www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Криминология
Есберген Алауханов. Криминология. Учебник. – Алматы. 2008. - 429 с.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
3. УСЛОВИЯ И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, СПОСОБСТВУЮЩИЕ СОВЕРШЕНИЮ НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ НА ЗДОРОВЬЕ ЧЕЛОВЕКА

Проблеме причин преступности в нашей стране, да и в зарубежной криминологической литературе посвящено множество трудов. Но нельзя не отметить, что большинство криминологов в своих исследованиях исходили из концепции пережиточной природы преступности в бывшем Советском Союзе, из того, что в условиях нашего общества, которое именовали «социалистическим обществом развитого социализма», причины, порождающие преступность, отсутствуют, а могут существовать лишь условия, обстоятельства, способствующие сохранению детерминантов пережиточного характера. При этом преступления, совершаемые в сфере быта и досуга, на почве межличностных отношений, также рассматривались как проявления пережитков прошлого, т.к. мотивы, их порождающие: месть, зависть, ревность, соперничество, корысть и др., также объяснялись наличием пережитков в общественном сознании, а отсюда и в индивидуальном. Криминологи в основном концентрировали внимание на каналах проникновения в сознание индивидуума пережиточных взглядов, представлений, привычек, традиций. Но надо при этом сказать, что многие авторы, придерживаясь общепринятой концепции. на основе эмпирических исследований сумели выявить влияние многочисленных, весьма важных факторов, воздействующих на преступность и преступника.

В настоящей работе мы не ставили перед собой задачу исследования общих причин преступности. Однако при исследовании этого вопроса применительно к рассматриваемой категории преступлений, мы считаем необходимым подчеркнуть, что не исходим из, так сказать, пережиточной природы преступности, а из того, что социальные факторы преступности порождаются тем обществом, в котором она существует. И поэтому бесперспективно искать существенные различия между преступностью в различных государствах, твердые границы, которые разграничивали бы причины преступности в обществах с различным социально-экономическим базисом. Конечно, в различных странах, в различных регионах одной страны существуют социально-бытовые особенности, которые так или иначе (в негативном или позитивном плане) влияют на преступность. Особенно это влияние заметно в сельской местности, где население относительно однородно и миграционные процессы незначительны. Но эти различия больше влияют на состояние и структуру преступности и значительно меньше на ее причины.

Разумеется, эти региональные различия должны тщательно изучаться. Без этого просто невозможна разработка эффективных профилактических мер.

Но в целом при изучении причин преступности следует исходить из того, что они представляют собой комплекс социально-психологических факторов, существующих в данном обществе, а не привнесенных извне. К таким факторам следует, очевидно, относить как обстоятельства, влияющие на формирование личности (генетические, социальные), так и обстоятельства, создающие криминогенную ситуацию.

Разумеется, в разных категориях преступлений взаимодействуют различные черты личности с конкретными ситуациями. Они и обуславливают совершение, даже порой по одним и тем же мотивам, различных преступлений. Поэтому представляются бесперспективными поиски одних и тех же факторов и обстоятельств, порождающих корыстные, насильственно-корыстные, насильственные, половые, должностные преступления. Между некоторыми из них можно найти нечто общее в социально-психологическом плане, а между некоторыми вообще нет точек соприкосновения, например, халатность и изнасилование, злоупотребление властью и хулиганство.

Поэтому более перспективным является изучение факторов и обстоятельств, обуславливающих совершение отдельных видов и категорий преступлений. Борьба с преступностью всегда конкретна. Конкретна должна быть и классификация ее причин и мер борьбы с ней.

Нами поставлена локальная задача изучения условий и обстоятельств, обуславливающих или способствующих совершению насильственных посягательств на личность в сфере бытовых отношений. Речь здесь идет о механизме преступного поведения лиц, совершающих такие преступления.

Под механизмом поведения, отклоняющегося от нормы, следует понимать взаимодействие всех тех внутренних и внешних факторов (явлений, процессов), которые определяют возникновение целей, мотивов и решимости совершить антинормативный поступок, способствуют ему, делают его практически осуществимым.

Вот эти явления и процессы, обуславливающие совершение насильственных посягательств на личность в сфере бытовых отношений, исследуются ниже.

Основным условием совершения рассматриваемых посягательств на личность являются бытовые конфликты, существо которых, в конечном счете, составляет столкновение интересов виновного и потерпевшего либо близких им лиц, интересы которых они отстаивают. речь здесь идет о складывающейся конфликтной ситуации, в которой возможны различные варианты поведения: как правомерного, так и противоправного. Такие конфликты на почве бытовых отношений могут возникнуть не только в устойчивой микрогруппе (семья, ближайшее окружение), но и в ситуациях, где интересы субъекта и потерпевшего приходят в соприкосновение лишь на короткое время. Отношения эти весьма разнообразные, что в свою очередь обуславливает и разнообразие преступных проявлений.

В одних случаях конфликт, разрешающийся преступлением, может носить длительный, а в других спонтанный характер.

