www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Тесты On-line
Юридические словари
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Гражданский процесс
Учебник гражданского процесса. Е.В.Васьковский. - Москва, 1917 г. // Allpravo.Ru, 2005 г.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
§ 86. Письменные доказательства

Гуляев. Акты и свидетельские показания (Журн. Мин. юст. 1902. № 9).

I. Письменными доказательствами (иначе: документами, актами, бумагами) называются телесные предметы, заключающие в себе выраженные при помощи письмен сообщения касательно обстоятельств разбираемого дела.

1. Письменными доказательствами являются телесные предметы: чаще всего бумага, но иногда пергамент, холст, дерево, камни и др. Ни качество, ни величина материала не имеют значения.

2. Телесные предметы, являющиеся письменными доказательствами, имеют на себе письмена, т. е. условные знаки, употребляемые для выражения мыслей: буквы, стенографические или телеграфные знаки, шифры и пр. Поэтому не принадлежат к числу письменных доказательств рисунки, фотографии, карты, планы, марки. Чем начертаны письмена (чернилами, карандашом, красками и т. д.), безразлично (13 № 24).

3. Процессуальное значение письменных доказательств обусловлено их идейным содержанием: они заключают в себе чьи-либо сообщения, т. е. мысли, которые могут быть восприняты другими лицами и, в частности, судьями. Поэтому документы без такого содержания, напр., образцы подписи, вексельные бланки без текста, с одною подписью, не относятся к числу письменных доказательств, а являются вещественными доказательствами.

4. Содержание документа для того, чтобы он имел значение письменного доказательства, должно касаться обстоятельств данного дела. Поэтому если документ представляет интерес в процессе не по своему содержанию, которое безразлично для исхода дела, то он будет вещественным доказательством, т. е. "предметом внешнего мира, доступным зрению, осязанию, ощущению, вообще чувственному восприятию даже того, кто не в состоянии воспринять его содержания, кто не понимает его языка, его идейного содержания" (Вах).

Так, вексель в процессе о взыскании означенной на нем суммы имеет значение письменного доказательства, а в процессе о подложности передачной надписи на нем является вещественным доказательством.

В и д ы . Документы весьма разнообразны и распадаются по содержанию и по форме на ряд видов: распорядительные (напр., завещания, договоры) и осведомительные (напр., письма, дневники), формальные (векселя, купчие крепости) и неформальные и т. д. Но с процессуальной точки зрения представляет важность деление их: А) на публичные и домашние и Б) на подлинные и копии.

А. Публичными актами являются "установленным порядком совершенные или засвидетельствованные" (ст. 410, 459). Для признания документа публичным необходима наличность трех условий: 1) чтобы он был совершен или, по крайней мере, засвидетельствован правительственным учреждением, единоличным органом государственной власти или официальным, уполномоченным на это лицом (нотариусом, консулом); 2) чтобы указанные органы власти или лица действовали в пределах предоставленной им законом компетенции, и 3) чтобы они соблюди установленный законом порядок. При отсутствии одного из этих условий акт считается домашним (ст. 460).

Так как в совершении публичных актов принимают участие органы публичной власти или официальные лица, уполномоченные законом, то эти акты заслуживают особого доверия и имеют преимущество перед домашними: по отношению к ним не допускается заявление сомнения в подлинности, и содержание их не может быть опровергаемо ни домашними актами, ни свидетельскими показаниями.

Б. Подлинники и копии. Тяжущийся имеет право представлять документы, на которые ссылается в подтверждение своих требований и заявлений, как в подлиннике, так и в выписках и копиях, засвидетельствованных либо установленным порядком, либо самим тяжущимся (ст. 263, п. 1; 264, п. 2, 3; 316). Но если им представлены выписки или копии, то противная сторона может потребовать предъявления подлинников (ст. 441), и тяжущийся обязан выполнить это требование под опасением, что иначе копии и выписки будут исключены из числа доказательств.

