www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Правоохранительные органы
Мартыненко О.А. Детерминация и предупреждение преступности среди персонала органов внутренних дел Украины: Монография. – Х.: Изд-во ХНУВС, 2005.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
3.2. Количественно-качественные показатели преступлений и иных правонарушений в подразделениях ОВД Украины

Изучение преступности сотрудников ОВД как негативного социального явления требует, прежде всего, анализа ее внешних признаков, выражающихся рядом количественно-качественных показателей и составляющих так называемую криминологическую характеристику преступности. В криминологии относительно компонентов криминологической характеристики существуют различные точки зрения, однако все они оперируют такими традиционными показателями, как уровень преступности, коэффициенты преступности, структура и динамика преступности, география различных видов преступности. Как дополнительные качественные показатели изучаются также «цена» и «латентность» преступных проявлений.

Однако все подходы можно разделить на две группы в зависимости от наличия и места в криминологической характеристике социально-демографических и психологических данных о личности преступника. Представители первой группы не склонны рассматривать характеристики личности преступника как самостоятельный показатель, ограничиваясь их изучением в контексте структуры преступности того или иного вида.[1] Вторая группа ученых среди количественно-качественных показателей преступности отдельное место отводит рассмотрению особенностей личности правонарушителя, что является существенным моментом. По мнению И.Н. Даньшина, преступление как разновидность человеческой деятельности нельзя изучать в отрыве от субъекта данной деятельности и, если мы намерены глубоко познать преступность, то нам нужно изучать не только преступный акт и его последствия, но и самого исполнителя – личность преступника.[2]

Отдавая предпочтение данной точке зрения, характеристика преступлений и иных правонарушений, совершаемых сотрудниками ОВД, будет дана не только с учетом традиционных показателей, но и с отдельным рассмотрением личности правонарушителей, что позволит более полно раскрыть особенности рассматриваемого явления.

Эмпирической основой излагаемых далее результатов являются данные статистической отчетности МВД Украины за 1992–2003 гг., материалы более 1120 служебных проверок по фактам нарушений дисциплины и законности за период с 2000 по 2003 гг., содержащиеся в 124 томах архивных документов ДВБ ГУБОП МВД Украины за 2000–2003 гг., а также материалы изучения приговоров, вынесенных судами в отношении 582 бывших сотрудников ОВД на протяжении 1995–2003 гг. Репрезентативность полученных данных соответствует необходимым требованиям, предъявляемых к выборочным исследованиям подобного рода (ошибка выборки составляет 3,8% с доверительным интервалом 95%).

Отметим также, что точность представленных ниже диаграмм, таблиц и графиков отражает состояние ведомственной и государственной статистики учета преступлений, имеющих ряд очевидных недостатков. К таковым относится, прежде всего, отсутствие системы единых показателей, в силу чего в статистике МВД Украины далеко не всегда отражается общее количество преступлений, совершенных сотрудниками, отсутствует криминологически значимая информация относительно места, времени, групповом характере совершения преступления, состояния алкогольного опьянения у правонарушителей. К этому следует добавить закрытость ведомственных данных относительно общей численности аттестованного состава ОВД. Последнее обстоятельство делает крайне затруднительным объективный расчет как коэффициентов преступности, так и анализа состояния дел в отдельных регионах, подразделениях и службах ОВД Украины. Именно по указанным причинам ряд приводимых ниже показателей преступности измерялся нами не в количестве зарегистрированных преступлений, а по числу осужденных за их совершение человек. Ряд показателей был получен с помощью прикладных методов математической статистики. Например, удельный вес преступлений из расчета на 1 тыс. сотрудников был вычислен с помощью математической пропорции по имеющимся статистическим данным, не имеющим режима секретности.

Обращаясь к предмету нашего исследования отметим, что хотя преступления, совершаемые сотрудниками ОВД Украины, составляют незначительный удельный вес в общей массе преступности, однако динамика изменения их количественных показателей имеет характер системной взаимосвязи части и целого. Коэффициент корреляции Пирсона (r), рассчитанный для данных показателей, составляет 0,865, что соответствует наличию зависимости в 99 случаях из 100. Сравнительный анализ динамики преступности в ОВД и в Украине за период с 1992 г. графически представлен на рис. 9.

Рис. 9. Сравнительная динамика уровня преступности в Украине и отдельно в ОВД

Всего в период с 1992 г. по 2004 г. в Украине было возбуждено более 6300 уголовных дел по фактам неправомерных действий сотрудников ОВД, по результатам расследования которых судами были вынесены обвинительные приговоры в отношении 3690 чел. К иным видам ответственности за совершение правонарушений неуголовного характера в этот же период было привлечено 23940 сотрудников различных служб и подразделений ОВД.