Так, по делу гр-на Велиева И., осужденного за причинение тяжкого повреждения Велиеву Р., было установлено, что в семье Велиевых длительное время существовали напряженные отношения. Ссоры Велие-ва И. с родителями на почве злоупотребления им спиртными напитками носили систематический характер и, нередко, заканчивались драками. После того, как Велиев И. избил мать, отец выгнал его из дому. 09.03.1995 года он пришел домой, его чемоданы с вещами стояли за дверью, и отец сказал ему, чтобы он уходил из дома. В ответ Велиев И. стал нецензурно оскорблять отца Велиева Р., а затем взял в кухне нож и ударил отца в шею. В этом деле явно прослеживается постепенное нарастание конфликта, который привел к совершению преступления.

Иной характер носило дело Алиева А. Между ним и его женой существовали нормальные отношения, никогда не было серьезных конфликтов. 03.04.1996 года во время разговора с отцом Асада она, по мнению последнего, стала с ним пререкаться. Внезапно Асад А. начал избивать жену: нанес 4 удара рукой по голове и пнул ногой, нанес ей тяжкие телесные повреждения.

Бытовая сфера складывается на основе сложной системы связей внутри семьи, между личностью и малыми социальными группами, а также личностью и обществом. Сложная система межличностных отношений, взаимных воздействий предопределяет поведение людей в быту, в то время как пробелы в нравственном воспитании и сформировавшаяся на этой основе негативная личностная установка способствуют совершению «бытовых преступлений». Соглашаясь в целом с изложенным положением, отметим, однако, что преступления, обусловленные конфликтом между личностью и обществом, имеют специфическую хулиганскую окраску и не носят межличностный характер. Здесь на первое место выступает не ситуация, а личностные особенности субъекта. Кроме того, говоря о причинах бытовых преступлений (как и всяких других), авторы полностью игнорируют генетические особенности личности.

В литературе в числе типов мотивации насильственных преступлений специально выделяется бытовая и, как ее разновидность, семейно-бытовая. Авторы учебника Криминологии относят лиц, совершающих такие преступления, к категории замыкающихся на конфликте. «Преступные действия таких лиц обычно завершают нарастающий (длящийся) конфликт в семье, бытовом окружении и т.п. Мотивация связана преимущественно с чувством обиды, ревности, мести».

Таким образом, в рассматриваемых преступлениях в качестве первичной причины, обуславливающей ее совершение, выступает криминогенная ситуация. такая ситуация может выступать либо в качестве повода, либо условия совершения преступления.

Конкретная жизненная ситуация – понятие более широкое, чем повод. В отличие от конкретной жизненной ситуации повод наиболее характерен для насильственных деяний, является более узким понятием, т.к. кроме повода, ситуация включает в себя обстоятельства, способствующие совершению преступлений, место и время его совершения и т.п. Повод обычно характерен спонтанностью возникновения, ситуация может существовать длительное время.

Так, в деле Рилькова именно сложившаяся ситуация явилась поводом совершения преступления. Рильков, придя 27.04.1996 года домой в рабочее время, застал свою жену полуодетой в обществе Юсупова. Оба они находились в состоянии опьянения, на столе стояла недопитая бутылка коньяка и закуска. Возмущенный поведением жены Рильков ударил ее по лицу, а когда она упала, пнул ногой, причинив ей тяжкие телесные повреждения.

Каковы же наиболее распространенные типичные ситуации, характерные для насильственных посягательств на здоровье граждан?

По данным выборочного изучения уголовных дел, 68,7 % таких преступлений было совершено на почве сложившихся семейных, родственных отношений и конфликтов между участниками микрогрупп. Подавляющее число конфликтов 56,2 % – имело место в сфере семейных отношений.

Данные опроса осужденных дали аналогичные результаты: в сфере семейных и сложившихся межличностных отношений было совершено 63,4 % преступлений, в том числе в отношении семьи и родственников – 53,4 %.

Среди факторов, осуществляющих совершение преступления, большинство осужденных, подвергшихся совершению преступления и анкетированию, называют семейный конфликт – 31 %, не включая сюда ревность и провокационное поведение потерпевшего, 5,7 % – назвали ревность, 16,7 % – месть и 13,7 % – реакцию на правильное поведение потерпевшего, 18,3 % – ссору. Ясно, что среди перечисленных обстоятельств многие имели место также в сфере семейных обстоятельств.

Это дает основания сделать выводы о том, что большинство изученных преступлений было совершено в семье, на втором месте стоят другие устойчивые микрогруппы.

Следует при этом отметить, что среди ситуаций, с которыми пришлось встретиться при изучении уголовных дел, имели место, так сказать, истинные, которые оценивались субъектом в соответствии с их объективным содержанием, и ложные, которые воспринимались виновными неадекватно, что приводило к неправильной реакции. Сопоставим в этой связи два уголовных дела. По упоминавшемуся выше делу Рилькова ситуация подсудимым была оценена в соответствии с ее истинным содержанием. Поведение жены, ее внешний вид – все это давало достаточно оснований для ревности и гнева.

