www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Криминология
Есберген Алауханов. Криминология. Учебник. – Алматы. 2008. - 429 с.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
1. КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КОРЫСТНО-НАСИЛЬСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Криминологическая наука позволяет глубоко проанализировать формы и связи преступности с другими социальными явлениями, уяснить причины преступности и условия, способствующие ей, а в настоящее время, в частности, проследить характер, состояние, изучить динамику преступлений в зависимости от социального положения людей, изменений в экономике и идеологии. Поэтому совершенно прав И.И. Карпец, назвавший криминологию сигнализирующей наукой1.

На нынешнем этапе развития нашего независимого государства Республики Казахстан становится совершенно очевидным, что без опоры на результаты криминологических исследований, без глубокого изучения закономерностей и тенденций реальной криминологической обстановки невозможно на должном уровне решать уголовно-правовые, процессуальные, криминалистические и пенитенциарные проблемы.

Вместе с тем следует заметить, что сознание некоторых ученых-юристов до недавнего времени все еще не были свободны от стереотипов. Например, в первом томе курса криминологии утверждается, что «нет наиболее опасных форм преступности, присущих предшествующим формациям, типа гангстеризма, рэкета; нет сращивания преступного мира с государственным аппаратом; нет целых слоев населения, наживающихся на преступности и заинтересованных в ней; нет политиков, стремящихся придти к власти с помощью преступных методов»2. Считалось нормой утверждение, что преступность чужда природе социалистического строя3.

Давая криминологическую характеристику корыстно-насильственным преступлениям, необходимо четко придерживаться главного требования, чтобы объединяемые в ней данные с необходимой полнотой отражали сведения о существенных признаках и свойствах, отображаемых в них явлений и связанного с ним определенного круга обстоятельств, важных с точки зрения предупреждения преступлений1.

Анализируемые преступления имеют незначительный удельный вес в общей структуре преступности (в 1995 г. они в совокупности составили немногим более 6 % от общего числа преступлений), однако являются сегодня одним из самых сильных факторов, вызывающих тревогу населения и порождающих страх перед нею2. Все это имеет под собой основание, поскольку за последние годы произошел существенный рост числа осужденных за рассматриваемые преступления.

Так, по информации КПС и СУ при Генеральной прокуратуре Республики Казахстан, в 2007 году количество тяжких преступлений сократилось на 6,6 %, к 2006 году (с 25176 до 23522), особо тяжких – на 1 % (с 2949 до 2919). Существенный рост тяжких преступлений отмечается в Атырауской области (+21,4 %), г. Астане (+20,2 %); особо тяжких – на участках обслуживания Западного ДВД на транспорте (+86,7 %), в Атырауской (+84,2 %), Мангистауской (+12,5 %) областях, г.Астане (+24,4 %).

Количество зарегистрированных убийств снизилось на 4,7 % (1677). Вместе с тем, в 6 регионах отмечается их рост, наиболь-ший – в г. Астане (+32,8 %), Мангистауской (+37,1 %), Южно-Казахстанской (+15,3 %), Западно-Казахстанской (+12,2 %) облас-тях.

На 4,7% возросло количество причинений тяжкого вреда здоровью (2211). В 11 регионах отмечается их рост, значительный – в Атырауской (+53,8%), Актюбинской (+34,9%), Северо-Казахстанской (+14,3%) областях, г. Алматы (+27,6%) и г. Астане (+27,0%).

Количество разбоев сократилось на 19,6 % (1988), грабежей – на 13,3 % (10925). Значительный рост числа разбоев наблюдается в Кызылординской (в 2,6 раза), Атырауской (в 2,5 раза), Мангистауской (+26,5 %) областях, г. Астане (+34,1 %); грабежей – в Алматинской (+27,6 %) и Карагандинской (+12,4 %) областях.

Общее количество краж снизилось на 13,2 % (с 59292 до 51448), в т.ч. из квартир – на 19,8 % (с 17712 до 14205). В структуре общеуголовной преступности доля краж составила 48,2 %. Рост краж отмечается в Атырауской области (+9,2 %), квартирных – в СКО (+9,3 %).

