www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Гражданский процесс
Гражданское судопроизводство из курса правоведения по Народной энциклопедии изд.1911 г. Полутом 2. Общественно-юридические науки // Allpravo.Ru
<< Назад    Содержание    Вперед >>
2. Основные начала гражданского процесса: гласность, устность и письменность

I. Основным началом правильного суда является его гласность. Публичное отправление правосудия с присутствием в зале судебных заседаний публики, с допущением о них газетных отчетов — содействует ознакомлению общества с формами и способами разрешения процессов, внедряет в сознание слушателей начала права и тем воспитывает правосознание, наконец, вселяет в граждан уверенность, что правда торжествует в государственном суде, а неправда уличается и терпит кару. Однако для того, чтобы гласность правосудия могла открывать свои воспитательные действия, надобно сделать судоговорение по возможности «популярным», общедоступным. Еели бы юстиция, отдалившись от народного понимания, стала изрекать решения, ни для кого не вразумительные, «говорить загадками», то польза от такой гласности свелась бы к нулю. Вот почему недостаточно провозгласить в назидание публики решение, надо, кроме того, привести основания, «мотивы». Лишь тогда слушатели узнают не только то, как разрешено дело, но и то, почему оно так разрешено. И следует осудить, как идущий против благотворных последствий гласности, наш судебный обычай — выносить из совещательной комнаты резолюцию без всякой мотивировки. В деле сколько-нибудь сложном, .где каждый из тяжущихся приводил в свою пользу солидные доводы, быть может, сумел убедить часть публики, резолюция суда, не снабженная доказательствами своей правильности, бессильна послужить светочем права в темной области смутного правосознания присутствующих граждан, а среди той их половины, которая примкнула к доводам неправой стороны, напротив, будет равнозначащей с решением прямо неправосудным. Суду нужно было разубедить предубежденную публику, а он, даже не попытавшись сделать это, ограничился провозглашением решения, непонятного ни для кого, кроме самих судей. И неудивительно, если слушатели отнесутся к резолюции суда отрицательно, удостоверясь не в том, что в стране царит правда и справедливость, а в явлении прямо противоположном.

Кроме того, гласность судопроизводства побуждает и самих судей, и поверенных тяжущихся, относиться к своим обязанностям тщательно и добросовестно, ибо выполдение дела совершается под контролем общественного мнения. «Дайте мне,—говорил Мирабо,—какого хотите судью — пристрастного, корыстолюбивого, даже моего врага, лишь бы только он действовал в виду публики». «Горой стою за гласность суда,— пишет сенатор Боровиковский.—Мало того: не сочувствую обычаю (чуть ли не всесветному) решать дела, не выходя из совещательной комнаты, если нет ни сторон, ни публики Позволю себе такое сравнение: в церкви молящихся нет, а служба совершается сполна, согласно церковным уставам. Трудно поставить точную разницу между «опущением пустых формальностей» и «халатностью».

Наконец гласность, вынося на свет Божий все обстоятельства дела, способствует полному торжеству правой стороны и посрамлению виновной. Правда, ложно обвиняемая, имеет возможность доказать свою невиность на глазах у всех, желающих ее слушать, а неправда терпит позор и обличение в присутствии публики. При негласном суде, когда самозащита привлеченного к делу ни для кого, кроме судей, неведома, невиновный никогда не будет вполне оправдан.

Однако бывают случаи, где гласность судебного исследования может быть неприятна для самих же тяжущихся или порождать соблазн среди публики. Напр., разоблачаются подробности, касающиеся интимных отношений между лицами разного пола. «Если, по особому свойству дела, публичность заседания может быть предосудительна для религии, общественного порядка или нравственности», говорит закон (ст. 325 уст. гр. суд.), или «когда обе стороны будут о сем просить и суд признает просьбу их заслуживающей уважения» (ст. 326), тогда суд может постановить о слушании дела при закрытых дверях. Судебные заседания по делам о содержании внебрачных детей также происходят при закрытых дверях (ст. 3251 уст.).

