www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Торговое право
Торговое право. Шершеневич Г.Ф. Том I. Введение. Торговые деятели. Изд.четвертое. СПб. По изданию 1908 г. // Allpravo.Ru
<< Назад    Содержание    Вперед >>
§ 19. Доказательная сила купеческих книг

Литература: Thaller, Tratte de droit commercial, стр. 132-137; Гасман, О доказательной силе торговых и маклерских книг («В. Пр.», 1905, №5).

1. Основание доказательной силы. По общему правилу акты, которые выражают волю одного лица, имеющую юридическое содержание, могут служить доказательством только против того, от кого они исходят[1]. Невозможно допустить, чтобы общество, в частности суд, безусловно полагались на документы, составленные самими кредиторами, особенно ввиду отрицания со стороны должников, заслуживающих во всяком случае не меньшего доверия. Исключение в этом отношении составляют рассмотренные сейчас купеческие книги.

На чем основывается особенное доверие, оказываемое этим документам, чем оправдывается подобное исключение? Между тем привилегированное положение купеческих книг подтверждается уже римскими источниками, а особенного значения, в смысле процессуального доказательства, они достигают в средние века в итальянских городах. Первоначально эта юридическая особенность основывалась на личном доверии к купцам, которые, составляя замкнутое сословие, естественно, должны были следить друг за другом и малейшее нарушение честности по отношению к членам своей корпорации карать немилосердно исключением из своей среды. Поэтому доказательная сила купеческих книг в прежнее время ограничивалась строго кругом отношений, устанавливавшихся между самими купцами, не касаясь лиц, не причастных к торговле. С падением корпоративной замкнутости торгового класса была потеряна эта основа для привилегированного положения купеческих книг. Однако прежнее преимущество сохранилось за ними ввиду иных соображений, чисто бухгалтерского характера. Утверждали, что самый порядок ведения книг, постепенность совершаемых записей, совокупность предупредительных мер (как, например, скрепа их по листам) не дают возможности внесения статьи задним числом, а потому, если книги ведутся, по-видимому, правильно, то и нет основания не доверять правдивости содержащихся в них записей. Придерживаясь этой точки зрения, французское законодательство постановило, что купеческие книги, правильно веденные, могут быть принимаемы судом как доказательство между торгующими по делам торговли[2]. Правило французского законодательства повторяется буквально и другими торговыми уложениями[3]. Однако в последнее время авторитет купеческих книг значительно подорван вследствие неоднократно обнаруживавшейся возможности ложных указаний, несмотря на видимую исправность книг, и особенно при согласии двух купцов, направленном против третьих лиц. Соответственно изменившейся точке зрения германский устав гражданского судопроизводства 1877 года лишил купеческие книги того особенного доверия, которым они пользовались со стороны торгового уложения 1861 года[4], и представил оценку их доказательности свободному усмотрению суда.

II. Нормы русского права. Русское законодательство держится предположения достоверности купеческих книг и придает им особенную доказательную силу, какой они не имели бы по общему правилу как односторонние акты[5].

Нормы, определяющие доказательное значение купеческих книг, содержатся в Уставе Судопроизводства Торгового, а также в Уставе Гражданского Судопроизводства, с той, однако, разницей, что в первом источнике они гораздо полнее, так как здесь разрешается вопрос о силе доказательства купеческих книг в сношениях купцов между собой и в сношениях их с лицами неторгующими, тогда как в Уставе Гражданского Судопроизводства предусматривается лишь последняя сторона. Имеет ли право и обязан ли окружной суд руководствоваться правилами Устава Судопроизводства Торгового, обязательного для коммерческих судов?

Мы знаем, что в тех местностях, на которые не простирается ведомство коммерческих судов, торговые дела ведаются общими судами на основании Устава Гражданского Судопроизводства[6], следовательно, с этой точки зрения правила У стана Торгового Судопроизводства не должны бы иметь значения для общих судом Далее, и ч молчания Устава Гражданского Судопроизводства относится доказательной силы купеческих книг в спорах между купцами мы могли бы заключить о том, что новый закон лишает их прежнего значения.

Однако, с другой стороны, трудно предположить, чтобы закон умалчивал о доказательной силе купеческих книг между купцами с намерением отменить правила Устава Торгового, потому что в таком случае ему незачем было бы так сильно подчеркивать значение купеческих книг в исках против неторгующих, в таком случае законодателю следовало бы просто обойти молчанием вопрос о купеческих книгах как особом виде доказательств. Заявляя о том, что купеческие книги не должны иметь силы против неторгующих, законодатель тем самым дает понять, что в спорах между купцами он сохраняет то значение за купеческими книгами, которое признавалось за ними прежде в Уставе Судопроизводства Торгового[7]. Для прибалтийских губерний по закону 9 июля 1889 года сделана попытка согласовать формальную точку зрения Устава Судопроизводства Торгового с началом свободной оценки, лежащей в основании Устава Гражданского Судопроизводства[8].