От обязанности представления подлинников тяжущийся избавляется в следующих случаях: 1) если их у него нет и он не имеет возможности получить их (ст. 441) вследствие того, что они истреблены, утеряны или находятся у третьих лиц, не желающих выдать их, 2) если им представлены выписка или копия, засвидетельствованные установленным порядком. Во втором случае противная сторона может только заявить сомнение в точности копии (ст. 463), и суд, найдя это сомнение основательным, должен проверить копию (68 № 581).

II. Истребование документов. Не всегда документы, могущие подтвердить требования или возражения тяжущегося, имеются в его распоряжении; нередко они находятся: 1) у противной стороны, или 2) у посторонних, третьих лиц, или 3) в правительственных учреждениях и у должностных лиц. В таких случаях тяжущийся имеет право возбудить производство об истребовании нужного ему документа. Как порядок этого производства, так и условия, при которых требование тяжущегося подлежит удовлетворению, а также последствия несколько различны в каждом из указанных случаев.

А. Истребование документа от противной стороны допускается при наличности 2 условий: 1) если противная сторона сослалась на этот документ в подтверждение своих прав (ст. 439) или если на него указано в одном из представленных противной стороной документов (ст. 440), и 2) если требуемый документ имеет отношение к спорным обстоятельствам дела (ст. 440).

Просьба об истребовании документа заявляется устно или письменно; в ней должен быть точно обозначен требуемый документ и приведены основания, по которым тяжущийся предполагает, что этот документ находится у противника (ст. 443). Признав просьбу тяжущегося уважительной, суд постановляет определение об обязании противной стороны представить в назначенный для этого срок требуемый документ. Сторона, против которой постановлено такое определение, должна его исполнить (ст. 442). Если же она не исполнит и если суд придет к убеждению, что документ действительно у нее находится, то он может признать доказанными те обстоятельства, в подтверждение которых тяжущийся просил истребовать документ (ст. 444).

Б. Истребование документов от третьих, не участвующих в деле лиц, не ограничено условием, чтобы на эти документы ссылалась противная сторона или чтобы они упоминались в представленных ею документах. Достаточно только, чтобы они "непосредственно относились" к данному делу (ст. 445). Но зато третьи лица не обязаны выдавать такие документы, которые содержат в себе их частную или торговую тайну, а именно: 1) частную переписку с посторонними лицами, за исключением того случая, когда третьи лица участвовали в заключении сделки, служащей предметом данного процесса, в качестве приказчиков, комиссионеров, маклеров или посредников (ст. 445), и 2) торговые книги (ст. 445), за исключением тех случаев, когда идет спор между соучастниками общества или товарищества, ведущего торговое или промышленное предприятие, по делам этого предприятия (ст. 449 Уст. гр. суд., ст. 681 Уст. торг.).

Просьба об истребовании с точным обозначением документа и доказательств нахождения его у третьего лица (ст. 446) заявляется письменно. Рассмотрев эту просьбу и найдя ее основательной, суд пересылает копию с нее третьему лицу при повестке, в которой назначает строк для представления документа (ст. 447).

Представление документов в суд может быть заменено осмотром их на месте одним из членов суда или же уездным членом, либо мировым судьей в присутствии сторон, по указанию которых производится выписка из них того, что относится к делу. Это допускается законом в 2 случаях: 1) если оглашение всего содержания документа неудобно для противной стороны или третьего лица, от которых требуется документ, ввиду каких-нибудь причин, касающихся их личности (ст. 451), и 2) если невозможно или затруднительно представить в суд книги и акты (ст. 450).