Согласно статистическим данным, в городах проживает свыше 40 %, в селе около 60 % всего населения. Наибольший удельный вес среди городских жителей несовершеннолетнего возраста, осужденных за анализируемые преступления, составили подростки, проживающие в областных центрах – 89 % всех несовершеннолетних, осужденных за совершение имущественных преступлений в Казахстане, и свыше 90 % всех подростков, проживающих в городах и осужденных за совершение преступлений корыстно-насильственного характера.

Удельный вес указанных преступлений, совершенных несовершеннолетними, от общего числа всех преступлений, совершенных в нашей стране, в целом составляет 0,4 %. Однако, если рассматривать этот показатель в динамике, то отмечается тенденция к росту. Она обнаруживается при выведении среднегодового коэффициента преступлений, совершенных несовершеннолетними, который рассчитан на 10 тыс. человек в возрасте от 14 до 18 лет.

Среди осужденных несовершеннолетних за совершение анализируемых деяний, которые на момент преступления проживали в сельской местности, наибольший удельный вес составили лица, проживающие в кишлаках и поселках, расположенных близ городов и районных центров. На наш взгляд, меньшее число корыстно-насильственных посягательств на селе объясняется тем, что несовершеннолетние и лица молодого возраста находятся под контролем родителей, родственников и знакомых. Здесь теснее связь школы и родителей, а эти факторы дают возможность предотвратить преступления, пресечь их на ранней стадии проявления. Более того, в сельской местности почти каждый знаком друг с другом, что обуславливает определенные трудности в укрытии и сбыте похищенного имущества. Условия формирования личности в городах по сравнению с сельской местностью значительно усложнены, факторов, от которых зависит это обстоятельство, довольно много, и о них в последние годы достаточно полно говорилось как в правовой, так и педагогической литературе.

По данным 2007 г. низкая раскрываемость тяжких преступлений отмечается в ДВД г. Алматы (51,1 %), г. Астаны (58,2 %), Павлодарской области (58,6 %).

Раскрываемость грабежей по стране составила всего 51,8 %, т.е. каждый второй грабеж остался нераскрытым. Наихудшие показатели их раскрываемости имеют ДВД г. Алматы (29,2 %), г. Астаны (46,3 %), Павлодарской (40,6 %), Костанайской (47,2 %) областей.

Наихудшие показатели раскрываемости разбойных нападе-ний – в ДВД Павлодарской (58 %) области, г. Алматы (58,9 %) (при среднереспубликанском показателе – 78,7 %).

Раскрываемость краж составила 56,5 %. Наиболее низкие их показатели отмечаются в ДВД г. Алматы (32,3 %), г. Астаны (54,2 %), Атырауской (43,1 %), Актюбинской (52,6 %) областей, в т.ч. квартирных – в ДВД г.Алматы (25,9 %).

В последние годы получили распространение грабежи и разбойные нападения на водителей такси и владельцев автотранспорта, совершаемые на дорогах, а также нападения на граждан с проникновением в жилища.

Грабежи, разбои, убийства из корыстных целей, завладения государственным имуществом в большинстве своем имеют место там, где находится имущество, легко реализуемое и потребляемое частным лицом.

При этом в 49 % случаях корыстные преступления, совершенные с применением насилия, были совершены в населенном пункте по месту жительства преступника, в 51 % случаев – в другом населенном пункте. Из них в 7 % случаев в других соседних государствах: в Узбекистане, Таджикистане, Кыргызстане, Туркменистане, России и т.д. Следовательно, преступники, опасаясь, что их распознают, совершили преступление в другом государстве. Разбойные нападения, грабежи совершаются чаще зимой – 29 %, весной – 26 %, летом – 24 % и осенью – 21 %. Выпадение большего процента этих преступлений на зимний период, видимо, объясняется созданием благоприятных ситуаций: сторожа ночью, если морозно, отлучаются с поста или сидят в будке, включив электроплитку, и т.д. К тому же зимой граждане одеты в теплую одежду, которая имеет более или менее высокую стоимость (меховые шапки, шубы, теплое пальто, сапоги и т.п.) Первые исследования влияния времен года на преступность провел известный русский ученый И.Я. Фойницкий, который пришел к заключению, что колебания температуры оказывают определенное влияние как на преступление против личности, так и на имущественные преступления.1

По нашим сведениям, 13 % корыстно-насильственных преступлений совершены в период с 00 до 09 часов, 10 %– с 09 до 15 часов, 21 % – с 15 до19 часов, 30 % – с 19 до 22 часов, 27 % – с 22 до 24 часов. Если подытожить эти данные, то получится, что они в своем большинстве (69 %) совершаются в вечернее и ночное время, чаще всего, с 18 до 24 часов.

