www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Судебная психиатрия (психопатология)
Основы учений о преступнике, душевнобольном и психологии нормального человека. Введение в курс судебной психопатологии. Приват-доцент, доктор медицины А.И. Ющенко – С.-Петербург, - издание К.Л. Риккера (Невский пр., 14) – 1913 г. – 72 с. // Allpravo.Ru - 2004.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
ЛЕКЦИЯ ТРЕТЬЯ. Психиатрия с конца XVIII века. Пинель, его значение и учение о резонирующем помешательстве. Эскироль и учение о мономаниях. Причард и учение о нравственном помешательстве. Галь и его значение. Морель и учение о вырождении.

Позитивная антропологическая школа уголовного права, как было сказано, развилась и развивается под влиянием успехов медицины, в частности учения о душевных болезнях. Мы поэтому остановимся несколько подробнее на относящихся сюда учениях по истории психиатрии с конца XVIII века. Наибольшее влияние на изменение дела лечения и призрения душевнобольных в Европе имела деятельности врача Бисетра, Пинеля, деятельность, совпавшая с исторической эпохой французской революции.

Пинель застал положение душевнобольных во Франции очень плачевным. Они по большей части содержались в темных тюремных помещениях, в цепях, вследствие их постоянного возбуждения и буйств. Грубая прислуга впускала к несчастным за небольшую плату праздных посетителей, чтобы позабавить последних безумным поведением и дикостью бреда своих пациентов. Выздоровления являлись при таких условиях необычной редкостью. Пинель потребовал от тогдашнего революционного правительства разрешить ему снять цепи с душевнобольных и более человечного к ним отношения, причем ручался своею жизнью, что от предлагаемых им реформ никаких опасностей для общественного спокойствия не будет, так как при более гуманном уходе больные станут даже спокойнее и безопаснее, чем были до тех пор. Пинелю удалось отстоять и провести реформы, и его противники скоро могли убедиться, что Пинель был прав: освобожденные от цепей и жестокостей душевнобольные стали спокойнее и среди них чаще начали наблюдаться выздоровления. Собственно со времени Пинеля и начался новый современный период научной психиатрии.

Пинель между прочим оставил руководство по душевным болезням, которые по его учению являются болезнями мозга и должны изучаться при помощи естественно научных методов исследования. Это учение Пинеля не было, как Вы помните, полной новостью, но оно было своевременно и проводилось им настойчиво. Оценено учение Пинеля было многими, но далеко не везде сразу и всеми. Например, даже в Германии чуть не в средине XIX века, некоторые психиатры все еще полагали в основе душевных болезней расстройства порочного духа, который, подпавши греху, теряет господство над телом и подчиняется его греховным влечениям.

Мы не будем здесь подробнее останавливаться над изложением основ учений Пинеля, но вашего внимания заслуживает одно учение его. Он выделил особую форму душевной болезни, которую назвал манией без бреда. Эту форму болезни наследователи Пинеля называли нередко еще резонирующим помешательством. Больные, страдающие этим заболеванием, часто не представляли никаких видимых расстройств со стороны мыслительной деятельности и обманов чувств (иллюзий и галлюцинаций) у них не наблюдалось. Суждение, память и сообразительность у таких больных кажутся обычно нормальными. Следует заметить, что и в настоящее время многие, и не одни только невежды, таких больных считают психически здоровыми. Между тем уже Пинель справедливо учил, что у подобных душевнобольных периодически, или постоянно, наблюдаются тяжелые расстройства в области чувствований и влечений, выражающиеся в насильственных, иногда жестоких поступках, по совершении которых, больные стараются оправдать себя различными объяснениями, кажущимися для неопытного наблюдателя разных больных в своей практике и описанием их подвинул вперед учение Закхиаса и Плятера об особых болезненных типах людей, у которых при сохранившейся памяти, сознании в злобности, порочности и наклонности к насильственным действиям. Развивая дальше эти идеи своего учителя, Эскироль создал учение о частичном помешательстве или мономании. Это учение скоро получило широкое распространение и оказало большое влияние на законодательства о душевнобольных.

Как само название показывает, лица, страдающие мономаническими болезненными состояниями, могут в других областях кроме «конька», «болезненного угла» и т.п. казаться совершенно психически здоровыми. Сообразно с тремя основными областями душевной деятельности – мыслительной области, сферы чувств и сферы воли и инстинктов можно разделить и мономании на интеллектуальные, чувственные, или аффективные и волевые, или инстинктивные. Эскироль собрал много относящихся сюда наблюдений и описывает такие отдельные, например, мономании: эротомания, резонирующая мономания, мономания пьянства, поджигательства, убийства и т.п. симптомокомплексы.