С позиций сегодняшнего дня можно констатировать, что в 1995–1997 гг. органы внутренних дел Украины пережили настоящий криминальный бум среди личного состава, причины и последствия которого мы еще должны осмыслить. Уровень преступности среди сотрудников ОВД в 1995 г. достиг максимальной отметки – уголовные дела были возбуждены в отношении 1114 чел., к уголовной ответственности было привлечено 550 чел. В результате 33 случаев неправомерного применения оружия со стороны сотрудников ОВД погибло 5 граждан, еще 12 чел. были ранены. Многочисленными были факты превышения должностных полномочий, взяточничества, большую часть в структуре преступности среди личного состава составляли преступления общеуголовного характера. Прирост преступлений наблюдался в основном за счет правонарушений, совершенных сотрудниками АР Крым, Донецкой, Днепропетровской, Николаевской областей.

Процесс реформирования ОВД принес свои положительные результаты в виде существенного (практически в 5 раз) снижения общего количества преступлений, совершаемых сотрудниками и, в первую очередь, числа общеуголовных преступлений (рис. 10). При этом общий уровень преступлений среди сотрудников ОВД в течении всего исследуемого периода с 1992 по 2005 гг. оставался относительно низким и составил 11 преступлений на 10 тыс. чел. по сравнению с аналогичным показателем в целом по Украине – 103,8 преступления на 10 тыс. чел.

Рис. 10. Динамика числа служебных и общеуголовных преступлений в ОВД

Одновременно наблюдается снижение количества уголовных дел, возбужденных по фактам противоправного поведения сотрудников ОВД Украины. Если в том же 1995 г. было возбуждено 970 уголовных дел в отношении 1113 чел., то к 2002 г. таких дел в производстве находилось уже 528.

Более наглядно динамика снижения общего уровня преступности прослеживается при анализе количества уголовных дел, возбужденных в отношении сотрудников различных служб и подразделений ОВД. Так, можно заметить, что решительными мерами в 1997 г. МВД Украины удалось добиться первого значительного снижения числа правонарушений практически во всех наиболее «криминогенных» службах ОВД, хотя результаты имели кратковременный характер, что стало причиной очередного всплеска преступности среди сотрудников. Однако после реализации более масштабных и долгосрочных планов реформирования с 1999 г. наблюдается постоянное снижение преступлений, совершаемых сотрудниками основных служб (рис. 11).

Рис. 11. Количество возбужденных уголовных дел в отношении сотрудников различных служб ОВД Украины

Приведенные показатели были бы неполными, если не рассматривать так называемые «фоновые» явления преступности, которыми в криминологии принято обозначать отдельные формы делинквентного поведения, наиболее тесно связанные с преступлениями и отражающиеся в ведомственной статистике в виде совокупности административных правонарушений и дисциплинарных проступков, под условным обозначением «нарушения законности». В соответствии с установленным порядком, к последним относятся виновные противоправные деяния, совершенные аттестованными должностными лицами ОВД в связи с исполнением либо использованием ими своих полномочий, которые привели или создали реальную возможность к причинению ущерба субъектам общественных отношений, либо к совершению преступления. Ведомственный классификатор, используемый в практике ОВД, сегодня включает 36 видов нарушений законности.[3]

Исследование, проведенное авторским коллективом НУВД в 1997 г. выявило не только существование широкого пласта «фоновых» явлений и нарушений дисциплины, но и позволило выделить службы, в которых данные негативные явления встречаются наиболее часто (табл. 12).[4]

Таблица 12

Степень распространенности видов нарушений в службах ОВД

Вид нарушения

Частота, с которой данный вид нарушений встречается
в службе

1.

Халатное отношение к службе

ППС (31,0%),
участковые (24,8%),
ГАИ (21,7%)

2.

Невыполнение приказов руководства

ППС (19,3%),
участковые (17,2%)

3.

Уклонение от выполнения прямых служебных обязанностей

участковые (29,9%),
уголовный розыск (29,9%), ППС (23,16%)

4.

Уклонение от помощи гражданам

ППС (20,6%),
участковые (18,7%)

5.

Употребление спиртного в рабочее время

участковые (24,5%),
ППС (21,04%)

6.

Скрытая предпринимательская деятельность

УГСБЭП (30,8%),
ГАИ, служба охраны (17,6%)

7.