Иной характер носили действия Салиевой Т. За несколько дней до совершения преступлений муж Салиевой Т. вместе с Эрматовым, который управлял машиной, попал а автоаварию, в результате чего муж Салиевой Т. погиб. Считая Эрматова виновником смерти мужа, Салиева 25.01.1996 г. вместе со свекровью пошли домой к Эрматову, устроили у него дома скандал. Салиева взяла с плитки кипящий чайник и выплеснула кипяток на Эрматова, причинив ему тяжкие телесные повреждения.

По другому делу Ахметова П. 14.06.1996 г. ударила кирпичем по голове свою соседку Нурматову, причинив ей тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни. Преступление ею было совершено в связи с тем, что малолетний сын Нурматовой подрался с внуком Ахметовой.

В обоих делах явно просматривается неадекватная оценка ситуации осужденными, которая не соответствовала ее объективному содержанию.

В рассматриваемых ситуациях большинство преступлений совершалось в отношении членов семьи, родственников, соседей, друзей. По изученным делам 72 % всех телесных повреждений было нанесено перечисленным лицам, и только в 28 % случаев преступление было совершено в отношении посторонних лиц на почве случайно возникших конфликтов. То, что конфликтные ситуации в своем большинстве носили спонтанный характер, подтверждается и тем, что по 11,4 % изученных дел между субъектом преступления и потерпевшим до совершения преступления сложились враждебные или неприязненные отношения, лишь в 29,8 % случаев отношения между ними были приятельские, дружеские.

О ситуативном характере рассматриваемых преступлений косвено свидетельствуют место и время совершения преступления. Большинство из них, как уже отмечалось, было совершено в квартирах потерпевшего, виновного или третьих лиц – 67 %, в том числе 3,4 % преступлений – во время проведения семейных торжеств, и только 29,6 % телесных повреждений было причинено потерпевшим в других местах: на улице, в парках, стадионах, подъездах, в поле, на стройплощадках.

Наконец, о ситуативном характере рассматриваемых преступлений говорит и то, что при их совершении огнестрельное оружие (в т.ч. охотничьи ружья, обрезы) использовалось лишь в 9,9 % случаев, в 10 % случаев виновные использовали холодное оружие (кинжалы, финские ножи, охотничьи самодельные ножи, кастеты). Во всех остальных случаях (79,9 %) виновные использовали случайно оказавшиеся под рукой предметы: перочинные ножи, бритву, ломик, топор, кухонные и национальные ножи, скалку, вилку, ножницы, лопату, молоток, отвертку, палки, камни, арматуру, либо повреждения были нанесены руками, ногами, зубами.

Таким образом, криминогенная ситуация, содержание которой составляют межличностные конфликты, выступает в качестве основного условия, а в ряде случаев непосредственного повода совершения преступлений.

Эта ситуация нередко осложняется состоянием опьянения субъекта, которое стимулирует совершение преступного деяния. Об этом красноречиво говорят приведенные выше данные, характеризующие личность виновного. Согласно этим данным, 47,1 % преступлений, связанных с причинением телесных повреждений, было совершено лицами, которые находились в нетрезвом состоянии. Интересно отметить, что в ходе интервьюирования осужденных, совершивших преступления в состоянии алкогольного опьянения, большинство из них заявило, что если бы не опьянение, они бы преступление не совершали. Хотя не все эти ответы были искренни, но в значительной мере они отражают действительное положение дел. Более 70 % опрошенных осужденных считают пьянство основной причиной насильственных посягательств на личность.

Общеизвестно отрицательное влияние пьянства и даже эпизодического опьянения на преступность, особенно на совершение насильственных преступлений.

В преступлениях ситуативного характера опьянение играет особую роль. Уже в средней степени опьянения лицо теряет в значительной мере способность адекватно воспринимать действительность и контролировать свое поведение. Состояние опьянения приводит к гиперболизации значения тех или иных обстоятельств и к возникновению объективно неоправданной мотивации поведения. Незначительные знаки внимания, оказанные кому-либо, воспринимаются как повод для ревности, шутка – как повод для обиды и даже мести, неосторожно сказанное слово или даже жест – как повод для острого конфликта. Такое восприятие и оценка ситуации характерны для ряда дел.

Она наглядно просматривается, например, в деле Шарипова Т. По-следний 08.11.1996 г. пришел домой пьяный и спросил у жены, где стоит водка. Когда жена ответила, что водки дома нет, Шарипов Г., заподозрив жену в том, что она спрятала водку, избил ее, причинив ей тяжкие телесные повреждения, опасные для жизни.

Алкогольное опьянение способствует выявлению и реализации ранее не осознанной, но смутно намеченной субъектом преступной цели. У некоторых людей алкогольное опьянение приводит к таким изменениям психики, которые могут оказаться единственным субъективным основанием совершенного правонарушения. речь здесь идет о двух наиболее распространенных вариантах влияния опьянения на преступность. В одном случае у субъекта, пусть не совсем осознанно, проблематично, но существует преступная мотивация, от реализации которой он воздерживается и решается ее реализовать лишь в состоянии опьянения. В другом – вследствие самого опьянения возникает намерение совершить насильственное посягательство. И в этом случае опьянение выступает в качестве самостоятельного условия совершения преступления. Отмеченные варианты поведения можно проследить на конкретных уголовных делах.