II. В силу начала «состязательности» (см. статью: «Доказывание») стороны убеждают суд в правоте каждая своего дела, представляя доказательства, ссылаясь на факты и приводя юридические рассуждения. Но, спрашивается, в какой же форме знакомится суд с этими данными до делу? Предлагают ли тяжущиеся весь этот так называемый «процессуальный материал» в письменном виде или устно? Ибо каждый из этих способов имеет свои преимущества и недостатки. Устность, предполагающая присутствие на суде тяжущихся или их поверенных, дает в руки суда легкую возможность задавать сторонам вопросы, чтобы добиться или признания факта, что делает доказательства в его пользу излишними и сокращает или упрощает разбирательство дела, или его разъяснения и освещения, или, наконец, отрицания, снабжающего суд правом приступить к поверке доказываний противника. Словесный порядок разбора, с обменом возражений между тяжущимися сторонами, создает пред глазами суда спор — этот лучший способ для уяснения и усвоения судьями всех данных по делу, как это признано всеми процессуальными законодательствами. Притом спор и состязание протекает в его наиболее удобоусвояемой для суда постановке: спор устный, представляющий вниманию всю картину дела в красочности живого, горячего слова, исчерпывающий все вопросы во время прений, ибо всех должны будут, влекомые личным интересом, коснуться противники в целях нападения или защиты. Если же суд вмешается в эту словесную борьбу, руководя прениями и их направляя, не дозволяя им отклониться в сторону от главного предмета спора, умеряя излишний пыл спорящих и пресекая вольные или невольные злоупотребления, задавая наводящие и разъясняющие вопросы, то все выгодные стороны состязания будуть использованы правосудием в еще болышей степени.

В свою очередь, и письменное начало имеет свои высоко полезные стороны: прежде всего для того, чтобы подготовить правильный спор. Чтобы спорить во всеоружии фактов, доказательств и юридической логики, надо заранее ознакомиться с требованиями противника, обстоятельствами, которые он приводит, и ссылками на закон, которыми он пользуется. Для этих целей процесс заставляет тяжущихся обменяться предварительно так называемыми «состязательными бумагами», из которых первой со стороны истца и является исковое прошение. А так как эти бумаги (по нашему уставу их полагается не более двух от каждого тяжущегося) обязательно проходят через руки суда, то своевременное ознакомление с ними позволяет подготовиться к спору судье, чтобы руководить прениями с толком и задавать вопросы, действительно способствующие выяснению истины. Это же изучение бумаг даст члену-докладчику (в коллегиальном суде) возможность сделать перед заседанием доклад, чтобы выяснить сущность предстоящих прений остальным судьям и, может быть, даже самим тяжущимся. Кроме того, письменная форма наиболее содействует закреплению процессуального материала: требований истца в прошении, апеллятора и кассатора в жалобе; рассуждений суда в постановленном решении и т. д. Если бы все сохранялось только в памяти лиц — судей и тяжущихся,— то был бы возможен спор о содержании этих важнейших процессуальных моментов: бумага предотвращает всякое здесь сомнение. Кроме того, в известные акты суда — в протокол — заносится вкратце все, что было сказано и сделано при разборе и для разбора дела как тяжущимися, так и судом: речи сторон, допрос свидетелей, весь последовательный ход судебной процедуры. Если бы стороны находили в действиях судей ошибки, отступления от законного порядка и т. д., то могли бы опираться на факты, занесенные в протокол, и не зависеть всякий раз от воспоминаний или забывчивости судей, на которых подаются ими жалобы.

Процессуальные законодательства, предпочитающие письменность устности, требуют, чтобы весь процессуальный материал был исчерпан до слушания тяжбы в состязательных бумагах (например, французский процесс); доклад судьи суммирует, сводит в одно целое сущность спора, и тяжущиеся только поясняют и развивают письменный материал. Законодательства, насаждающие устный процесс, позволяют делать новые ссылки на доказателства и факты во время прений, давая право противнику, которого новый довод захватил врасплох, требовать только отсрочки заседания. Значение судебного доклада умаляется, т.к. черпая материал из состязательных бумаг, он мог и не получить в них всех сведений по делу. Отсюда же вырастает значение протокола, который в виду возможного буссилия состязательных бумаг и доклада обязан неукоснительно занести на свои страницы все существенные ссылки и доводы сторон.