Почти одновременно с Эскиролем английский врач Причард дал подробное и основанное на изучении большого материала из мира душевнобольных и преступников описание особого расстройства, которое он назвал нравственным помешательством – insanitas moralis.

Существует много патологических субъектов, которые при полной внешней нормальности мыслительной сферы, при видимой норме памяти и рассуждений, проявляют много странностей и даже ненормальностей в поведении, что объясняется расстройством у них преимущественно высших чувствований, входящих в общее понятие нравственного чувства. Тщательное изучение таких лиц показывает, что они страдают разнообразными извращениями прежде всего в области нравственного чувства, а затем и со стороны других чувствований, инстинктивных влечений и т.п. Следует здесь же указать, что уже и сам Причард убедился, а дальнейшие изучение таких лиц и мыслительная сфера у них оказывается нарушенной.

Для иллюстрации я приведу здесь вкратце один из случаев, приведенных у Причарда же. Дело идет об убийстве двух женщин. Убийцами были Жига, Руф и Вольф, молодые люди в возрасте 20-23 лет.

Главный деятель этого преступления Жига отличался крайней леностью, очень тяготился работой, предпочитал всему чувственные удовольствия и разврат, был лжив, мот и склонен к бродяжничеству. Однажды Жига узнал, что в городе живет одна богатая старуха, имея одну служанку. Надежда разбогатеть и осуществить свои мечты об удовлетворении своих влечений порождает в голове Жига неотвязную мысль об убийстве. Сдерживающих нравственных чувствований Жига был лишен, стремление к удовлетворению низших влечений преобладали, и он стал искать сообщников, причем без всяких предосторожностей, забывая о тяжести наказания, он чуть не открыто болтал о своих планах. Скоро сообщник нашелся. Это был также неудачник, неспособный к труду, порочный, безнравственный Руф. Он уже предложил третьего компаньона – Вольфа, которому «задушить человека ровно ничего не стоит». Придя в сарай во двор своей жертвы, они засели там в ожидании удобного случая. Когда в сарай вошла служанка, Жига и Руф опешили, но Вольф с криком «тунеядцы» бросился на вошедшую и начал душить. Тогда Руф также бросился на жертву, навалился на нее и старался сдержать ее движения, а Жига, метаясь, как бешеный, скрученным платком начал затягивать шею. После убийства служанки убийцы отправились в дом и набросились на старушку, причем Жига впился ей пальцами в шею, Руф опять лег на жертву и мешал двигаться, а Вольф выхватил подсвечник из рук убитой, разбил ей череп, а затем поднял платье убитой 70 летней старухи и начал цинично осматривать ее тело. При дележе добычи Жига надул сообщников, обсчитав их. Налюбовавшись здесь же у трупа видом денег, все трое отправились удовлетворять свои низменные влечения и чувствования. Они фотографировались, наслаждались дорогими пиршествами, кутежами и посещением домов разврата. Руф и Вольф скоро были арестованы, а Жига переехал в Лондон и некоторое время, как он выражался, жил там как принц – катался на лошадях, покупал красивых женщин, пил и т.п. Опустошив свой кошелек, Жига вернулся на родину и не мог утерпеть от соблазна съездить к месту прежнего служения, чтобы похвастаться своим нарядом и своей веселой жизнью, совершенно не размышляя о последствиях. Там он и был арестован.

В этом кратком описании Вы найдете черты так много нашумевшего впоследствии «преступного человека» Ломброзо. Отмеченные психологические особенности Вы часто в практической жизни встретите у многих так называемых врожденных и закоренелых преступников.

Учения Пинеля, Эскироля и Причарда положили прочное основание для совместных исследований медиками и юристами патологических лиц, при поверхностном знакомстве как будто совершенно психически нормальных, но при глубоком исследовании оказывающихся не только порочными и преступными, но часто и психически ненормальными натурами.

В современных психиатрических руководствах Вы найдете другое отношение ко всем этим мономаниям Эскироля, нравственному помешательству Причарда и т.п. относящиеся сюда психопатологические картины теперь рассматриваются не как особые формы болезней, а как симптомокомплексы различных по своей клинической и, вероятно, биологической сущности болезненных состояний. теперь мы знаем, что различные куртины мономаний, резонирующего и нравственного помешательства наблюдаются часто одновременно у одних и тех же лиц, причем у таких лиц при более тщательном исследовании оказываются еще и расстройства других сторон душевной деятельности. Однако и в настоящее время некоторыми психиатрами вышеизложенные психопатологические симптомокомплексы объединяются в особую клиническую форму резонирующего помешательства. При изложении частной патологии помешательства мы остановимся над этим подробнее, а теперь заметим только еще, что все вышеописанные психопатологические явления в большей или меньшей степени встречаются часто у так называемых дегенератов.