В. Правительственные учреждения и должностные лица обязаны выдавать справки из своих дел и копии имеющихся у них документов по просьбам тяжущихся (ст. 453), но лишь в следующих случаях: если, во-1-х, тяжущийся участвовал в производстве того дела, из которого ему нужна справка; во-2-х, если он представил выданное ему судом свидетельство на получение копии или справки (ст. 453), либо, в-3-х, если он подал письменную просьбу о выдаче копии документа или справки с доказательством, что они относятся к обстоятельствам рассматриваемого судом дела (о. с. 84 № 30). Правительственные учреждения и должностные лица обязаны в указанных случаях исполнять требования тяжущихся немедленно (ст. 453), а если не могут сделать этого в назначенный в свидетельстве суда срок, то выдавать тяжущимся удостоверение об этом с указанием срока, к какому их требование будет исполнено. На основании такого удостоверения суд дает тяжущемуся отсрочку (ст. 455). Подлинные документы не выдаются просителю, а высылаются непосредственно в суд, где производятся дела, а из книг и актов текущего делопроизводства выдаются только выписки (ст. 454).

III. Проверка документов. Нередко документы, представленные одною стороной, возбуждают в каком-либо отношении сомнения в противной стороне. Именно, могут быть оспариваемы: А) подлинность акта, Б) точность копии, В) правильность требовательных записок и счетов и Г) верность перевода с иностранного языка.

А. Поверка подлинности. Акт является подлинным, если он, во-1-х, действительно исходит от того лица (физического или юридического), которое, судя по его подписи или по содержанию акта, является его автором, и, во-2-х, если текст его верен, т. е. сохраняет такой именно вид, в каком был подписан или окончательно редактирован автором. Таким образом, следует различать подлинность акта, взятого в целом, или внешнюю (veritas, Echtheit), и правильность его текста, или внутреннюю (bonitas, Unverfдlschheit).

Поверка подлинности акта производится: 1) в случае заявления сомнения в подлинности и 2) в случае возбуждения спора о подлоге. Между этими двумя способами опорочения актов существует, по нашему уставу, большая разница (13 № 3).

1. Заявление сомнения в подлинности представляет собою, по своему существу, требование тяжущегося, чтобы противная сторона доказала подлинность акта, на который она ссылается. Само собою понятно, что такое требование не может быть заявлено по отношению к публичным актам, так как в их пользу законом установлено предположение подлинности (ст. 543), а также по отношению к домашним актам, подписанным тем, кто желает оспорить их подлинность (ст. 542).

Тяжущийся, усомнясь в подлинности акта, представленного противной стороной, должен заявить об этом немедленно, т. е. не позже первого заседания суда, состоявшегося по предъявлении акта тяжущемуся (ст. 545). Сторона, ссылающаяся на этот акт, обязана в том же заседании заявить, желает ли она воспользоваться заподозренным актом. Если она не сделает этого или если откажется воспользоваться им, то акт исключается из числа доказательств; если же она заявит о желании воспользоваться им, то суд постановляет определение о поверке подлинности акта (ст. 546). Эта поверка, производимая одним из членов суда по назначению председателя (ст. 548), состоит в сличении заподозренного акта с другими документами, преимущественно публичными или признанными за подлинные обеими сторонами (ст. 547, п. 1, 550), в допросе свидетелей, участвовавших в составлении акта или указанных сторонами (ст. 547, п. 2), и в сличении почерка и подписи на заподозренном акте с почерком и подписью того же лица на других актах, указанных по взаимному соглашению тяжущимися, а при отсутствии его избранных судом преимущественно из публичных или вообще, несомненно, подлинных и, притом, по возможности написанных одновременно с заподозренным актом (ст. 547, п. 3 и ст. 551-552). Для сличения почерка могут быть приглашены сведущие люди (ст. 553). На основании результатов поверки и по выслушании сторон суд либо признает акт подлинным, либо исключает его из числа доказательств (ст. 554).

2. Спор о подлоге представляет собою утверждение тяжущегося, что представленный противной стороной акт целиком или в части подделан.

Спор о подлоге может быть возбужден не только против домашних актов, но и против публичных, так как и последние могут быть подделаны (ст. 543 a contrario).