Какую систему принял в этом отнощении нащ устав гражданского судопроизводства, это собственно сказать трудно. Несмотря на строгие, казалось бы, предписания ст. 314-315, заставляющие ответчика сообщить все свои возражения, факты и доказательства в первой же бумаге, Сенат разъяснил, что обмен состязательными бумагами есть право, а не обязанность сторон, ст. 331 допускает приведение новых обстоятельств или доказательств, не указанных в тех бумагах, ст. 339 обязывает суд основывать решение и на том материале, который выяснился при изустном состязании. Поэтому, все представлено фактически на благоусмотрение самих тяжущихся: захотят они – обменяются подробными состязательными бумагами, дадут богатый материал мудебному докладу, - тогда словесные прения отойдут на второй план, даже больше: стороны могут и совсем не явиться к разбору дела, прося суд решить его в их отсутствие – и получится чисто письменный процесс. Наоборот, они в праве вовсе избежать письменной подготовки дела, уклонившись от обмена бумагами; кроме иска в деле ничего не окажется, доклад сведется почти к нулю; зато на словесных прениях, к руководству которыми явится совершенно неподготовленным суд, стороны разовьют све свои доводы, изложат впервые обтоятельства и приведут доказательства – и вот создастся чисто словесная процедура, закрепленная только в протоколе, значение котрого станет прямо выдающимся по этой причине.

Однако наше позднейшее законодательство ввело процессы с преобладанием письменного начала, если не в смысле совершенного недопущения устности, то в смысле допустимости исключиельно письменных доказательств. Это сделано было в видах ускорения суда по тем делам, которые по свойству имеющихся в них доказательств со стороны истца представляются почти бесспорными»: до такой степени были бы безнадежны возражения ответчика. В сущности, последнему не о чем спорить, и если он, тем не менее, не удовлетворяет истца, то либо по небрежности к чужому интересу, либо по неимению средств, либо, наконец, по недобросовестности. Но во всех трех случаях у ответчика нет данных для защиты, и правосудию собственно нет смысла его выслушивать: требуется, как можно скорее, постановить решение о прсеуждении иска, чтобы побудить нерадивого или недобросовестного ответчика подчиниться праву. Если же правосудие открыло бы полную возможность для ответчика возражать и спорить, то эта возможность не принесла. бы существенной пользы для добросовестного тяжущегося, — зато вооружила бы средствами затянуть процесс злонамеренного ответчика, который воспользуется ими, чтобы выиграть время для сокрытия своего имущества, и, доведя до конца долговременную тяжбу, истец не найдет у своего противника материальных средств, на которые можно было бы обратить взыскание.

Процессуальные законодательства знают два способа ускорить суд по бесспорным, делам: или, во-первых, ограничить круг допустимых доказательств одними письменными актами, исключив свидетелей, или, во-вторых, даже не вызывать к суду ответчика, разрешив дело только на основании доказательств истца. Средств обжалования (апелляции, кассации и пр.) в обоих случаях не существует. Однако, если у ответчика, в том или другом случае нашлись бы (по исключению) доводы против истцовых данных, то ему предоставляется право начать обычный процесс (не ускоренный): или прося суд об обращении дела к общему порядку производства, или подав для этого новый иск к прежнему истцу. Наше процессуальное законодательство содержит правила об ускоренном суде, различные для земских начальников и городских судей и для остальных судебных мест. Ускоренный суд уездного члена окружного суда, мирового судьи и окружного суда (в последнем случае судит один из членов по выбору коллегии) называется «упрощенным порядком»; этим способом (при выборе его истцом) разрешаются дела о платеже определенной денежной суммы по векселям, закладным, заемным письмам и вообще письменным обязательствам, а также о сдаче, за истечением договорного срока, состоящего в найме имущества. Сокращаются сроки на вызов к суду ответчика и другие процессуальные действия, не приемлются никакие другие доказательства, кроме письменных, нет ни отзыва на заочное решение, ни апелляции и кассации, но проигравшая дело сторона имеет право в течение одного месяца со дня обявления решения просить об обращении дела к производству в общем порядке. Кроме того, отсутствовавший при разборе дела ответчик имеет право в годичный срок предъявить к выигравшему дело противнику иск о своем освобождении от ответственности по присужденному требованию или обратном взыскании уплаченной суммы.

Ускоренный процесс у земских начальников и городских судей (так называемое «понудительное исполнение по актам») представляется еще более суровым по отношению к должнику: не вызывается ответчик; судья решает дело на основании представленного истцом письменного акта, удостоверяющего договор, а недовольный присуждением ответчик, лишенный апелляции, может в 6-месячный срок предъявить иск к взыскателю, опровергая требования последнего. «Понудительному исполнению» подлежат приблизительно те же акты, что и «упрощенному судопроизводству», только документ должен быть непременно нотариальным.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100