В природе, Господа, нет скачков. Природа не знает на больных, ни здоровых. Между совершенно здоровым человеком и тяжким душевнобольным находится ряд переходных состояний; разница между здоровьем и патологией не качественная, а количественная. Наибольшая гармония в устройстве всех частей организма и всех его отправлений, как телесных, так и психических при данных внешних условиях, должна считаться мерилом нормы. Все что выходит из такой средней нормы будет уклонением от нормы – вырождение. Последнее может происходить как вверх, так и вниз, причем вырождение вверх в большей или меньшей степени цельно выражено у талантов и гениев, но односторонне оно может сопровождать и явления сумасшествия и преступления. Вырождение вниз встречается обычно у различных инвалидов, как преступников, душевнобольных и т.п., но отдельные черты его встречаются и у выдающихся людей. Между гением и сумасшествием есть точки соприкосновения. Мы над этим здесь не остановимся и перейдем к основным учениям, создавшим современную антропологическую позитивную школу о преступнике.

При изложении развития современного учения о преступлении и преступнике следует вспомнить о Галле, работавшем и учившем в конце XVIII и первой половине XIX столетий, знаменитом творце френологии. В общих чертах Вы вероятно знакомы с этим учением: головной мозг является федерацией отдельных центров, ведающих различные стороны душевной деятельности человека – его чувства, склонности, способности. Развитие тех или других умственных и нравственных свойств данного человека находится в прямой зависимости от большего или меньшего развития соответствующих мозговых частей и потому по степени развития частей мозга можно судить и о свойствах и влечениях данного субъекта. Так как увеличению или уменьшению различных частей мозга соответствуют и изменения в конфигурации черепа, то, изучая последние изменения, можно судить и о состоянии различных частей мозга, а значит и объективно оценивать душевные свойства субъекта. Не забывайте, что этими, много впоследствии осмеиваемыми гипотезами, Галь и его ученик Шпурцгейм положили основание учению о центрах мозга. Последующими работами многочисленных исследователей, начиная с Брока, Фрича и Гигцига, Ферье, Мунка и др. элементарные идеи Галя развиты в современное стройное учение о локализациях мозга, играющее важную роль и в развитии современной психофизиологии.

В учении об организации и деятельности здоровых и больных людей в зависимости от условий их жизни Галль является предшественником Мореля. Он обращал большое внимание на изучение явлений наследственности, на значение деятельности и недеятельности данной части организма, останавливался подробно на значении воспитания и т.п. Галя же следует считать и одним из основателей антропологической школы криминалистов. Он учил, например, что действия человека, в том числе и совершившего то или другое преступление, находятся в зависимости от его организации, его душевных способностей и внешних условий, среди которых он жил. Галь критикует законы классической школы, пытающиеся на основании отвлеченных принципов соразмерять наказания с преступлениями и мало обращающие внимание на самого преступника. Преступления не являются чем-то случайным. Они суть проявления свойств и деятельности людей. Этих людей нужно изучать на ряду с изучением характера их преступных деяний и условий, благоприятствующих появлению преступных людей и их преступной деятельности. Необходимо изыскивать способы предупреждать преступления и заботиться об исправлении преступников.

Исследования Галя и его последователей породили огромную литературу, которой мы касаться здесь не будем. Укажу для желающих труд Ловерня, 1841 г., «Каторжники в физиологическом, нравственном и умственном отношении». Эта работа читается с интересом и в наше время.

Более подробно мы остановимся на развитии учений о вырождении, созданных в начале второй половины XIX века преимущественно работами французского психиатра Мореля, особенно в его знаменитом труде «Учение о вырождениях человеческого рода», 1857 г.

Для того, чтобы данное растение хорошо росло, зацвело и дало плоды, оно должно пользоваться достаточным количеством света, влаги, тепла и питательными веществами почвы. Если хотя бы одного из перечисленных факторов недостает, или он доставляется растению в недостаточном количестве, то растение или погибает, или рост и жизнедеятельность его ослабляется. Плоды такого ослабленного растения, произрастая при тех же неблагоприятных условиях, отстают в своем развитии еще более, а семена, полученные от них, могут уже не дать роста совсем. Даже если семена эти и попадут в совершенно благоприятные условия, они не дадут того, что дадут семена здоровых, выросших при нормальных условиях, растений. Одним словом под влиянием различных неблагоприятных условий растение дегенерируется, вырождается и чем сложнее организация растения, чем совершеннее его приспособляемость к окружающим условиям, тем резче выступают и легче наступают явления дегенерации в нем.