Равным образом может возбудить такой спор и лицо, подпись которого имеется на акте, потому что и подпись может быть поддельна (ст. 542 a contrario). Спор о подлоге дозволяется возбуждать во всяком положении дела (ст. 555). Назначить для этого краткий срок, как сделано для заявлений сомнения в подлинности, законодатель не счел нужным, очевидно, по тому соображению, что от неосновательного возбуждения споров о подлоге будет удерживать тяжущихся опасение подвергнуться штрафу (ст. 562). Спор о подлоге возбуждается письменно, в особом объявлении, или устно в заседании суда, причем в последнем случае составляется особый протокол (ст. 556). Суд может дать заявленному таким образом спору двоякое направление: в порядке уголовного судопроизводства или в порядке гражданского.

В первом случае заподозренный акт передается судом, если обвиняемый в подлоге жив и его преступление не покрыто давностью, прокурору для привлечения обвиняемого к уголовной ответственности (ст. 563). Тогда дело о подлоге рассматривается уголовным судом; гражданский же суд либо приостанавливает у себя все производство до разрешения вопроса о подложности акта уголовным судом, либо, по просьбе одного из тяжущихся, продолжает его "в тех частях, в коих решение не зависит от заподозренного акта (ст. 564). Уголовный порядок применяется к спору о подлоге, во-1-х, если в заявлении о подлоге содержится прямое обвинение какого-либо определенного лица в совершении этого преступления, и, во-2-х, если акт, после поверки в гражданском суде, признан подложным (ст. 563).

Гражданский порядок применяется: во-1-х, если объявление спора о подлоге не заключает в себе необходимых условий для возбуждения уголовного преследования против определенного лица (ст. 563 a contrario), и, во-2-х, если дело о подлоге рассматривалось уголовным судом, который, оправдав обвиняемого в подлоге, не постановил в приговоре, признает ли он акт подлинным или подложным (ст. 565). По объявлении спора о подлоге суд сообщает копию объявления (или протокола) противной стороне, которая обязана дать в течение 2 недель отзыв, желает ли она воспользоваться заподозренным актом или нет (ст. 557). Непредставление этого отзыва в срок или отказ тяжущегося воспользоваться актом влекут за собой исключение акта из числа доказательств (ст. 558). Если же тяжущийся ответит, что желает воспользоваться заподозренным актом, то ответ сообщается возбудившей спор о подлоге стороне, которая обязана представить в течение недели доказательства подлога (ст. 559), сообщаемые затем противной стороне, для представления возражений тоже в течение недели (ст. 560). Суд производит, если найдет нужным, исследование акта тем же порядком, какой применяется при заявлении сомнения в подлинности, и, "выслушав объяснение сторон и заключение прокурора, постановляет определение либо об устранении спора о подлоге, либо же о признании акта подложным и об исключении его из числа доказательств" (ст. 561). За возбуждение неосновательного спора о подлоге тяжущийся подвергается штрафу в размере от 10 до 300 руб. (ст. 562).

Б. Поверка точности копии. Она производится сличением с подлинником (см. выше).

В. Поверка требовательных записок ("прошу отпустить такие-то предметы") и счетов ("отпущено то-то") с книгами и актами производится, по требованию одной из сторон или по усмотрению суда (ст. 534, 499), одним из его членов в помещении суда или уездным членом либо мировым судьей в месте нахождения подлинных книг и актов (ст. 534), причем стороны вызываются повестками для присутствия при поверке (ст. 535). В случае надобности, именно "для приведения в ясность многочисленных и запутанных расчетов", суд может пригласить сведущих людей (ст. 538). Сверенные документы сшиваются и скрепляются подписью членом суда и присутствовавшими при поверке сторонами, а если тяжущихся несколько, то - одним с каждой стороны по избранию прочих (ст. 536). Затем составляется протокол, в котором указываются бесспорные и спорные статьи расчетов (ст. 537).