III. Условия доказательной силы. Закон, придавая особенное значение купеческим книгам, должен был выставить также условия доказательной силы. Мы уже видели, что закон берет на себя труд указать, какие книги следует вести купцам и в каком виде они должны быть содержимы. Купеческие книги теряют силу доказательства или по причинам, лежащим в них самих, или по причинам, заключающимся в личности самого купца[9].

1. С первой точки зрения книги не внушают доверия к своему содержанию и потому лишаются доказательной силы: а) когда в них окажутся вновь вставленные, вклеенные или вшитые листы или местами найдены будут поправки и подчистки, и b) когда в статьях окажутся неисправности в пользу лица, которому принадлежат книги.

2. Со стороны причин, которые заключаются в личности купца, книги его теряют свое значение ввиду обстоятельств, подрывающих доверие к честности предъявителя книг: а) когда он по судебному приговору признан злостным банкротом, и Ь) когда он лишен по суду всех или некоторых особых прав и преимуществ, предполагая, очевидно, что купец вместе с тем и упрочивает общественное доверие; но если он осужден за убийство из ревности[10]? Само собою разумеется, что купеческие книги, не удовлетворяющие требуемым условиям доказательной силы, теряя значение доказательства в пользу лица, которому принадлежат, не теряют однако же силы против него самого[11].

IV. Доказательная сила против купцов. Купеческие книги, если они ведены по установленным правилам и с надлежащей исправностью, имеют силу доказательства между купцами взаимно во всех делах, которые касаются товарной и вексельной торговли[12]. Следовательно, особую доказательную силу имеют: 1) купеческие книги 2) в спорах между купцами 3) по делам торговым, 4) если ведены исправно. Рассмотрим в отдельности каждый из отмеченных признаков.

1. Прежде всего необходимо определить, что понимает закон под купеческими книгами. Мы видели, что наш законодатель предписывает каждому роду торговли, т.е. оптовой, розничной и мелочной, известный круг обязательных книг, которые все именуются купеческими. Но закон вызывает некоторое сомнение, когда заявляет, что книги и реестры розничных торговцев и лавочников, также поставщиков разных припасов, хлебников, погребщиков и мастеровых людей сами по себе не имеют силы доказательства, хотя бы они ведены были и по образцу купеческих. Сомнение состоит в том, что закон противополагает книги розничной и мелочной торговли книгам оптовой торговли, считает их не купеческими, а подобием купеческих. Затем закон лишает такие книги привилегированной доказательной силы, не определяя точнее, касается ли это лишение всех вообще споров, не исключая и споров между купцами, или относится только к столкновениям купцов с неторгующими лицами. Вникая в смысл закона, мы должны предположить, что, говоря о книгах, которые ведутся, «по образцу купеческих», закон не имел в виду исключить их из круга купеческих книг, потому что это прямо противоречило бы ст. 699 Устава Торгового, а только желал лишить их силы даже при условии исправного ведения, какое требуется от купеческих книг. Во-вторых, из общего смысла ст. 248-251 Устава Судопроизводства Торговою нельзя не заметить, что законодатель имел в виду только споры купцов с лицами неторгующими, с потребителями, а не споры купцов между собой, для которых книги розничной и мелочной торговли должны вполне сохранить свою доказательную силу.

Кроме указанных самим законом книг, дозволяется вести еще вспомогательные книги, какие кто признает для себя удобными. Возникает вопрос, имеют ли эти книги также привилегированную доказательную силу или она составляет исключительное достояние установленных, прямо указанных в законе книг? Закон признает и за ними силу доказательства, но только под условием соответствия их содержания с главными книгами[13], но обнаружение такого соответствия представляется несколько затруднительным, потому что для этого истец должен открыть ответчику все свои книги.

2. Купеческие книги приобретают силу доказательства только в спорах между купцами. Это вполне естественно, потому что основание особого значения книг кроется не в доверии к записям купца, а в соответствии записей в книгах спорящих лиц, которое вызывает предположение истинности. Поэтому только между лицами, которые ведут купеческие книги, и может быть допущен этот особый способ доказывания. Конечно, простая отговорка в неимении, неведении книг не исключает силы доказательства, так как закон предполагает, что все купцы ведут книги, и если в том или другом случае предположение не оправдалось, закон указывает иные способы восполнения этого недостатка. А именно суд может основывать свое решение на книгах одного истца, если ответчик не найдет возможным опровергнуть их содержание[14]. И, обратно, при непредставлении истцом своих книг, веденные правильно книги
ответчика должны иметь силу доказательства
[15].