Все что сказано о растениях в еще большей степени должно быть применимо и к царству животных и особенно к человеку. Дальше мы подробнее остановимся на причинах вырождения, преступности и душевных болезней, здесь же напомню Вам только некоторые причины вырождения человека: неблагоприятные гигиенические условия жизни большинства людей, недоедание и переедание, переутомление и бездеятельность, различные болезни, особенно туберкулез и сифилис и наконец отравления, особенно различные виды наркотизации. Не забывайте, что признаки вырождения, приобретенные данным индивидуумом, семьей, родом и видом, могут передаваться по наследству. Не нужно объяснять, что вырождение может одинаково касаться как всех, так и отдельных органов и тканей животного. Для лошади, например, наиболее гибельно вырождение органов движения, для охотничьей собаки органов обоняния, для культурного человека органов регулирующих нервнопсихологическую жизнь.

С точки зрения преимущественно психических особенностей Морель делит вырождающихся людей на четыре класса. К первым двум классам он относит всех лиц с крайне нервным темпераментом, крайне раздражительных, легко аффектирующихся, склонных к излишествам, предрасположенных к психическим заболеваниям и страдающих разнообразными извращениями инстинктов. Эти лица отличаются странностями, беспорядочностью и нередко глубокой безнравственностью поступков. При некоторых односторонне развитых сторонах мыслительной деятельности подобные люди поражают неспособностью разумно направлять свои силы и способности не только на пользу других, но даже и самых себя. К этим двум группам принадлежат и большинство патологических резонеров и лица с глубокими нравственными дефектами. Сюда несомненно относятся многие преступные натуры. Лица, принадлежащие к этим классам, обладают более или менее ясно выраженными чертами физического вырождения и нередко бесплодны.

К третьему классу Морель относит людей с еще более глубокими признаками вырождения. Они с ранних лет умственно слабы и отличаются резко выраженными извращениями инстинктов и нравственного чувства. Нелюбовь и даже неспособность к систематическому труду, заметная у многих лиц первых двух классов, здесь особенно резко выражена. Сюда относятся наиболее отъявленные воры, бродяги, поджигатели и многие формы полового извращения. Физические признаки вырождения и бесплодие у этого класса еще резче выражены. К четвертому классу принадлежат субъекты, совершенно лишенные инициативы и самостоятельности. Большинство из них неспособны отличать дурное от хорошего, вполне пассивны и безответственны. Физические признаки вырождения у них грубо выражены. У Мореля описание всех этих классов изложено подробно и всесторонне. Мы ограничиваемся немногим. Морель же описал и состояние нервной слабости, получившее широкое развитие впоследствии и известное всем под общеупотребительным именем нейрастении, психонейрастении и т.п.

Из основных черт нервной слабости Морель обращает внимание на наблюдающиеся у подобных лиц неопределенные беспокойства и страхи, навязчивые тягостные настроения, крайнюю эмотивность и постоянное копание самых в себе. Со стороны мыслительной области у таких лиц выделяются различные навязчивые влечения и поступки, затем неспособность управлять своими поступками, и слабость воли вообще. В дальнейшем учение о нейрастении получило очень широкое развитие, написано об этом много книг, выделено много симптоматических особенностей этого заболевания. В нескольких словах для слушателей юристов скажем, что симптомы нейрастении бывают благоприобретенными и врожденными и представляют собою смесь явлений угнетения и раздражения нервной деятельности.

Мы не станем подробно останавливаться здесь на многочисленных нарушениях деятельности организма дегенератов, указанных исследованиями Мореля. Упомянем из них некоторые: невральгии, мигрени, гиперестезии, неравномерность чувствительности, расстройства сосудодвигателей, различные расстройства двигательной сферы, как нистагм, гримасничанье, тики, судороги, параличи и т.п. Из анатомических признаков вырождения укажу на наиболее известные: различные аномалии черепа, непропорциональность в развитии головной и лицевой частей, различные дефекты в устройстве ушей, зубов, неба, albinismus, retinitis pigmentosa. Затем аномалии со стороны половой сферы, роста волос и мн. др.

Учение Мореля сыграло важную роль, дало огромный материал и расширило новый путь для изучения душевных расстройств и связи преступления с психопатологическими расстройствами. Учение Мореля сблизило криминологию с психиатрией и произвело огромный переворот в учении о преступнике.

В широкой публике основателем современного учения о преступнике считают обычно Ломброзо. Вам ясно теперь, что это не так. Труды Мореля и его последователей опередили работы Ломброзо. Поэтому прежде чем перейти к школе Ломброзо вернемся еще несколько назад к некоторым предшественникам его.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100