Алкоголизм, наркомания

уголовный розыск (18,9%),
участковые (18,1%)

8.

Конфликты в коллективе, аморальное поведение в быту и на службе

уголовный розыск (22,4%),
ППС (19,3%)

9.

Взяточничество, коррупция, вымогательство

ГАИ (43,35%),
УГСБЭП (41,11%),
ППС (25,8%)

10.

Корыстные связи с теневой экономикой

УГСБЭП (37,2%),

ГАИ (19,8 %),

уголовный розыск (16,2 %)

11.

Неоправданное насилие, нарушение прав граждан

ППС (38,7%),
уголовный розыск (34,8%),
ГАИ (20,1%)

12.

Внеслужебные связи с криминалитетом

УГСБЭП (32,3%),
уголовный розыск (23,9%)

По состоянию на 2005 г. наибольший удельный вес (81,3%) в структуре правонарушений, совершенных в 1992-2005 гг., занимают нарушения законности, связанные с незаконным отказом в возбуждении уголовного дела, попытками сокрытия преступлений от учета, нарушением сроков проведения следствия, фальсификацией материалов следствия и искажением статистики о результатах борьбы с преступностью.

Второе место по распространенности (12,7%) занимают факты незаконного задержания, ареста и проведения обыска, нарушений сроков пребывания под стражей, незаконного привлечения граждан к административной и уголовной ответственности. Далее следует группа коррупционных деяний и недозволенных связей с задержанными (3,9%), а также нарушения законности, связанные с фактами незаконного применения спецсредств, незаконных действий в отношении задержанных и незаконных методов проведения следствия (2,1% случаев). В среднем удельный вес преступлений, совершенных сотрудниками за указанный период, составлял 15,4% от общей массы нарушений законности, т.е. количество нарушений законности в 6,5 раз превышало количество преступлений.

Параллельное рассмотрение динамики уголовных и неуголовных правонарушений среди сотрудников ОВД позволяет констатировать, что значительное снижение в последние годы уровня преступлений не должно служить поводом для успокоения руководства МВД Украины и аргументом в пользу необязательности глубокого криминологического изучения феномена преступного поведения сотрудников правоохранительных органов. Данные свидетельствуют, что, невзирая на все предпринятые реформы и инновации последнего десятилетия, уровень лиц, привлеченных к ответственности за нарушения законности, изменяется не столь существенно (рис. 12).

Рис. 12. Абсолютные показатели количества сотрудников ОВД Украины, привлеченных к ответственности за нарушения законности

Более того, показатели 2004 г., превышающие показатели 1995-1997 гг., в равной степени могут быть оценены и как результат принципиальной позиции руководства МВД в отношении нетерпимости правонарушений среди личного состава, и как свидетельство существования значительной прослойки искусственной латентной преступности, когда действия сотрудников содержащие состав преступления, квалифицируются как административные и дисциплинарные деликты.

Рассмотрение отдельно статистики дисциплинарных взысканий показывает, что за различные проступки в 2003 г., например, было наказано 48524 чел. или 29,1% всех аттестованных сотрудников ОВД, т.е. практически каждый третий. Причинами наказаний в 67,7% случаев являлись недостатки в служебной деятельности и бесконтрольность за действиями подчиненных (58,7% и 9% соответственно). 9,8% дисциплинарных взысканий приходится на случаи пьянства сотрудников, их недостойного поведения в быту, невыхода на работу без уважительных причин, утраты служебного удостоверения и совершения ДТП. 22,5% дисциплинарных проступков квалифицированы в сводных статистических таблицах ДРП МВД Украины как «иные нарушения» (рис. 13).

Рис. 13. Соотношение числа наложенных в 2003 г. дисциплинарных взысканий за различные виды нарушений дисциплины

Показатели 2004 г., хотя и фиксируют снижение общего числа наказанных в дисциплинарном порядке примерно на 3 тыс. чел. (45796 чел., т.е. 27,9% всех аттестованных сотрудников), однако указанные пропорции совершенных дисциплинарных проступков остаются прежними.

Таким образом, при общем уменьшении количественных показателей преступлений, совершенных сотрудниками ОВД, динамика нарушений законности и дисциплинарных проступков такой тенденции не имеет. Это означает, что интенсивность действия «фоновых» явлений преступности не снижается и при незначительном снижении контроля может привести к очередному всплеску преступлений среди личного состава. Одновременно подобная тенденция может служить косвенным указанием на имеющийся процесс сокрытия руководством подразделений преступлений сотрудников путем квалификации их действий в качестве нарушений дисциплины и законности, что также является неблагоприятным криминогенным фактором.