Итак, если ссылаться на конкретные данные, то картина уровня корыстно-насильственных преступлений в Казахстане такова:

Таблица 5

Корыстно-насильственные преступления (1990–2006 гг.)

Годы           Бандитизм           Разбой          Грабеж          Вымогательство

1990            1                            1321              8343                295

1991            1                            1422              9828                365

1992            2                            2304             13238               340

1993            6                            2335             13872               919

1994            2                            2146             11919              1289

1995           16                           2087             9486                1274

1996           23                           2509             8912                1249

1997           53                           2910             8909                 880

1998           28                           2952             9467                 838

1999           58                           2687             9269                 1344

2000           54                           2478             8875                 1365

2001           32                           2670              9039                1154

2002           17                           2471              8267                1101

2003           17                           2279              7449                1077

2004          11                           3003              11516               1105

2005          16                           3002               13064              1066

2006          8                             2474               12607              1057

Всего       345                          41050              174060            16718

В результате проведенных нами исследований оказалось, что в 59 % случаев к людям применялось психическое насилие (т. е. угроза насилием), в 38 % – физическое насилие (уголовно-правовое воздействие чаще всего выражается в форме физического воздейст-вия (физическое и психическое) на людей, животных или предметы материального мира. В теории уголовного права отмечается, что свыше 90% уголовно-правовых действий, предусмотренных в УК РК, осуществляются в такой форме)1 и только в 3 % случаев преступник завладел имуществом потерпевшего обманным путем, без применения физического и психического насилия – путем использования алкоголя, одурманивающего или снотворного вещества.

В каждом втором их этих преступлений устные угрозы преступники подкрепляли демонстрацией огнестрельного, холодного оружия или иных предметов, используемых в качестве оружия.

Характер физического насилия самый разнообразный: избивали руками и ногами, наносили удары топором, ножом, металлическими цепями и другими предметами, применяли огнестрельное оружие и т.д. В большинстве случаев физическое насилие обычно применялось после того, если угроза не давала преступникам желаемого результата.

В отношении 59 % случаев осужденных осуществлялись насильственные действия простым способом (приставляли нож к горлу, старались дать «понять» потерпевшему безвыходность его положения, в противном случае применяли оружие, накидывали петлю на шею, наносили удары сзади по голове, подвешивали за ноги, запирали в подвал, в холодильник), в 33 % случаев действовали более разнообразно («как покажет поведение потерпевшего») и только в 8 % случаев проводилась «специализация», когда виновные под видом сантехников, теле-, радио-, аудио-, видео или телефонных мастеров, работников КСК, проникали в помещение; в 70 % случаев из ста, преступники проникали в жилища под видом почтальонов, врачей, страховых агентов, полиции, а в 26 % – знакомых и родственников членов семьи или от их имени, в остальных случая – насильственно, путем взлома дверей и окон1. Двое – трое бросались к владельцу квартиры, заставляли сидеть тихо, наставив на него огнестрельное или холодное оружие, помещали в ящик и начинали пилить пилой, на живот ставили горячий утюг, зажимали пальцы пассатижами, подвешивали за ноги, под ногти вбивали гвозди, делали надрезы на теле, принудительно впрыскивали наркотические вещества и т.д. В случае сопротивления нередко применяли пытки к потерпевшему или его близким. Это характерно для бандитизма, убийства из корысти, вымогательства и редко при разбое. Такие действия характеризуют, разумеется, повышенную опасность преступника и необходимость применения самых строгих мер наказания.