3. Так как купеческие книги ведутся от лица предприятия, то частные отношения купца, юридические сделки, не имеющие связи с его торговым промыслом, могут не оставить следа в счетоводстве. Поэтому книги имеют доказательную силу только в торговых делах, в делах, которые касаются товарной и фондовой торговли, денежных займов и других торговых обязательств, которые обыкновенно вносятся в книги. Практикой признано, что купеческими книгами можно доказывать не только долги по товарной и вексельной торговле, но и наем помещений[16], очевидно, в предположении, что такой наем становится торговой сделкой по приращению. Отношения денежные между купцами, не касающиеся торговли, например векселя в качестве приданого, не подлежат действию доказательной силы купеческих книг.

4. За купеческими книгами признается доказательная сила под условием исправного ведения их. Мы уже видели, какие требования выставляет закон для признания за книгами исправности. Из такого состояния купеческих книг вытекает само собой необходимое соответствие в статьях, которое составляет главное основание их доказательной силы. Поэтому закон постановляет, что купеческие книги служат полным доказательством между купцами взаимно, когда внесенные в оные статьи, составляющие предмет иска, по сравнению с книгами ответчика окажутся сходны. Если статьи в книгах одного купца не сходны со статьями в книгах другого, объявляющего по ним спор, то ни те, ни другие книги сами по себе не могут служить доказательством к разрешению спора. Однако такое несходство в одних статьях не лишает их в том же деле силы доказательства по другим статьям[17]. Если закон ставит условием доказательной силы исправное ведение книг, лишает их значения, когда «местами найдены будут поправки и подчистки», то это не касается несоответствия, которое может обнаружиться в книгах без поправок и подчисток, и, наоборот, возможно полное соответствие при неисправном вообще ведении книг[18].

5. Наконец, нужно заметить, что сила доказательства, какую могут иметь купеческие книги в делах торговых между купцами взаимно, не ограничивается никаким сроком, кроме обыкновенной десятилетней давности. Но против умершего купца книги его теряют силу доказательства по прошествии 5 лет[19].

V. Доказательная сила против неторгующих. Значительно меньшую силу имеют купеческие книги в исках купцов против лиц, не принадлежащих к торговому классу. В таких спорах они не имеют того самостоятельною, привилегированного положения, каким они пользуются в спорах между купцами. Они не служат прямым доказательством основных фактов, а только подтверждением обстоятельств менее важных, при доказанности другими средствами главных. В исках против лиц, к торговому сословию не принадлежащих, купеческие книги могут быть принимаемы за доказательство в спорах о поставке товаров и о займе денег, и тогда лишь, когда доказано, что товары действительно были поставляемы или деньги забираемы, а сомнение или спор относится ко времени, количеству, качеству или цене поставленных или забранных товаров или обещанного платежа[20].

Что следует понимать под лицами, к торговому сословию не принадлежащими? Купец может вступать с другими лицами в сделки, которые будут торговы только для него или же будут торговы для обеих сторон. Несомненно, что в настоящем случае это различие не имеет значения и что ограниченная сила купеческих книг применима вообще в спорах купца против некупца в смысле торгового права. Основание ограничения заключается в том, что только купцы ведут книги, и, следовательно, в подобных спорах не может быть желаемого соответствия статей, а с этой точки зрения безразлично, будет ли сделка односторонне или двусторонне торговою, лишь бы ответчик не был купцом, т.е. не был лицом, которое само обязано по закону вести книги[21].

В спорах купцов против лиц, не принадлежащих к торговому классу, силу доказательства, хотя и ограниченную, имеют только книги оптовой торговли; напротив, книги розничных и мелочных торговцев лишены всякого преимущественного значения в качестве доказательства, так как доказательность их поставлена в зависимость от наличности расписки противной стороны[22]. В действительности споры купцов против лиц, не принадлежащих к торговому классу, чаще всего могут возникать в розничной торговле.

Доказательная сила книг первого разряда в рассматриваемых спорах предполагает доказанность других фактов иными средствами. Если доказано, что товары были доставлены купцом неторгующему или, наоборот, неторгующим купцу, или же что деньги были взяты в заем, тогда купеческие книги могут служить доказательством в случае возникшего сомнения относительно времени, количества, качества или цены (процента?) поставки и займа.