Так, по делу Чурилова В.И. было установлено, что он 15.05.1996 г., возвращаясь домой в нетрезвом состоянии, встретил соседа Бузув-ского Э.В. и по приглашению последнего зашел к нему домой. Дома у Бузувского во время распития спиртных напитков Чурилов без всякого повода стал приставать к Бузувскому, оскорблял его жену и дочь, а затем, взяв лежавший на столе нож, нанес Бузувскому удар в живот, причинив ему опасное для жизни тяжкое телесное повреждение.

Такое воздействие алкоголя на личность вполне объяснимо. Состояние опьянения ослабляет действие сдерживающих механизмов, тормозных центров. В результате этого у человека быстрее возникает решимость совершить преступление, и борьба мотивов, которая обычно предшествует возникновению такой решимости, почти отсутствует. Импульсивные желания реализуются немедленно, когда виновный даже не пытается предвидеть все возможные последствия преступления.

У пьяного человека возбуждение может вызвать даже незначительные обстоятельства и возникшее возбуждение быстро перерастает в агрессивность, которая приобретает самостоятельное значение как средство разрядки. В таких случаях насильственное действие направляется нередко против лиц, которые для этого вообще никакого повода не давали.

Характерно в этом отношении дело Бендериса Е.М. Последний, находясь в кафе «Тайфун» в нетрезвом состоянии, 15.08.2000 г. встретил там Михайлова К., с которым до замужества встречалась его жена. Без всякого повода Бендерис здесь же в кафе, стал избивать Михайлова К., в результате чего ему было нанесено тяжкое телесное повреждение. Пьяная агрессивность Бендериса явилась единственной причиной преступления. Но нельзя при этом не отметить, что в кафе с Бендерисом были еще трое друзей. Однако, никто из них не вмешался, не пресек действий Бендериса.

Особо следует сказать о хронических алкоголиках. Последние нередко создают невыносимые условия для членов семьи, близких, способствуя тем самым возникновению длительно действующей напряженной ситуации. И когда напряжение доходит до апогея, они нередко совершают насильственные действия в отношении окружающих. При этом сознание собственной ущербности компенсируется у алкоголиков стремлением к насилию, как единственному средству самоутверждения.

В нашу задачу не входит исследование причин пьянства, алкоголизма. Эта проблема заслуживает самостоятельного исследования. Данные проведенного исследования лишь позволяют констатировать, что состояние опьянения в большем числе случаев выступает в качестве самостоятельного условия совершения насильст-венных посягательств на личность.

Как уже отмечалось, совершение рассматриваемых преступлений, как правило, обусловлено взаимодействием объективной ситуации и субъективных качеств личности. На некоторых из них необходимо остановиться особо. При этом следует иметь в виду, что те или иные качества личности проявляются на статистическом уровне и могут не прослеживаться в каждом отдельном преступлении. В большей степени они проявляются у преступников последовательно-криминогенного и ситуативно-криминогенного типа и в меньшей – у преступников ситуативного типа.

Прежде всего среди рассматриваемой категории лиц можно отметить преобладание таких, которым присуща деформированная система потребностей, искаженные социальные и ценностные ориентации, которые нередко проявляются еще в допреступном состоянии. Для этой категории характерна концентрация на стремлении удовлетворить неумеренные потребности в спиртных напитках, эгоцентризм и стремление к превосходству над окружающими: лиц, совершивших тяжкие насильственные преступления, доминировали стремления: к насилию над другими людьми – 42 %, к самоутверждению – 25 %, к превосходству над окружающими – 10 %, к власти – 7 %, эгоцентризм – 6 %. В эмоционально-психологическом плане тяжкие насильственные преступления, как правило, характеризуются динамизмом, ситуативной значимостью побуждений и сосредоточенностью актуального личностного смысла на эмоциональной стороне потребностей или на самом процессе осуществления преступных деяний. Рамки настоящей работы не позволяют дать сколько-нибудь подобный анализ существующих на сей счет взглядов, позиций, тем более, что эта проблема в криминологии носит концептуальный характер. Однако данные, полученные нами в ходе изучения уголовных дел и личности осужденных за насильственные посягательства на личность, позволяют сделать вывод о том, что агрессивность, как врожденное генетическое качество личности, играет не последнюю роль в возникновении у нее решимости действовать в конфликтной ситуации противоправными насильственными средствами.

Присущая человеку агрессивность сама по себе может порождать неадекватную реакцию личности на сложившуюся, а иногда спровоцированную им самим, ситуацию.

Большинство авторов, исследовавших эту проблему, полагают, что склонность к агрессивному поведению не носит генетического характера. Авторы книги «Генетика, поведение, ответственность» пишут: «Что касается агрессивного поведения, то это ... не прирожденная биологическая реакция (разумеется, за исключением неконтролируемых действий, совершаемых лицами невменяемыми), а одна из форм поведения, обусловленная социальными связями и отношениями, хотя и порицаемая правом и господствующей нравственностью. Однако, едва ли этот тезис является бесспорным. Мы полагаем, что для последовательно-криминогенного и ситуативно-криминогенного типа преступников первичной в ряде случаев является врожденная агрессивность, проявление которой, конечно, связано и с социальными факторами, формирующими личность. Врожденная агрессивность не предо-пределяет фатально склонность к совершению насильственных преступлений. Однако, при определенных условиях она может проявиться именно таким образом, и не учитывать этого нельзя. Особенно часто генетически обусловленная агрессивность проявляется при совершении преступлений в состоянии аффекта. В остроконфликтной ситуации неагрессивная личность может затормозить эмоциональную вспышку, воздержаться от насилия, для агрессивной же такая ситуация может послужить «спусковым механизмом» совершения насильственных действий.