При совершении насильственного грабежа, разбоя и вымогательства преступники, как правило, реализовывали свои угрозы. Например, почти в каждом одиннадцатом случае потерпевшему были причинены опасные для жизни тяжкие повреждения; почти в каждом шестом – средней тяжестей и легкие телесные повреждения, повлекшие за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности. В подавляющем большинстве (89 %) физическое насилие применялось к потерпевшему, являвшемуся собственником имущества, и только в 11 % – не к владельцам собственности, а психическое насилие – не только к собственнику имущества, но и к его близким, в т.ч. детям – 29 % от числа совершенных преступлений.

Предметами уголовно-наказуемых проявлений были иностранная валюта, деньги, ценные бумаги, автомашины, аудио- и видеоаппаратура, магнитофоны, а также такие вещи, как меховые шапки, ковры, шубы, кожаные плащи и куртки, джинсы, юбки, ювелирные изделия и редко спиртные напитки и продукты питания. Деньгами преступники завладевали при совершении каждого второго, валютой – каждого десятого преступления, хрустальными изделиями и одеждой – каждого третьего. Удельный вес серебряных, золотых колец, брошек и т.д. в общей массе похищенного составил 31 % и только 9 % – спиртные напитки.

Стоимость личного имущества в денежном выражении, изъятого при совершении указанных преступлений, заметно больше. Корыстно-насильственные преступления, совершенные в крупных размерах, составили 51,5 %.

Исследование материалов уголовных дел позволяет утверждать, что преступники обычно к преступлению не готовятся (74,5 %) и только в 25,5 % случаев предварительно подыскивалось оружие, автотранспорт, выбирались объекты для совершения преступлений, составлялись планы, распределялись роли и т.д. У 36 % осужденных действия были начаты тайно, т.е. они путем кражи стремились за-владеть имуществом, и лишь когда их действия обнаруживались, переходили к разбойным нападениям и насильственным грабежам. Около 9 % преступников совершили преступления с целью завладения оружием и наркотическими веществами. В 79 % случаев применялось огнестрельное, в 21 % – холодное оружие или другие предметы, используемые в качестве такового. Огнестрельное оружие – это пулеметы, автоматы, пистолеты, мелкокалиберные винтовки, охотничьи гладкоствольные ружья и обрезы; холодное оружие – это кинжалы, национальные, самодельные финские ножи, нунчаки и т.д. В качестве предметов для насилия использовались арматура, бритва, гвоздодер, ломик, напильник, отвертка, цепь, угольник и т.д.

Корыстные преступления с применением насилия обычно совершаются, как ни странно, на глазах у людей. Однако, на вопрос анкеты: «Вмешивался ли кто-нибудь из посторонних лиц с целью помешать вам совершить преступление?», только 5 % преступников ответили положительно, а 95 % – отрицательно.

Исследования, проведенные нами в 1999 г., подтвердили результаты анализа, осуществленного в 1998 г., в том, что при совершении грабежа, разбоя и вымогательства в присутствии граждан преступник надеется, что часть из них будет руководствоваться мещанским принципом «своя рубашка ближе к телу» и не примет активных мер по пресечению опасных посягательств.

Многие осужденные затем утверждали, что преступление было бы немыслимым, если бы граждане попытались пресечь их. Причинами невмешательства граждан, способных по своим физическим данным пресечь совершаемые в их присутствии преступления, являются боязнь пострадать самому и безразличное отношение к судьбе потерпевшего. Видимо, с учетом последней причины несколько осужденных на вопрос анкеты ответили так: «…каждый жить хочет…», «…душу богу отдавать не хочет…». Анализ материалов судебно-следственной практики свидетельствует о том, что по общей массе корыстно-насильственных преступлений в по-следние годы на первое место выходят групповые преступления. Например, если в 1977 г. лица, совершившие эти преступления в группе, составляли 60–70 % от общего числа осужденных, то в 1994 г. они составили уже около 80 %. При этом несовершеннолетние совершают преступления групповым разбоем, грабежом, вымогательством в 76 % случаев.

Заметим одну особенность, в настоящее время ни одна банда не обходится без подростков. Более того, за последние три года органами внутренних дел республики было раскрыто несколько «чисто» молодежных преступных организованных групп. При этом несовершеннолетние редко совершают убийства из корысти (5 % случаев).