К сказанному следует добавить, что в качественном отношении преступность сотрудников ОВД претерпевает изменения в сторону усложнения способов совершения незаконных действий, появления новых форм криминальной активности. Так, после 1998 г. становятся известны факты принятия сотрудниками милиции под нелегальную охрану отдельных торговых точек, организаций, частных предприятий. Такая форма охраны, названная на уголовном сленге «крышей», быстро получила широкое распространение и сегодня предполагает защиту частных лиц не только от уголовных элементов, но и от официальных проверок по линии налоговой, санитарной и противопожарной служб. В практике служебных проверок неоднократно встречались факты сопровождения сотрудниками милиции таких контрабандных грузов, как металлопрокат, цветные металлы, сельскохозяйственная продукция, горюче-смазочные материалы.[5]

Более криминальная форма «охраны» частных предприятий связана с вымогательством, оказанием давления и, по сути дела, является насильственным навязыванием должностным лицом ОВД своих посреднических «услуг» для прикрытия нелегальной деятельности того или иного предпринимателя. Данная форма преступлений обладает чрезвычайно высокой латентностью в силу обоюдной заинтересованности сторон и представляет известную трудность при доказательстве вины.

В 2001 г., например, водители частных автобусов Луганской области обратились в УВБ с жалобой на подполковника милиции П., начальника отделения ГАИ, который требовал выплаты 40 грн. в месяц с каждого водителя за «работу на его территории». После отказа с их стороны, по свидетельствам водителей, начал снимать за незначительные нарушения номера с транспортных средств без составления протокола, при этом сумму штрафа в каждом случае устанавливал произвольно по собственному усмотрению. Данный сотрудник был уволен из ОВД по негативным основаниям, однако возбужденное уголовное дело вскоре было закрыто по причине недоказанности.[6]

При схожих обстоятельствах, в том же году, было возбуждено уголовное дело в отношении полковника милиции Ш., сотрудника ГУБОП МВД Украины. По заявлению генерального директора одного из коммерческих предприятий, за организацию т.н. «крыши» он был вынужден зарегистрировать в качестве основателя предприятия жену указанного сотрудника, а также периодически выплачивать последнему суммы общей сложностью в 16 тыс. долларов. Указанный сотрудник, кроме того, за счет коммерческого предприятия произвел ремонт своего дома и 2 дач, бесплатно пользовался услугами автозаправки. Однако уголовное дело было прекращено в силу отсутствия состава преступления.[7]

К середине 2002 г. приобрела угрожающий характер тенденция к распространению частоты случаев предательства интересов службы, о чем не раз руководство МВД Украины информировало личный состав. Ряд сотрудников вступали в сговор с преступниками, предоставляли им информацию о проведении оперативно-розыскных мероприятий, получали взятки за непривлечение граждан к уголовной и административной ответственности.[8] В г. Киеве, например, в 2003 г. были уволены трое сотрудников УБОП за регулярную передачу из корыстных побуждений материалов оперативных разработок по организованным преступным группам самим представителям криминалитета.[9] Несколько ранее во Львовской области имел место случай, когда лейтенант милиции Б. добровольно предоставил своему знакомому, члену преступной группировки, служебную форму и удостоверение для «улаживания» дела относительно украденного последним автомобиля.[10]

Не менее тревожащими были обстоятельства побега 2 арестованных из помещения одного из райотделов г. Киева, совершенного при содействии и попустительстве оперуполномоченных данного райотдела. Как показало расследование, двое оперуполномоченных, лейтенанты милиции О. и В. предоставили в служебном кабинете незаконное свидание 2 арестованным с их женами, после чего с 12.00 до 18.00 вместе с ними распивали в кабинете спиртные напитки. Воспользовавшись тем, что сотрудники пришли в состояние тяжелого алкогольного опьянения и уснули прямо за столом, арестованные беспрепятственно покинули здание райотдела. Следствием было установлено, что один из сотрудников, лейтенант милиции О., постоянно предоставлял в своем кабинете незаконные свидания арестованным и даже покупал для них наркотики.[11]