Такую реакцию можно проследить, например, на деле Исчано-ва Р.К. Последний со своей сожительницей 17.12.1996 г. был в гостях у знакомого Артемьева. В разговоре Исчанов усмотрел оскорбление своей сожительницы в словах, сказанных Артемьевым, и здесь же стал жестоко избивать Артемьева, в результате чего Артемьеву были причинены тяжкие телесные повреждения, от которых последний на следующий день скончался. В данном случае реакция Исчанова была явно неадекватной, обусловленной его агрессивностью. О происшедшем он впоследствии сожалел, о чем говорил в своих показаниях.

Разумеется, немаловажную роль в формировании решимости совершить насильственное преступление играют и принятые в социальной группе, к которой принадлежит виновный, традиции и нормы поведения, когда насилие в ней воспринимается как обычный способ разрешения конфликтов. С такими факторами приходится встречаться в некоторых семьях, микрогруппах, особенно где распространено злоупотребление спиртными напитками.

Среди ответов осужденных на вопрос о причинах совершения ими преступления встретились и такие: «А я всегда так поступаю», «Не я, так меня ударят», «Больше будут бояться и уважать», «И меня били, и я бил». В этих, хотя и примитивных ответах, явно просматривается принятая в микросреде, к которой принадлежат опрашиваемые, традиция к насильственным действиям. Научная разработка таких вопросов, как место подражания в структуре социально-психологического обучения, правила подражания, механизмы подражания, оказала бы большое влияние на выяснение источников преступности несовершеннолетних, на разработку конкретных мер воспитания и перевоспитания осужденных. Безусловно, этот фактор важен не только для этиологии преступлений несовершеннолетних, но и для насильственных посягательств на личность, совершаемых взрослыми лицами.

Некоторые особенности, как уже отмечалось выше, имеют ситуативные преступления против здоровья, совершаемые женщинами.

В подавляющем числе случаев, по данным нашего исследования, 74 % насильственных посягательств было совершено женщинами на почве семейного конфликта, в большинстве случаев либо из ревности, либо в связи с противоправными действиями мужей. Остальные преступления совершались в отношении сожителей или соседей.

Значительная часть женщин считают, что в семейной жизни и в быту невозможно избежать серьезных конфликтов и скандалов. В преступлениях против личности для женщин особое значение приобретает ситуация, которая часто выступает в качестве повода к совершению преступления. Эти преступления чаще всего связаны с личными переживаниями, такими как ревность, месть, ссора.

Изучение уголовных дел о насильственных посягательствах на личность, беседы с осужденными позволяют сделать вывод, что в ряде случаев возникшая конфликтная ситуация осложняется определенными психологическими чертами личности. Эти черты проявляются как в оценке ситуации, в выборе цели, так и в мотивации поведения. Статистически определить долю психопатов среди осужденных трудно. Соответствующих данных нет в статистической отчетности. Тем не менее выборочное изучение условий уголовных дел позволит сделать вывод, что среди осужденных, обследованных нами, более 30 % имели те или иные психопатические черты, которые нельзя игнорировать при изучении обстоятельств, обуславливающие в совокупности совершение ситуативных насильственных посягательств на личность. Если в профилактике преступлений психопатических личностей сделано еще крайне мало, то, главным образом, потому, что до сих пор окончательно не преодолены безответственные ненаучные теории, отрицаю-щие значение биологических детерминантов в преступном поведении. За отрицательное влияние таких теорий на науку и практику борьбы с преступностью общество расплачивается определенным числом опасных насильственных преступлений, совершаемых психопатами, профилактикой которых криминологическая наука все еще не считает нужным заниматься.

Вместе с тем некоторые авторы полагают, что этот фактор самостоятельного значения не имеет, так как среди преступников психопатов не больше, чем среди всего населения. Едва ли с этим можно согласиться. В последние годы эта точка зрения не находит поддержки в литературе, да и наши исследования позволяют сделать вывод о том, что насильственные преступления, особенно ситуативного характера, относительно чаще распространены среди психопатов – лиц, находящихся в так называемом пограничном состоянии. Авторы учебника Криминологии отмечают: «Изучение показало, что психические аномалии относительно чаще встречаются у лиц, совершающих тяжкие насильственные преступления (убийства, изнасилования, телесные повреждения) и хулиганство. Из числа признанных вменяемыми лицами, направленных на судебно-психиатрическую экспертизу в связи с совершением убийства, изнасилования и тяжких телесных повреждений в различных регионах, около трех пятых (подчеркнуто – нами) имели различные психические аномалии, не исключающие вменяемости, но облегчающие реализацию преступных действий».