Процент лиц, совершивших разбой, насильственный грабеж, вымогательство в группе с лицами в возрасте от 14 до 25 лет, достиг уже 84 %.

Как правило, в основном преступная группа насчитывает в своем составе два–три человека – 64 % и 36 %; 34 % групп носят стойкий характер, т.е. совершают три и более преступления, когда во главе стоят лица, ранее имевшие судимость. Выявлена определенная закономерность, заключающаяся в том, что вовремя нераскрытые преступные группы, расширяясь, превращаются в устойчивые структуры с присущими им внутренней дисциплиной и четким распределением ролей. Если 10 лет назад средняя преступная группа насчитывала до пяти человек, то сейчас почти в половине раскрытых дел – десять и более участников1.

Результаты исследований показывают, что рэкет – это всего лишь начальная стадия и один из многочисленных показателей процесса соорганизации криминальной среды. Одновременно он может выступать в качестве одного из направлений организованной преступности, а также представлять собой способ монополизации.

При этом вымогательство в отношении конкретных лиц не может продолжаться до бесконечности. В итоге противостоящие стороны приходят к взаимовыгодным соглашениям, определенным образом распределяя между собой функции и, таким образом, совершенствуя преступной деятельности. Об этом прямо свидетельствуют и данные органов внутренних дел, согласно которым в 8 % выявленных случаев вымогательства рэкетиры устанавливали определенную таксу регулярных денежных отчислений2.

В этой связи следует согласиться с Т.Шибутани, отметившего, что всякий раз, когда действия повторяются, особенно теми же самыми людьми, наблюдается тенденция к стабилизации, повторение преступления закрепляет, фиксирует действия в привычках индивидов3. Поскольку люди вновь и вновь вместе решают одни и те же задачи, они начинают полагаться друг на друга. У них развивается чувство взаимной общности (идентификации) и вскоре возникает ощущение, что они связаны определенными действиями и обстоятельствами. Содержание психической связи (субъективный момент) характеризуется сознанием каждого участника в деятельности других лиц и стремлением к достижению преступного последствия в результате общих усилий. Ныне границы груп-пового членства становятся теперь более строгими, быстро и четко устанавливаются процедуры для приведения к «порядку» тех, кто отклоняется от принятых преступном сообществе норм.

В связи с этим заметим, что около 17 %–19 % от общего числа разбоев было совершено с проникновением в жилище. Около 20 % из них совершили насильственные грабежи и разбои, «переросшие» из краж с проникновением в жилище. В других случаях виновные противоправно вторгались в жилище и для завладения имуществом совершали нападения на находившихся в нем лиц.

Доля в нашей стране, отбывших наказание, составляет 24 % в совершении насильственных грабежей, 26 % – разбоев, 26 % – убийств из корыстных побуждений, 31 % – бандитизма, 27 % –вымогательств.

По данным исследований, осуществленных учеными в 1970 году в РСФСР, число грабежей и разбоев, совершенных рецидивистами, в то время было невелико. Так, по сведениям Ю.В. Солопанова и В.Е. Квашиса, указанные преступления в мужской рецидивной преступности составляли всего 7,6 %1.

Корыстно-агрессивную направленность личности имеет подавляющее большинство анализируемых категорий преступников.

В современной криминологической литературе бытует мнение, что чем больше у рецидивистов судимостей, тем чаще ими совершаются преступления в группе. Наши иследования опровергают данный вывод. Так, из числа рецидивистов, имевших две судимости, лица, совершавшие преступления в группе, составили всего одну четвертую часть; из числа четырежды судимых – седьмую; из числа судимых пять и более раз – девятую.

Параллельно нами обнаружены и установлены тенденции к снижению уровня групповой преступности по мере увеличения возраста преступников. Обе тенденции, на наш взгляд, отражают влияние двух взаимосвязанных факторов. Что касается устойчивости групп несовершеннолетних, совершающих анализируемые деяния, то из общего числа выявленных преступных групп под-ростков время их существования составило: до 3-х месяцев – 63,4 %, до 6-ти – 21,6 %, до 9-ти – 11,4 %, до 1-го – 3,6 %, свыше года – 1 %.