В том же 2002 г. появляется информация о появлении в подразделениях ОВД внутренней коррупции. Например, в поступившей к рассмотрению Департамента внутренней безопасности информации сообщалось, что руководитель одного из подразделений ГАИ Ровенской области через командира роты ДПС ГАИ занимается поборами с подчиненных, требуя ежедневно с каждого работающего в первую смену инспектора 35 грн., работающего во вторую и третью смены – по 30 грн. и 25 грн. соответственно. Каждый командир роты ДПС ГАИ должен был отдавать указанному руководителю 1 тыс. грн. еженедельно.[12] В 2005 г. о существовании внутренней коррупции среди милиционеров открыто сказал и министр внутренних дел Ю. Луценко. В интервью газете «Зеркало недели», подтверждая свой курс на реорганизацию ОВД, он признал, что ему известен тот факт, что «…генеральские погоны стоили от 20 до 50 тыс. Должность начальника РОВД в Киевской области стоила 50 тыс. в год».[13] В исследовании Ю.А. Свеженцевой на распространенность среди сотрудников ОВД внутренней коррупции в виде платы за назначение на должность указали и 35% респондентов – граждан 5 регионов Украины.[14]

Проблеме изучения взяточничества в ОВД была в свое время посвящена работа С.А. Шалгуновой, определившей среди наиболее «зараженных» коррупцией подразделений такие, как милиция общественной безопасности, административная служба милиции, ГАИ, уголовный розыск, следственные отделы. Подавляющее большинство взяток (80,6%) получалось сотрудниками ОВД за совершение ими незаконных действий и только 11,3% взяток приходилось на случаи, когда сотрудники действовали законно в рамках своих служебных полномочий – ускоряли действия по розыску преступника и похищенного имущества, сокращали сроки регистрации транспортных средств, предоставляли разрешение на получение свидания и передачи. Впервые в отечественной криминологии С.А. Шалгуновой был определен и комплексный характер коррупции в ОВД, поскольку в 61,8% случаев факты взяточничества были связаны с совершением иных правонарушений – злоупотреблением власти и превышением служебных полномочий, служебным подлогом.[15]

Собственное исследование, проведенное нами в ряде областей Украины, показало знание не менее 10% опрошенных сотрудников приблизительных размеров взяток, необходимых для совершения сотрудниками ОВД незаконных действий в отношении граждан (табл. 13). И хотя размеры приведенных расценок сильно зависят от региона, должности сотрудника и серьезности правонарушения, знание подобных расценок показывает общую степень распространенности коррупции среди личного состава ОВД.

Таблица 13

Примерные размеры взяток, указанные сотрудниками ОВД

Вид правонарушения

Сумма
взятки

1.

Незаконное административное задержание

50–500 грн.

2.

Незаконное привлечение к административной ответственности

100–1000 грн.

3.

Незаконный арест

100–500 $

4.

Незаконное привлечение к уголовной ответственности

200–5000 $

5.

Незаконное задержание по подозрению в совершении преступления

200–500 $

6.

Незаконное проведение обыска

100–500 $

7.

Незаконный отказ в возбуждении уголовного дела

100–1000 $

8.

Фальсификация материалов дознания, следствия

100–500 $

9.

Незаконные методы проведения следствия

500–1000 грн.

10.

Нарушение сроков пребывания под стражей

100–600 $

11.

Нарушение сроков дознания, следствия

500–1000 грн.

12.

Сокрытие преступления от учета

500–1000 грн.

13.

Незаконное применение спецсредств

100–600 $

14.

Незаконные действия в отношении задержанных

100–300 $

15.

Недозволенные связи с арестованными, задержанными

500–1000 грн.

16.

Незаконное использование средств и методов ОРД

100–300 $

Под влиянием общего развития криминальной индустрии среди сотрудников ОВД появляются факты участия в незаконном обороте наркотиков и торговле оружием.[16] Не находя своего отражения в ведомственной статистике, подобные факты имеют относительно незначительный вес – 2,4% для незаконного обращения с оружием и 1,6% для незаконного оборота наркотических веществ по результатам выборочного изучения материалов и приговоров судов. Однако опасность вовлечения сотрудников правоохранительных органов в криминальную деятельность подобного рода чрезвычайно высока. Расследование обстоятельств дела, связанного с участием начальника ОБНОН г. Мелитополя в функционировании сети точек, торгующих наркотиками, вскрыло не только высокий уровень латентности подобных преступлений. Были также обнаружены масштабы нелегального оборота денежных средств, получаемых сотрудниками от наркоторговли. Только по приблизительным подсчетам, одна такая «точка», подконтрольная сотрудникам ОБНОН, в Мелитополе могла приносить 15–20 тыс. грн. в месяц, а минимальный ежемесячный доход от участия в наркоторговле у начальника ОБНОН достигал 6-8 тыс. дол.[17] Однако чаще всего, как свидетельствует практика, противозаконная деятельность сотрудников ограничивается систематическими поборами и вымогательством в отношении наркоманов за непривлечение последних к уголовной ответственности.[18]