В признании доказательной силы за купеческими книгами в рассматриваемом случае обнаруживается различие между общими судами и коммерческими. Тогда как Устав Гражданского Судопроизводства не знает уже легальной оценки доказательств, для коммерческих судов последняя сохраняет еще свое значение. В данном случае коммерческие суды могут принимать свидетельство купеческих книг лишь за половинное доказательство, которое восполняется дополнительной присягой, касающейся спорных статей.

Мы видели, что в спорах купцов между собой купеческие книги теряют доказательную силу только по прошествии десяти лет. Напротив, в исках против лиц, не принадлежащих к торговому сословию, установлена сокращенная давность, а именно купеческие книги в этих случаях имеют силу доказательства только в течение одного года, считая с того времени, как товары поставлены или деньги взяты[23].

Некоторую особенность представляют еще книжки, в которые вписываются товары, взятые потребителями не на наличные, а в кредит, для одновременной расплаты при скоплении более значительной суммы. Книжки эти по заведенному порядку находятся в руках потребителей, а статьи долга вносятся купцом по мере того, как забирается товар. Принимая во внимание такой порядок, закон не мог не предположить некоторой истинности содержания подобных книжек, потому что они ведутся под контролем обеих сторон. Сохраняя без протеста возвращенную после записи книжку, потребитель своим молчанием как бы признает правильность содержания. Поэтому закон постановляет, что подобные книжки (отписные) служат доказательством против получателя товаров, если он, продержав у себя книжку долее 7 дней с того времени, как статьи в нее внесены, не протестовал против их неверности[24].



[1] Ср. ст. 472 Уст. Гражд. Судопр.

[2] Франц. торг, улож., § 12.

[3] Итал. торг, улож., § 48.

[4] Герм. уст. гражд. судопр. 1877 г., § 381; см. E n d e m a n n, Der deutsche Civilprocess U, стр. 261-262.

[5] Уст. Гражд. Судопр., ст. 472; Уст. Судопр. Торгового, ст. 253.

[6] Уст. Гражд. Судопр., ст. 28.

[7] См реш. Гражд. кас. дел. 1870, 142, по д. торгового дома Шапошникова и К°; Анненков, Опыт комментария, т. II, стр. 281.

[8] Уст. Гражд. Судопр., ст. 1805, прил. ст. 8-13.

[9] Уст. Гражд. Судопр., ст. 468, Уст. Судопр. Торгового, ст. 242.

[10] Закон присоединяет еще одну причину - когда купец на основании тех же книг прежде предъявлял иск и было доказано, что платеж им получен, - но эта причина вытекает сама собой из общих процессуальных оснований. Гасман («В. Пр.», 1905, № 5, стр. 74) ставит мне вопрос, какое же это основание. Конечно, res judicata, потому что не может быть сомнения, что мысль ст. 242, п. 3 именно и состоит в предотвращении спорных дел, возобновляемых на том же основании.

[11] Уст. Судопр. Торгового, ст. 243; Уст. Гражд. Судопр., ст. 469.

[12] Ст. 233 и 234 Уст. Судопр. Торгового.

[13] Ст. 683 Устава Торгового; Б а ш и л о в, I, стр. 123; Анненков, Н, стр. 288; Нисселович, «Счетоводство», 1888, стр. 244; последний находит даже, что «эти вспомогательные книги пользуются большим покровительством закона, чем самые обязательные книги».

[14] Ст. 681 Устава Торгового.

[15] Реш. 4 деп. Сен. 1876, № 637

[16] Реш. Гражд. кас. деп. 1883, № 81.

[17] Ст. 234 и 235 Уст. Судопр. Торгового. См. Башилов, I, стр. 123; Нисселович, «Счетоводство», 1888, стр. 297.

[18] См. Анненков, I, стр. 291.

[19] См. 238. Уст. Судопр. Торгового.

[20] Уст. Гражд. Судопр., ст. 466; Уст. Судопр. Торг., ст. 236.

[21] Противоположный взгляд реш. 4 деп. Прав. Сен. 1878, 824, по д. Сотириади; 2 Общ. Собр. 1885, № 147.

[22] Уст. Гражд. Судопр., ст. 470; Уст. Судопр. Торг., ст. 249. См. Анненков, 11,
стр. 289.

[23] Уст. Гражд. Судопр., ст. 467 и Уст. Судопр. Торгового, ст. 239-241.

[24] Уст. Гражд. Судопр., ст. 471 и Уст. Судопр. Торгового, ст. 250. О форме протеста см. у Анненкова, II, стр. 278.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100