Выявлено совместное участие в совершении преступлений работников правоохранительных органов и граждан. Вне всякого сомнения, что преступники, поддерживая связи с работниками правоохранительных органов, уверены, что те в случае угрозы разоблачения прямо или косвенно их станут покрывать. Однако, следует заметить, что совершение преступлений сотрудниками КНБ, МВД, ДБЭКП и т.д. еще не свидетельствует о тенденции, поскольку такие случаи в Казахстане не часты.

Пока нет возможности сбить волну преступности, хотя она велика. Так, в 2004 г. убийства при разбойных нападениях составили всего 11,9 % случаев от числа всех зарегистрированных умышленных убийств. Лишь в 11 % случаев преступниками принимались меры для сокрытия преступления (укрытие трупа, расчленение и сокрытие частей трупа, сжигание, выброс трупа в реку.) Такие меры применялись в большинстве случаев в отношении таксистов, частных «возчиков» и т.д.

Потерпевшие в основном были мужчины – 87 %, число женщин составило 13 %. Более 40 % корыстно-насильственных деяний совершено в отношении иностранных граждан: сотрудников совместных предприятий, коммерсантов, туристов и других лиц1.

При изучении в целях предупреждения обстоятельств, способствующих корыстно-насильственным преступлениям, важно получать сведения, касающиеся поведения потерпевших2.

Данные, приведенные в таблицах 6 и 7, показывают, что такая работа в первую очередь касается родственников, и только потом знакомых и незнакомых преимущественно в возрасте от 30 до 50 лет.

Заметим, что каждый третий из числа потерпевших по анализируемым преступлениям вел себя неосторожно, так как находился в нетрезвом состоянии; каждый одиннадцатый из них в определенной мере провоцировал на преступление, распивая спиртное с незнакомыми ему лицами (на улице, в парке, баре, дома, в квартире, на даче).

Вот почему в целях надлежащей правовой защиты потерпевших необходимо закрепить в УК положение, которое считало бы субъектами уголовно-правовых отношений не только преступника, но и потерпевшего1.

Как уже упоминалось, несовершеннолетние, чаще всего, похищают одежду и обувь (21,5 %), а также мотоциклы, велосипеды и запасные части к ним – 33,4 %, магнитофоны, магнитолы, радиоаппаратуру – 13,1 %, аудио и видеоаппаратуру – 7 %; автомобили – 2 %; продукты питания – 7 %.

Среди предметов преступных посягательств спиртные напитки составили 6 %.

Таблица 7

Удельный вес корыстно-насильственных преступлений на фоне всей преступности

Годы                Количество                       Количество                    Удельный вес
                        преступлений,                   корыстно-                      корыстно- 
                        совершенных в РК            насильственных           насильственных
                                                                  
преступлений                преступлений, %

1990                148053                                 9664                                 6,5

1991                173858                                 11616                               6,6

1992                200873                                 15542                               7,7

1993                206006                                 17126                               8,3

1994                201796                                 15354                               7,6

1995                183913                                 12863                                7

1996                183977                                 12693                               6,9

1997                165401                                 12752                               7,7

1998                142100                                 13285                               9,3

1999                139431                                 13358                               9,5

2000                150790                                 12772                               8,4

2001                152168                                 12895                               8,5

2002                135151                                 11856                               8,8

При совершении грабежей в большинстве эпизодов подростки, как правило, угрожали потерпевшим побоями или наносили удары для подавления попыток их сопротивлению.

С целью психического воздействия на жертву, делая более эффектной угрозу применения насилия, в качестве оружия они использовали кастеты, ножи, нунчаки и цепи.

В последнее время работникам правоохранительных органов все чаще приходится сталкиваться с опасными, хорошо организованными группами и сообществами преступников, совершающими тяжкие и особо тяжкие преступления.

Организованная преступность – это создание преступных формирований трех уровней (преступных групп, организаций и сообществ) и их преступная деятельность1.

С учетом социально-психологических показателей совместного функционирования, количественно-качественных параметров состава участников групп, направленности и сферы деятельности, сложности структурного построения и структуры коммуникативных связей считаем, что преступные группы можно классифицировать следующим образом:

 общеуголовные;

 корыстно-хозяйственные;

 смешанные.