По изученным нами делам судебно-психиатрическая экспертиза проводилась в 23,4 % случаев. У 28 % обследованных, признанных вменяемыми и осужденными, были обнаружены те или иные ярко выраженные психопатические черты. Согласно опубликованным данным, среди осужденных за тяжкие насильственные преступления, имевших различные психические аномалии, для 33 % характерна психопатия и психопатоподобные состояния. Согласно другим данным, среди лиц, совершивших убийства и признанных вменяемыми, но имевшими те или иные аномалии, 37% среди взрослых и 42,5 % среди несовершеннолетних страдали психопатией и психопатоподобными состояниями.

Разумеется, нельзя считать психопатию самостоятельной причиной преступности, эти качества личности лишь выступают как катализатор объективной ситуации. Психические аномалии создают только фон, воздействуют на степень интенсивности формирования и протекания тех или иных личностных черт. Изучение уголовных дел показало, что чаще других рассматриваемые преступления совершают возбудимые психопаты. Особенности их поведения состоят либо в неадекватном восприятии ситуации, гиперболизации ее значения для своих интересов, либо в непропорциональной раздражителю жестокости и тяжести причиняемого вреда. Имеющиеся отклонения от оптимального психического функционирования могут существенно влиять на поведение индивида, способствовать развитию тех или иных форм социально-отклоняющегося поведения, в том числе и противоправных действий.

Разумеется, неадекватность следует понимать лишь как внеш-нюю оценку реакции, поскольку субъективно она соответствует данной личности, ее психологическим особенностям, обусловленным данной психической аномалией, а поэтому адекватна этой личности.

На значительное число психопатов, совершающих насильственные преступления, указывают и зарубежные авторы. Так, например, Кан Уэда приводит данные, согласно которым среди взрослых лиц, задержанных в 1981 г. в Японии за причинение телесных повреждений (всего 224802 человека), 56 человек были признаны психически ущербными и 176 – с признаками, позволяющими предполагать психическую ущербность. Уэда отмечает, что удельный вес психически ущербных особенно высок среди задержанных в связи с совершением насильственных преступлений. Склонность к совершению насильственных действий проявляют психопаты различных видов: возбудимые, истерические, неустойчивые, кроме астенических (тормозимых). Все формы психопатии за исключением последней, характеризуются интенсивной деятельностью, агрессивностью, неуживчивостью, неустойчивостью, некритичностью.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что психопатические особенности личности в конкретной ситуации выступают в качестве одного из условий, способствующих совершению преступления.

Самостоятельное и далеко немаловажное значение среди таких условий занимает и виктимное поведение потерпевших. Его значение особенно велико в преступлениях, которые совершаются на почве межличностных конфликтов. В связи с этим особенности личности потерпевшего и его поведения в данной категории дел заслуживают самостоятельного рассмотрения.

В целом проблемы виктимологии получили в нашей криминологической литературе в последние годы широкое освещение. Виктимность поведения состоит в том, что лицо своими действиями создает ситуацию, чреватую совершением преступления или, по крайней мере, благоприятную для его совершения. Причем виктимными являются только те действия, которые отличаются от обычного поведения большинства жертв преступлений в сходных ситуациях. Эта необходимость действия повышает вероятность совершения преступления именно в отношении лиц, допускающих виктимные поступки. Диапазон виктимного поведения весьма широк: от согласия потерпевшего на совершение преступления до неосторожного поведения, создающего условия для его совершения.

Вместе с тем в литературе встречается широкое толкование виктимности. Некоторые авторы относят сюда и «... правомерные действия..., и даже представляющие собой выполнение лицом своего служебного или общественного долга». С таким широким толкованием виктимности в криминологии едва ли можно согласиться. Оно приводит к тому, что виктимность теряет значение одного из условий, способствующих совершению преступления. Представляется более правильной точка зрения, согласно которой правомерные действия не могут быть признаны виктимными. Однако и здесь требуется одно уточнение. Изучение уголовных дел позволяет сделать вывод, согласно которому виктимным может быть не только противоправное, но и аморальное поведение. Так, есть все основания рассматривать нарушение супружеской верности, особенно, когда носит систематический и циничный характер, как виктимное поведение, хотя и противоправным оно не является.

Посягательства на здоровье личности, которые носят ситуативный характер, весьма часто совершаются под влиянием виктимного поведения потерпевших.

По данным нашего исследования, 68,7 % изученных преступлений, так или иначе, были обусловлены поведением потерпевшего, в том числе в 31 % случаев оно было связано с семейными конфликтами. Разумеется, не во всех этих случаях поведение потерпевшего было виктимным, но, насколько можно судить по материалам нашего исследования, 13,7% преступлений было совершено непосредственно в результате провокационного поведения потерпевших. Большинство посягательств на здоровье, связанных с виктимным поведением потерпевших, совершается на почве семейных конфликтов в широком смысле слова. Мы здесь имеем в виду не только отношения между членами семьи, родственниками, лицами, находящимися в зарегестрированном браке, но и лиц, которые состояли в фактических брачных отношениях.