Г. Поверка переводов документов, написанных на иностранном языке, производится, по определению суда, состоящим при суде присяжным переводчиком либо, за отсутствием его или при незнании им данного языка, приглашенным для этого сведущим лицом, либо отсылается судом вместе с подлинным актом в местную гимназию, или в ближайший университет или, если ни там, ни там нет преподавателя данного языка, то в Министерство иностранных дел (ст. 540).

IV. Оценка письменных доказательств. Суд обязан обсудить значение каждого из представленных сторонами документов (ст. 456). Только в тех случаях они могут быть оставлены судом без рассмотрения, когда при представлении их не соблюдены необходимые формальности, напр., не приложены копии для противной стороны (82 № 154), или когда рассмотрение их, по обстоятельствам данного дела, является излишним (75 № 744). Равным образом исключаются из числа доказательств документы, от которых тяжущийся отказался вследствие заявления противником сомнения в подлинности (ст. 546) или спора о подлоге (ст. 558), а также признанные неподлинными (ст. 554) или подложными (ст. 564 и 565).

Значение документов, как доказательств в пользу тех или иных фактов, в подтверждение которых они представлены тяжущимся, определяется судом, согласно принципу свободной оценки доказательств, по внутреннему убеждению. Но для некоторых случаев законом установлены специальные правила, которыми суд обязан руководствоваться при оценке доказательного значения документов.

1. Содержание публичных актов не разрешается опровергать ни домашними актами, которые могут быть принимаемы судом во внимание лишь постольку, поскольку они дополняют или развивают содержание публичных актов (ст. 459), ни показаниями свидетелей (ст. 410). Так как это правило установлено ввиду особого доверия, которого заслуживают по своему официальному положению лица, совершающие публичные акты, то оно должно быть понимаемо не в том смысле, будто все изложенное в публичном акте, безусловно, верно и не подлежит оспариванию, а в том, что домашние документы и свидетельские показания не допускаются в опровержение таких фактических обстоятельств, которые засвидетельствованы облеченным публичным доверием лицом на основании личного удостоверения в их справедливости. Наоборот, те факты, которые внесены в публичный акт на основании непроверенных заявлений участвующих лиц, могут быть свободно опровергаемы всякими способами.

Так, напр., нельзя ссылаться на свидетелей в подтверждение того, что в метрических книгах данное лицо неправильно записано православным или вступившим в брак, потому что крещение и бракосочетание удостоверяются совершающими их духовными лицами. Но можно путем свидетельских показаний оспаривать время рождения данного лица, указанное в метрической книге, или происхождение этого лица от лиц, названных в тех же книгах его родителями, потому что эти обстоятельства заносятся в метрические книги со слов лиц, по просьбе которых совершается крещение, и которые могут делать ложные заявления (79 № 152).

На том же основании содержание публичных актов, заключающих в себе юридические сделки, может быть опровергаемо лицами, которые в эти сделках не участвовали и не являются правопреемниками контрагентов (96 № 93).

Если, таким образом, даже факты, изложенные в публичных документах, иногда подлежат опровержению с помощью домашних документов и свидетелей, то тем более допустимы домашние документы и свидетельские показания в разъяснение обстоятельств, сопровождавших совершение публичного акта, хотя бы эти обстоятельства могли отразиться на юридической силе и значении этого акта.

Так, напр., можно доказывать свидетельскими показаниями, что лицо, выдавшее засвидетельствованное надлежащим образом обязательство, находилось в состоянии умственного расстройства (70 № 1886).

Наоборот, содержание домашних актов может быть опровергаемо свидетельскими показаниями (96 № 63), за исключением тех случаев, когда домашним актом подтверждается обстоятельство, требующее по закону письменного удостоверения, напр., вексельный заем (13 № 60), поклажа (73 № 1689), договор перевозки груза по железной дороге (05 № 18).

