права».

На наш взгляд, данное Постановление должно было поставить точку в спорах о том, какие решения ЕСПЧ должны учитываться при правоприменительной деятельности. Поскольку мы полагали, что из выше приведенной правовой позиции следует однозначно, что подлежат учету все решения ЕСПЧ, независимо от того в отношении какой страны-ответчицы вынесено решение, с удивлением узнали о другой оценке данной правовой позиции Конституционного Суда РФ. В статье под названием «Постановление Конституционного Суда РФ об институте надзора в гражданском процессе: отказ в правосудии, отрицание Европы»[2] содержалась критика Постановления №2-П от 05.02.2007 и в том числе критика вышеуказанной правовой позиции Конституционного Суда РФ. Авторы указанной статьи полагают, что Конституционный Суд РФ в данном Постановлении значительно сузил круг обязательных для учета в практике законодательных и правоприменительных органов решений ЕСПЧ, только теми в которых содержится толкование общепризнанных принципов и норм международного права, и далее в статье указаны в качестве примера такие Постановления ЕСПЧ: «Луизиду против Турции», «Ал-Адсани против Соединенного Королевства», «Осалан против Турции».

Такое толкование фактически бы порождало обязанность законодателя и правоприменителя перед учетом постановлений ЕСПЧ разграничить Постановления ЕСПЧ, в которых содержится толкование общепризнанных принципов и норм международного права, от Постановлений ЕСПЧ, в которых такого толкования не содержится. Что конечно не вносило бы определенности в правовое поле, а наоборот вносило бы большую неопределенность.

Соответственно, возникла необходимость проверить правильность понимания правовой позиции Конституционного Суда РФ авторами вышеуказанной статьи. Тем более, что ранее уже высказывалась схожая идея, что для того чтобы признавать решения ЕСПЧ частью правовой системы России, они (решения ЕСПЧ) должны соответствовать общепризнанным принципам международного права[3].

Для правильного понимания правовой позиции Конституционного Суда РФ, на наш взгляд, можно прибегнуть к научным трудам судей Конституционного Суда РФ, в которых рассматривался подобный вопрос, к актам Конституционного Суда РФ, в которых рассматривался вопрос применения общепризнанных принципов и норм международного права.

Полагаем уместным обратиться к тексту выступления председателя Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькина «Роль Конституционного Суда Российской Федерации в реализации конвенции о защите прав человека и основных свобод» на VIII Международном форуме по конституционному правосудию "Имплементация решений Европейского суда по правам человека в практике конституционных судов стран Европы". Среди прочего Председателем Конституционного Суда РФ было отмечено: «В силу статьи 32 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейский Суд по правам человека имеет право решать все вопросы, касающиеся толкования и применения положений Конвенции и Протоколов к ней. Поэтому правовые позиции Европейского Суда, излагаемые им в решениях при толковании положений Конвенции и Протоколов к ней, и сами прецеденты Европейского Суда признаются Российской Федерацией как имеющие обязательный характер».

В интервью, данном газете «ЭЖ-Юрист», Председатель Конституционного Суда РФ отметил, что «в качестве итога пятнадцатилетней деятельности Конституционного Суда РФ мы можем констатировать, что в его работе утвердился подход, когда общепризнанные принципы и нормы международного права используются в качестве эталона, сообразуясь с которым в государстве ведется защита прав и свобод человека, закрепленных в нашей Конституции. Решения Европейского суда оцениваются Конституционным Судом фактически как источник права»[4].

А в статье "Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации" В. Д. Зорькин высказал идею, что когда защищаемые Конвенцией права и свободы нарушены законом, примененным в конкретном деле, то есть если речь идет о дефектах закона, то вопрос о судьбе данного закона, в рамках исполнения решений ЕСПЧ может быть разрешен при проверке его конституционности Конституционным Судом РФ[5].

Судья Конституционного Суда РФ Б.С. Эбзеев оценивает Федеральный закон от 30 марта 1998 "О ратификации Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод", как трансформационный акт, согласно которому, не только Конвенция 1950 года, но и прецеденты Европейского Суда, сложившиеся в процессе ее толкования и применения, обязывают Россию и вменяются в качестве обязательных всякому правоприменителю.[6]