По количеству участников:

 малые (до 10 человек);

 средние (от 11 до 20 человек);

 большие (свыше 20 человек).

По сфере преступлений:

 межрегиональные;

 локальные.

По сложности структурного построения (иерархии):

 простые;

 сложные;

 многоуровневые.

По структуре коммуникативных связей:

 полные;

 комбинированные;

 сложные2.

По мере активизации совместной деятельности члены таких групп все более отдаляются от здоровых социальных общностей, вырабатывая собственный «кодекс поведения» и свою групповую мораль. Почти неизбежно присутствие в таких группах лиц, ранее находившихся в местах свободы, что вносит в них нравы и навык этой среды с явными элементами «преступной субкультуры»3.

Изучение структуры организованной преступности позволяет определить ее модель, которая, как оказалось, представляет собой многоуровневую пирамиду, где каждый последующий уровень более организован по сравнению с предыдущим.

Можно выделить три «этапа» построения пирамиды – это три уровня организованности и одновременно фиксации трех основных стадий в развитии преступности1. Такая модель имеет ряд преимуществ.

Во-первых, она помогает привлечь для распознания преступности теорию организаций. Так, известный специалист по социологии организаций А.И. Пригожин отмечает, что «сегодня иерархия определяется как универсальный принцип построения любых организационных систем – биологических, социальных, технических. Применительно к последующему этот принцип просматривается на всех уровнях – от малой группы до общества. И вообще человечество как будто не знает другого способа объединения, кроме пирамиды»2. Можно утверждать о существовании девяти отличительных признаков организованной преступности:

– наличие специфических организационных и исполнительных структур, четко сложившаяся внутренняя иерархия, направленность умысла членов группы на преступную деятельность постоянного характера, наличие жесткой дисциплины, система поощрений и санкций, их практическая реализация;

– законспирированность, четкое распределение ролей, функций, ориентация членов к специализации, стремление на извлечение максимальных доходов;

– наличие опытного лидера организатора, имеющего значительный авторитет в преступном мире, либо пользующегося поддержкой «авторитетов» из криминальной среды, «воров в законе»;

– использование современных технических средств, транспорта, постоянное устремление к повышению мобильности;

– вооруженность огнестрельным и холодным оружием;

– осуществление членами групп мер по нейтрализации форм социального контроля, целенаправленная разработка мер противодействия правоохранительным органам, коррумпирование;

– стремление к расширению сферы деятельности и влияния в масштабах региона и за его пределами;

– наличие крупных сумм денежных средств, ценностей для воспроизводства преступности, материальной поддержки членов групп, преступных сообществ, организаций;

– стремление к установлению межрегиональных связей1.

В России преступные сообщества уже взяли на себя правовые функции. Заменили третейские суды (при разборках), судебных исполнителей (силовое вышибание долгов), охраны, службы безопасности и др.2.

Организованной преступности присуща высокая степень сплоченности и устойчивости по вертикальным и горизонтальным связям, как внутри преступной группы, так и с метасистемами – обществом и государством3. Организованная преступность– прежде всего автономно развивающаяся, социально организованная структура, наделенная чертами, присущими целостному системному образованию4.

Таким образом, организованная преступность – это устойчивое объединение лиц, организовавшихся для совместной преступной деятельности в корыстных целях для достижения контроля в определенной социальной сфере или на определенной территории.

Мы полагаем, что следует обратить внимание еще на одну особенность.

Дело в том, что доход, полученный преступным путем, организованными сообществами после удовлетворения их насущных потребностей (дома, квартиры, роскошные автомашины-иномарки, бытовая электроника, загранпоездки) затем вкладывается в легальный бизнес – в доходные кафе, рестораны, автостоянки и т.п. И, таким образом, уже легализованный, он остается вне контроля государства5.

На следствии и в суде подобная деятельность отрицается и всячески скрывается виновными1. В связи со сказанным мы разделяем мнение А. Долговой о том, что если говорить об учетных данных, к примеру, сколько преступных структур находятся на учете и взять те уголовные дела, которые пришли в суд, мы увидим, что, по сути, эти дела не о преступных организациях, а лишь об отдельных эпизодах преступной деятельности различных структур. Между тем, как известно, борьба с организованной преступностью – это и есть, в первую очередь, выявление организаций2. Выводы автора подтверждаются нашими исследованиями: 9 % разбойных групп обладали признаками высокой общественной опасности и устойчивости, что присуще банде. По другим конкретным делам преступники были осуждены за групповой разбой, а не за бандитизм, без приведения обоснованности такой квалификации в приговорах.