Необходимость сделать исключение для подобных случаев вытекает из правила 410 ст.: если какое-либо обстоятельство не может быть доказываемо свидетельскими показаниями, потому что оно требует письменного удостоверения, то его нельзя и опровергать свидетелями, раз оно установлено письменным актом, хотя бы и домашним. Однако Сенат, отступая от этого, диктуемого юридической логикой вывода, нередко допускает опровержение свидетельскими показаниями и таких обстоятельств, которые этими показаниями не могут быть устанавливаемы, как, напр., простой, не вексельный заем (98 № 16).

2. День совершения или засвидетельствования, выставленный на публичном акте, считается достоверным и не подлежит оспариванию ни со стороны участвовавших в нем лиц, ни со стороны не участвовавших (ст. 476), за исключением только того случая, когда возбуждается спор о подлоге. Напротив, выставленный в домашних актах день их совершения считается достоверным только для участвовавших в нем лиц и для их юридических преемников (ст. 477).

3. Домашние акты (всякого рода счета, расписки, обязательства) имеют доказательную силу против того, кем они подписаны (ст. 472) или за кого сделана подпись другим, надлежаще уполномоченным лицом, а также против их законных преемников. Но против других, посторонних лиц домашние акты сами по себе не могут служить доказательством, ибо нельзя возлагать обязанностей на других лиц без их согласия (nul ne peut se faire le titre а lui-mкme).

4. Торговые книги, которые ведутся банкирами, оптовыми торговцами и купцами, производящими заграничную торговлю и комиссионные дела (ст. 669 Уст. торг.), поставлены законом в привилегированное положение сравнительно с прочими домашними документами: они могут служить доказательством не только против того, кто их ведет, но и против других лиц. Такое преимущество объясняется тем обстоятельством, что закон обеспечивает правильность ведения торговых книг, налагая на виновных в нарушении ее наказания (ст. 687 Уст. торг.). Но это преимущество тотчас же отпадает, как только обнаружатся обстоятельства, подрывающие предположение о правильности их ведения. Эти обстоятельства касаются либо способа ведения книг, как-то: вставки листов, поправок, подчисток (ст. 468, п. 1 Уст. гр. суд., ст. 242, п. 1 Уст. торг.), либо личности владельца книг, который оказался не заслуживающим доверия, был уличен в неисправном ведении книг в свою пользу или в предъявлении вторичного взыскания долга по тем же самым книгам, объявлен злостным банкротом, лишен всех или некоторых прав состояния (ст. 468, п. 2-5; ст. 242, п. 2-5 Уст. торг. суд.).

Но сила торговых книг не всегда одинакова. Закон принимает во внимание, принадлежит ли лицо, против которого купец ссылается на свои торговые книги, к профессиональным торговцам или нет. Если принадлежит, т. е., значит, если обе тяжущиеся стороны профессиональные торговцы, то вопрос о значении торговых книг разрешается по правилам Устава судопроизводства торгового; если же противная сторона не принадлежит к профессиональным торговцам, то применяются правила Устава гражданского судопроизводства (70 № 142). Разница между теми и другими правилами состоит в следующем.

Во-1-х, торговые книги имеют силу доказательства, согласно Уставу торгового судопроизводства (ст. 233), по всем торговым делам, а согласно Уставу гражданского судопроизводства (ст. 466) только по делам о поставке товаров и денежных займах и лишь тогда, когда другими доказательствами установлен факт поставки и займа, а спор касается времени, количества, качества, цены товаров или платежа.

Во-2-х, доказательную силу торговые книги сохраняют, по Уставу торгового судопроизводства (ст. 238), в течение 10 лет (против умершего их владельца в течение 5 лет), а по Уставу гражд. суд. (ст. 467), в течение одного года со времени поставки или займа.

В-3-х, торговые книги являются, по Уставу торгового суд., полным доказательством по тем статьям, которые записаны одинаково в книгах истца и ответчика (ст. 234), а если часть статей записана неодинаково, то остальные сходные статьи предполагаются правильными, пока не будет доказано противное (ст. 235). Такого правила нет в Уставе гражд. суд., который предусматривает дела между купцами и лицами, не занимающимися торговлей, а потому и не ведущими торговых книг.