Семейные отношения имеют свою специфику. Они характеризуются наличием общей сферы, интересов и, вместе с тем, наличием индивидуальных целей и интересов у членов семьи, которые далеко не всегда совпадают. Кроме того, отношения внутри семьи характеризуются взаимозависимостью между ее членами, в результате чего удовлетворение интересов одного из них нарушает какие-то интересы других. Все это обуславливает возникновение виктимных ситуаций и виктимного поведения отдельных членов семьи, когда конфликт, столкновение интересов достигает апогея.

Поведение потерпевших в рассматриваемых преступлениях против личности носит, как правило, провокационный характер. Это можно проследить по ряду уголовных дел, когда неправомерные или аморальные действия потерпевших сами по себе вызывают у субъекта намерение совершить преступление. К их числу относятся действия, вызывающие чувство ревности, унижающие достоинство личности, оскорбления, клевета, насильственные действия. Для более полного уяснения виктимологического фактора весьма важны данные, характеризующие потерпевших в рассматриваемых преступлениях.

Среди потерпевших преобладают лица мужского пола. По нашим данным они составили 64 %, женщины – 36 %. При этом, по делам, по которым были осуждены мужчины, женщины-потерпевшие составили 16 %, мужчины – 84 %, а по делам, по которым были осуждены женщины, женщины-потерпевшие составили 20 %, мужчины – 80 %.

Среди потерпевших женщин преобладают жены (39,2 %), сожительницы (9,3 %). Примерно такие же данные характерны для преступлений против личности.

В целом отношения преступника и жертвы характеризуются следующим образом. Среди потерпевших составили:

– члены семьи виновного – 10 %;

– другие родственники – 2 %;

– близкие друзья – 15 %;

– знакомые – 35 %;

– соседи – 10 %;

– посторонние лица – 28 %.

По возрасту потерпевшие по делам о причинении телесных повреждений распределились следующим образом:

– до 14 лет – 2,3 %;

– от 18 до 25 лет – 17,4 %;

– от 25 до 35 лет – 46,5 %;

– от 35 до 50 лет – 17,4 %;

– от 50 до 60 лет – 10,4 %;

– св. 60 лет – 3,5 %.

Таким образом, основную массу потерпевших составляют лица в возрасте 25–35 лет (45 %) и 18–25 лет (21,9 %). Обе эти группы составляют 66,9 % всех потерпевших. Возрастной пик как виновных в причинении телесных повреждений, так и потерпевших, попадает на один и тот же возраст.

Данные, характеризующие уровень образования виновных в причинении телесных повреждений, и потерпевшие, также, в основном совпадают:

Среди потерпевших составили:

– неграмотные, малограмотные и имеющие образование до 4 классов – 1,1 %;

– образование 4–7 классов – 9,3 %;

– неполное среднее образование – 15,1 %;

– среднее и среднее специальное – 72 %;

– высшее – 4 %.

Здесь явно преобладают лица со средним образованием, которые составляют большую часть населения в целом.

По роду занятий потерпевшие распределились следующим образом:

– рабочие – 63,9 %;

– служащие – 3,5 %;

– сельские жители – 5,8 %;

– пенсионеры – 6,9 %;

– домохозяйки – 9,3 %;

– учащиеся школ, лицеев, колледжей, вузов – 4,3 %;

– лица без определенных занятий – 3,7 %;

– отбывающие наказание в исправительных колониях – 2,5 %.

Таким образом, как и среди осужденных за эти преступления, среди потерпевших преобладают рабочие. Именно между лицами этой категории чаще возникают конфликты, заканчивающиеся применением насилия. Представляют интерес и данные о влиянии алкогольного опьянения на поведение потерпевших. По изученным уголовным делам 31,4 % потерпевших находились в момент совершения преступления в состоянии опьянения. Эти данные свидетельствуют о том, что в значительном числе случаев в возникновении и обострении конфликта немаловажную роль играло и алкогольное опьянение потерпевших. О том, что конфликт в таких случаях носил обоюдный характер, свидетельствует и то, что в 37 % случаев потерпевшие оказывали сопротивление, совершали ответные насильственные действия в отношении нападавших, 4,6 % потерпевших в прошлом сами осуждались за насильст-венные преступления.

В ходе опроса, проведенного нами, 18,6 % потерпевших сообщили, что в прошлом становились жертвами насильственных преступлений: подвергались избиениям, им причинялись телесные повреждения той или иной тяжести. Речь идет о том, что сущест-вует определенная категория лиц, склонная к созданию своим поведением криминогенных ситуаций, в которых они сами оказываются пострадавшими.

Приведенные данные позволяют дать общую характеристику лиц, которые наиболее часто оказываются потерпевшими по делам о телесных повреждениях. В их числе преобладают лица мужского пола. Среди женщин, которые составляют 36 % потерпевших, значительное число (48,5 %) составили жены и сожительницы. Половину потерпевших составили друзья и знакомые, с которыми у осужденного возник конфликт. Основную возрастную группу потерпевших составили лица в возрасте от 25 до 35 лет – 16,5 %, от 18 до 25 лет и от 35 до 50 лет – по 17,4 %.