Характеризуя профессиональную преступность, А. Гуров выделяет четыре основных признака:

– устойчивый вид преступного занятия (специализация);

– определенные познания и навыки (квалификация);

– преступления как источник существования;

– связь с социальной средой3.

С мнением автора следует согласиться, однако А.А. Тайваков дает более полную характеристику явлению профессиональной преступности:

– совершение преступлений – один из основных или основной способ добычи средств к существованию (об этом заявили 78 % опрошенных респондентов);

– совершение преступления преступниками-профессионалами непременно включает в себя предварительную подготовку, обучение, владение профессиональными секретами (около 80 % отметили наличие данного фактора);

– у профессиональных преступников имеются специальные, заранее подготовленные и апробированные приспособления, облегчающие совершение противоправных деяний (75 % опрошенных преступников имеют в своем арсенале такие орудия);

– криминальным профессионалам присущи специальные приемы и способы совершения преступлений (91 % респондентов подтвердили их применение в своей «практике»);

– профессиональный преступник избирает преступную карьеру в качестве жизненной цели;

– среди профессиональных преступников существует четкая, иерархическая внутриклановая градация (об этом заявили 87 % опрошенных);

– у профессиональных преступников есть свойственный только им преступный жаргон (владеют таким «профессионализмом» 95 % опрошенных);

– представители профессионального криминалитета объединяются по профессиональному, корпоративному признаку (об этом свидетельствуют 82 % респондентов);

– профессиональную преступность отличает соблюдение обычаев, жаргон, другие элементы преступной субкультуры (71 % респондентов в той или иной степени знакомы с этими явлениями);

– профессиональные преступники способны передавать навыки, способы и приемы совершения противоправных деяний начинающим преступникам, готовить криминальную смену (около половины опрошенных прошли своего рода «воровские школы»);

– наличие строго определенных моделей посткриминального поведения (92 % опрошенных имеют хорошо налаженные каналы сбыта похищенного, отработанные пути отхода с места совершения преступления и т.п.);

– чувство престижа, гордости своей криминальной профессией и иные подобные компенсаторные явления психологии профессиональных преступников (45 % респондентов сообщили, что испытывают чувство гордости).

Что касается женской преступности, то в последние 17 лет в бывшем СССР ежегодно переступали закон 180200 женщин1. Нужно отметить, что структура женских преступлений меняется. От промыслов извечно дамских – мошенничества, мелкого воровства, женщина переходит к классическим, мужским.

Анализ состояния преступности по СНГ за 1999 г. показал, что 78 % или 2/3) женщин, отбывающих наказание в ИК, осуждены по двум группам преступлений: посягательство на собственности и покушение на жизни1. В Казахстане среди лиц, совершивших преступления, доля женщины составила 10,3 %2 (по корыстно-насильственным преступлениям – 4,3 %).

Давая криминологическую характеристику женской преступности, необходимо подчеркнуть, что налицо определенная тенденция сильной деморализации и общей дезадаптации почти всех преступниц-рецидивисток, а также то, что по многим показателям преступности женщины приближаются к преступности мужчин3.

Профессиональная преступность, таким образом, представляет собой относительно замкнутую общественно опасную подсистему, обладающую рядом признаков и характеристик, способную к самовоспроизводству криминальной деятельности4.

В последнее время серьезным криминогенным фактором является сращивание профессиональных преступников из организованных групп с крупными расхитителями. Последние стали нуждаться имущества, его охраны, защиты от «конкурентов», давления на них и т.д. С другой стороны, наличие значительных богатств, добытых преступным путем расхитителями, предопределило то обстоятельство, что они стали объектом вымогательства со стороны организованных групп преступников, в первую очередь их лидеров. Поэтому расхитители либо сращиваются с ними, либо, чтобы защититься от них, прибегают к помощи точно таких же преступников5.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100