Можно и далее продолжать цитировать судей Конституционного суда РФ, но ни из одной известной нам работы, не видно желания уменьшить значение решений ЕСПЧ. В качестве последнего обращения в данной статье к трудам судей Конституционного Суда РФ прибегнем к статье Н.С. Бондаря "Конвенционная юрисдикция Европейского Суда по правам человека в соотношении с компетенцией Конституционного Суда РФ"[7], которая на наш взгляд, может помочь лучше понять рассматриваемый вопрос. В данной статье Н.С. Бондарь указал на необходимость учета двойственности юридической природы судебных актов Европейского Суда по правам человека: во-первых, как казуальных решений конкретных дел, находящихся в сфере юрисдикции европейского судебного органа; во-вторых, с точки зрения содержащегося в них официального толкования положений Конвенции, имеющих значение не только для разрешения данного конкретного спора, но и - в силу сложившегося общеевропейского правового обыкновения - прецедентное значение для разрешения последующих аналогичных споров. Отсюда вытекает, что обязывающее значение решений Европейского суда как бы раздваивается: по конкретным спорам оно распространяется по общему правилу на те государства - участников Конвенции, которые являлись стороной в споре; для иных государств, не участвовавших в деле, решения Европейского суда по правам человека обязательны лишь в части содержащегося в них официального (нормативного) толкования конвенционных положений, приобретающих значение правовых позиций Европейского суда. Прецедентно-обязывающая сила таких решений вытекает из того обстоятельства, что толкование международного договора органом, юрисдикция которого признана государствами-участниками, является неотъемлемым элементом юридического содержания договорных норм, которые не могут применяться в отрыве, а тем более вопреки данному толкованию. Именно в таком двойственном качестве - как акты казуального решения споров о соответствии Конвенции действий российских национальных властей и как акты официального (нормативного) толкования конвенционных положений - решения Европейского суда по правам человека входят в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ в состав правовой системы Российской Федерации[8].

На наш взгляд, данная статья не была знакома авторам статьи «Постановление Конституционного Суда РФ об институте надзора в гражданском процессе: отказ в правосудии, отрицание Европы». Возможно, знакомство с ней и другими статьями судей Конституционного Суда РФ предупредило бы необоснованное, на наш взгляд, обвинение Конституционного Суда РФ в преуменьшении значений решений ЕСПЧ.

По всей видимости, авторы указанной статьи приписали Конституционному Суду РФ свое собственное понимание общепризнанных принципов и норм международного права, как только норм и принципов, выработанных обычным правом и существующих в виде обычаев.

Общепризнанные принципы и нормы действительно могут иметь обычное происхождение и существовать в виде обычаев, но они могут быть закреплены и в международных договорах и других документах.

Вполне возможно рассматривать положения Всеобщей декларации прав человека, как комплекс общепризнанных принципов и норм международного права. В ряде Постановлений Конституционного Суда РФ после указания, что тем или иным нормам Конституции РФ корреспондируют те или иные статьи Всеобщей декларации прав человека и Европейской конвенции о защите прав человека, содержится вывод, что указанные положения, как относящиеся к общепризнанным принципам и нормам международного права, согласно статье 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации являются составной частью правовой системы Российской Федерации. (Постановление Конституционного Суда РФ от 14 февраля 2002 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности статьи 140 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданки Л.Б.Фишер", Постановление Конституционного Суда РФ от 16 марта 1998 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и статьи 123 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан")

В ряде других актов Конституционного Суда РФ содержится ссылка на то, что общепризнанные принципы и нормы международного права закреплены во Всеобщей декларации прав человека и Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Постановление Конституционного Суда РФ от 17 ноября 1998 г. N 26-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона от 21 июня 1995 года "О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", Постановление Конституционного Суда РФ от 17 декабря 1996 г. N 20-П по делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года "О федеральных органах налоговой полиции" Определение Конституционного Суда РФ от 12 июля 2006 г. N 378-О "По жалобе гражданина Владимирцева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав частями шестой и восьмой статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации"). Такой же подход был использован в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия"

Ознакомление с преамбулой Всеобщей декларации прав человека позволяет прийти к выводу, что авторы Всеобщей декларации имели целью сделать права человека общепризнанными. Вся последующая практика в области прав человека позволяет прийти к выводу о том, что авторы Всеобщей декларации прав человека добились своей цели – положения Всеобщей декларации прав человека, в настоящее время, можно отнести к общепризнанным принципам и нормам международного права.

Что касается Европейской конвенции о защите прав человека, то Правительства ее подписывали «принимая во внимание Всеобщую декларацию прав человека, провозглашенную Генеральной Ассамблеей Организации Объединенных Наций 10 декабря 1948 года, учитывая, что эта Декларация имеет целью обеспечить всеобщее и эффективное признание и осуществление провозглашенных в ней прав, считая, что целью Совета Европы является достижение большего единства между его членами и что одним из средств достижения этой цели является защита и развитие прав человека и основных свобод, подтверждая свою глубокую приверженность основным свободам, которые являются основой справедливости и всеобщего мира и соблюдение которых наилучшим образом обеспечивается, с одной стороны, подлинно демократическим политическим режимом и, с другой стороны, всеобщим пониманием и соблюдением прав человека, которым они привержены, преисполненные решимости, как Правительства европейских государств, движимые единым стремлением и имеющие общее наследие политических традиций, идеалов, свободы и верховенства права, сделать первые шаги на пути обеспечения коллективного осуществления некоторых из прав, изложенных во Всеобщей декларации». [9]

Поэтому вполне логично назвать Конвенцию региональным механизмом обеспечения общепризнанных прав и свобод человека[10].

Глава 2 Конституции РФ, посвященная правам и свободам человека и гражданина, во многом была сформулирована на основе положений Всеобщей декларации прав человека, международных пактов 1966 года[11] и Конвенции, что может быть легко подтверждено сравнительным анализом текстов Конституции РФ и международных актов. Соответственно при применении норм Конституции РФ является вполне логичным учет практики применения общепризнанных принципов и норм международного международными органами.