5. Торговые книги розничных и мелочных торговцев, поставщиков разных припасов, хлебников, погребщиков и мастеровых поставлены законом в менее привилегированное положение: они имеют доказательную силу против посторонних лиц только при том условии, если в них или при них находятся собственноручные расписки того, кому поставлены товары или произведены работы (ст. 470 Уст. гр. суд.; ст. 248, 249 Уст. суд. торг.). Без этого условия они должны быть принимаемы в соображение судом в связи с другими письменными доказательствами (73 № 1504, 74 № 724). Имеющиеся в этих книгах поправки и подчистки не отнимают у них доказательной силы, а дают должникам право требовать проверки записей (68 № 858).

6. Заборные, или отписные книжки (реверсы), по которым розничные торговцы отпускают товары в кредит, служат доказательством против покупателей (ст. 471), если последние не заявили протеста против записи в течение недели со времени ее совершения (ст. 471, ст. 250 Уст. суд. торг.).

Основание этого правила ясно: так как отпускаемые товары записываются в заборные книжки продавцом, и затем заборные книжки хранятся у покупателей, то закон предполагает, что записи в книжках известны покупателю, и если он не возражает против их правильности, то они являются вполне достоверными. Поэтому не требуется даже подписи покупателей в них (71 № 1184).

Отписные книги нанимателей рабочих имеют такое же значение, как и заборные книжки (ст. 471).

Книги эти хранятся у нанимателей, которые и делают в них отметки о количестве исполненной работы и о причитающейся рабочим плате. Понятно, что собственноручные записи покупателей являются доказательством против нанимателей, т. е. в том случае, когда рабочие ссылаются на отписные книги в подтверждение требуемой ими за работу платы.

8. Расписка в получении удовлетворения по обязательству вполне или в части, сделанная на самом акте или на одном из нескольких экземпляров акта (если он был совершен в нескольких экземплярах), считается доказательством исполнения в двух случаях: 1) если расписка сделана кредитором и 2) если расписка сделана должником на акте, находящемся у кредитора (ст. 474). Расписка, сделанная не на самом акте, служит доказательством исполнения обязательства, если в ней обозначено (ст. 475) или если из ее содержания либо из обстоятельств дела (76 № 159) видно, к какому обязательству она относится.

9. Акты, совершенные в иностранном государстве, обсуждаются по законам этого государства (locus regit actum), как в отношении формы (ст. 464), так и по содержанию (ст. 707), так что сделки, которые совершаются за границей в форме, допускаемой туземными законами, но не допускаемой русскими или которыми устанавливаются правоотношения, неизвестные русскому праву, должны быть принимаемы в соображение русскими судами, если не воспрещены русскими законами или не грозят общественному порядку (ст. 707).

Сравнительное значение актов, совершенных за границей, неодинаково. Следует различать, во-1-х, акты публичные, совершенные частными лицами при участии органов государственной власти в установленном иностранными законами порядке. Эти акты должны быть представляемы тяжущимися в суд с удостоверением русского посольства, консульства или миссии в том, что они действительно соответствуют законам того государства, где составлены (ст. 465). При наличности такого удостоверения они обсуждаются так же, как публичные акты, совершенные в России. Если же этого удостоверения нет, то они получают значение домашних актов (74 № 837).

Во-2-х, акты, совершенные за границей домашним порядком, обсуждаются по правилам о домашних актах.

В-3-х, акты, исходящие от органов иностранной административной власти, не имеют для русского суда обязательного значения, а подлежат оценке по существу и могут быть опровергаемы даже свидетельскими показаниями в тех случаях, когда такое опровержение допускается по отношению к актам русской администрации, как, напр., к полицейским протоколам (88 № 19).

В-4-х, для судебных решений иностранных судов установлены особые правила.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100