Среди потерпевших преобладают лица, имеющие общее среднее и среднее специальное образование (72 %). По своему социальному положению абсолютное большинство потерпевших составили рабочие (63,9 %).

Следует также отметить, что 31,4 % потерпевших в момент совершения преступления находились в состоянии алкогольного опьянения, а 18,6 % из их числа в прошлом уже были жертвами насильственных преступлений.

Изучение уголовных дел, анкетирование осужденных и опросы потерпевших по делам о причинении телесных повреждений позволяют сделать вывод о том, что к числу условий, способствующих совершению преступлений, относится также незаконное хранение гражданами огнестрельного оружия.

Данные нашего исследования свидетельствуют о том, что лишь небольшое число телесных повреждений было причинено с помощью огнестрельного оружия (9,9 %) и лишь немногим больше с применением холодного оружия. Это естественно, ведь преступления, которые мы рассматриваем – ситуативные, виновные заранее не готовятся к их совершению и не приготавливают специально для этого оружие. Поэтому большинство этих преступлений совершается с использованием различных бытовых предметов. Но, вместо с тем, нельзя не отметить, что тяжкие телесные повреждения чаще, чем легкие и средней тяжести, совершаются с применением огнестрельного или холодного оружия. Так что значение незаконного владения огнестрельным и холодным оружием как криминогенного фактора преуменьшать нельзя. 57 % опрошенных нами лиц, которые использовали при совершении преступления огнестрельное или холодное оружие, в ходе опроса сообщили, что, если бы в момент конфликта у них под рукой не оказалось оружия, они либо вообще не совершили преступление, или причинили бы потерпевшим значительно меньший ущерб.

К числу условий, способствующих совершению рассматриваемых преступлений, следует отнести далее неприятие окружающими мер к предотвращению или пресечению конфликта. По изученным уголовным делам большинство преступлений было совершено в присутствии других лиц: членов семьи виновного или потерпевшего, их родственников, друзей, знакомых, соседей и лишь в 12 % случаев они делали попытку вмешаться в конфликт и в той или иной мере предотвратили причинение более серьезного вреда.

Пассивное поведение лиц, присутствовавших при совершении преступления, само по себе не стимулирует совершение преступления. Но основанный на собственном опыте или опыте других лиц расчет на их невмешательство является одним из обстоятельств, способствующих возникновению решимости совершить преступление.

Наконец, в числе таких обстоятельств следует назвать недостатки правоохранительной деятельности.

Применительно к рассматриваемым преступлениям это, прежде всего, недостаточное реагирование органов внутренних дел, опорных пунктов охраны общественного порядка на сигналы о конфликтах, которые создают криминогенную ситуацию. Это, чаще всего, семейные конфликты, ссоры между соседями, между знакомыми людьми, возникающие нередко на почве совместного потребления спиртных напитков. 37 % опрошенных нами потерпевших сообщили, что между ними и осужденными имела место длительная конфликтная ситуация, они неоднократно обращались к участковому инспектору полиции, в ГОРРАЙОВД, однако, соответствующие работники либо вообще не реагировали на их сигналы, либо ограничивались устным предупреждением. Своевременное принятие более эффективных мер, вплоть до возбуждения уголовного дела в отношении виновных, при наличии к тому оснований, могло бы предотвратить совершение более серьезных преступных действий.

Применительно к семейным конфликтам следует отметить случаи, когда семья фактически распалась, между супругами складывается остроконфликтная ситуация, а суды затягивают решение вопроса о расторжении брака, разделе имущества, жилища. Все это нередко приводит к искусственному обострению конфликта, а подчас и к совершению преступления.

Изложенное позволяет сделать некоторые выводы:

1. Основными условиями, способствующими совершению посягательств на здоровье граждан, являются бытовые конфликты, возникающие на почве столкновения интересов виновного и потерпевшего. Большинство этих преступлений совершается в семье или в устойчивых микрогруппах.

2. Значительное влияние на возникновение конфликтной ситуации оказывает состояние алкогольного опьянения, в котором находится виновный, а нередко и потерпевший.

3. На возникновение криминогенной ситуации и решимости совершить преступление влияют и субъективные качества личнос-ти, в частности, агрессивность и повышенная возбудимость.

4. Определенное значение в числе обстоятельств, способствующих совершению преступлений, играют принятые в данной социальной среде традиции и групповые нормы поведения, когда насилие рассматривается как допустимый способ разрешения конфликтов.

5. На возникновение решимости совершать преступление часто влияют и психопатические черты личности виновного, которые, взаимодействуя с ситуацией, способствуют принятию решения о совершении преступления. Наиболее часто исследуемые преступления совершают возбудимые и неустойчивые психопаты.

6. Самостоятельное и важное значение в цепи обстоятельств, способствующих совершению этих преступлений, имеет виктимное, наиболее часто провокационное поведение потерпевших.

К числу обстоятельств, способствующих совершению ситуативных преступлений, связанных с причинением вреда здоровью граждан, должны быть отнесены также незаконное хранение, изготовление и ношение огнестрельного и холодного оружия, непрепятствование совершению преступления со стороны окружающих и некоторые недостатки правоохранительной деятельности.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100