Соответственно доводы о возможной попытке ограничения учета решений ЕСПЧ законодателем и правоприменителями Конституционным Судом РФ в Постановлении №2-П от 05.02.2007 полагаем надуманными. Наоборот, вышеуказанное Постановление Конституционного Суда РФ ориентирует и законодателя, и всех правоприменителей на применение в своей практике решений ЕСПЧ, независимо от времени их принятия и независимо от того в отношении какой страны ответчицы вынесено решение ЕСПЧ.

Полагаем, что в качестве верности нашего вывода, мы можем привести тот факт, что Консультативный Совет председателей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации в своем решении от 8 июня 2007 года[12] рекомендовал Конституционным (уставным) судам субъектов Российской Феде­рации при осуществлении конституционного правосудия руководство­ваться положениями Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод с учетом практики Европейского Суда по правам человека, а также иными правовыми актами органов Совета Европы.[13]

В тоже время, по нашему мнению понимание правовых позиций Конституционного Суда РФ должно включать в себя то, что обязанности учета решений ЕСПЧ, корреспондирует право заинтересованного лица ссылаться на решения ЕСПЧ с надеждой, что его доводы, основанные на решениях ЕСПЧ, не будут проигнорированы. Такой подход в полной мере соответствует европейским стандартам: «тяжущийся имеет право ссылаться в судах на Европейскую конвенцию в том смысле, в каком она толкуется Страсбургским судом»[14].

Полагаем уместным закончить данную статью цитатой из выступления на круглом столе в ЕСПЧ 29 ноября 2007 г. Председателя Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькина, в которой содержится комментарий рассматриваемой правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ№2-П от 05.02.2007:

«…В данном Постановлении впервые была обозначена обязательность применения и учета решений ЕСПЧ по конкретным делам не только в правоприменительной практике, но и в законодательном регулировании; следовательно, было дано обоснование «генерализации» позиций Европейского Суда – от конкретных дел к мерам общего нормативного характера»[15].

Султанов Айдар Рустэмович,
начальник юридического управления ОАО «Нижнекамскнефтехим»,
судья Третейского энергетического суда,
член Ассоциации по улучшению жизни и образования


[1] Постановление Конституционного Суда РФ от 5 февраля 2007 г. N 2-П
"По делу о проверке конституционности положений статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 380, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго", а также жалобами ряда граждан"

[2] Kirill Koroteev and Sergey Golubok «Judgment of the Russian Constitutional Court on Supervisory Review in Civil Proceedings: Denial of Justice, Denial of Europe», Human rights law review , 2007; Volume 7, Number 3, 619 – 632; в сети Интернет: http://hrlr.oxfordjournals.org/content/vol7/issue3/index.dtl#ARTICLES

Перевод на русский язык размещен по адресу: http://ehracmos.memo.ru/files/Koroteev-Golubok-HRLR.pdf

[3] Марченко М.Н. «Юридическая природа и характер решений Европейского Суда по правам человека», журнал «Государство и право» №2, 2006, стр.19

[4] Зорькин В.Д. «На вершине судебной власти», "ЭЖ-Юрист", 2006, N 41

[5] Зорькин В.Д. "Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации", «Журнал российского права», N 12, 2004.

[6] Эбзеев Б. С. «Глобализация, Европейский консенсус и рецепция Россией европейских гуманитарных стандартов: механизмы и пределы»// Сборник научных трудов «Актуальные проблемы теории и практик конституционного судопроизводства», Казань, 2007, стр.78

[7] "Журнал российского права", N 6, июнь 2006 г.

[8] Бондарь Н.С. "Конвенционная юрисдикция Европейского Суда по правам человека в соотношении с компетенцией Конституционного Суда РФ" "Журнал российского права", N 6, июнь 2006 г.

[9] Преамбула Европейской Конвенции

[10] Саидов А.Х. «Общепризнанные права человека», учебное пособие под. ред. проф. Лукашук И.И., М. 2004, стр. 158

[11] Которые также были приняты с целью реализации Всеобщей декларации прав человека.

[12] «Вестник Конституционного суда Республики Татарстан», Казань, 2007, специальный выпуск, стр. 22

[13] Данное решение было вынесено по результатам заседания Консультативного Совета председателей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации, состоявшегося в г. Казани в 2007 году на тему «Европейские стандарты в практике конституционного правосудия в Российской Федерации». Информация о данном заседании опубликована также в журнале «Право и жизнь», №4/45, июль 2007, стр. 32-39

[14] Де Сальвиа М. «Прецеденты Европейского Суда по правам человека. Судебная практика с 1960 по 2002», СпБ, 2004, стр.21.

[15] Зорькин В.Д. «Реализация Конвенции о защите прав человека и основных свобод в российском правовом поле», цит. по книге Зорькин В.Д. «Россия и Конституция в XXI веке», стр. 475

Содержание   




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100