Приведенный обзор, основанный на количественных показателях и отдельных фактах, независимо от тщательности его подготовки, все же не может дать объективного представления о масштабах и специфике преступности сотрудников ОВД. Именно по этой причине для достижения большей степени объективности при оценке любого вида преступности в криминологии используется комплексный анализ таких ее качественных показателей, как структура, динамика (в ее качественной составляющей), территориальное распределение отдельных ее видов, оценка латентности и размера материального ущерба, наносимого в результате неправомерных действий. В ряде случаев предлагается использование таких дополнительных качественных показателей преступности, как ее «вооруженность» и «организованность», «техническая оснащенность» преступности.[19]

В нашем исследовании анализ качественных показателей особенно необходим, поскольку простое сравнение количественных показателей далеко не всегда информативно. Так, доля общеуголовных преступлений и преступлений, совершенных сотрудниками ОВД в сфере служебной деятельности за период 1992–2005 гг., имеет приблизительно одинаковый удельный вес в общей структуре и составляет соответственно 47,7% против 53,3%. Однако это не дает нам достаточных оснований делать выводы о тенденциях рассматриваемых видов преступлений.

Более полную картину мы получаем, сравнивая, например, удельный вес отдельных преступлений, составляющих определенный вид преступности и их динамику. Если начать с рассмотрения особенностей структуры преступлений, совершенных сотрудниками ОВД в сфере служебной деятельности, то можно констатировать преобладание среди них фактов превышения служебных полномочий, взяточничества и злоупотребления служебным положением (рис. 14).

Рис. 14. Удельный вес (в %) отдельных видов преступлений, совершенных сотрудниками ОВД в сфере служебной деятельности

Согласно количественным показателям, наиболее существенные всплески криминальной активности личного состава ОВД в период 1993-1997 гг. происходили за счет совершения фактов взяточничества и превышения служебных полномочий, показатели которых за указанный период возросли более, чем в 2,5 раза. Эти же виды правонарушений имеют тенденцию к росту в последние 3 года (рис. 15).

Рис. 15. Динамика основных видов преступлений в сфере служебной деятельности

Однако представленная картина несколько меняется, если рассматривать ситуацию с преступлениями в сфере служебных отношений с позиций удельного веса сотрудников, осужденных за то или иное преступление. Кривые, построенные для превышения служебных полномочий и взяточничества, показывают, что данные виды преступлений в период 1993–1997 гг. отличает достаточно ровная и устойчивая динамика, а внимание руководства МВД Украины должен привлекать иной период (рис. 16).

Рис. 16. Удельный вес сотрудников ОВД, осужденных за отдельные виды преступлений в сфере служебной деятельности

Начиная с 2000 г., удельный вес сотрудников, осужденных за превышение служебных полномочий, приобретает нестабильный характер, что свидетельствует не столько о количественных показателях совершаемых правонарушений, сколько о проблемах объективности правоприменительной практики и квалификации преступлений. Указанием на это может служить и очевидная обратная корреляция – повышение удельного веса сотрудников, осужденных за превышение полномочий, почти всегда сопровождается снижением удельного веса лиц, осужденных за злоупотребление властью.

Имея, таким образом, общую тенденцию к снижению уровня правонарушений, структура преступлений сотрудников ОВД показывает неоднородность составляющих ее компонентов, имеющих как положительную, так и отрицательную динамику роста в последний период.

Не менее информативным является и анализ структуры общеуголовных преступлений, куда относятся насильственные преступления, преступления корыстной направленности, дорожно-транспортные преступления и другие преступления, перечень которых, в силу недостатков ведомственной статистики не конкретизуется.

Отражая тенденцию основных видов преступлений в украинском обществе, органы внутренних дел, как один из социальных институтов, также имеют преобладание преступлений корыстной направленности, составляющих 34% удельного веса общеуголовной преступности сотрудников ОВД. Наиболее многочисленными среди них являются кражи (24,1%), значительно превышающие показатели зарегистрированных случаев грабежа и разбоя – 5,7% и 4,2% соответственно (рис. 17).

Второй по значимости является категория ДТП и других преступлений, чей удельный вес в общей структуре достигает 38,3%. Агрессивно-насильственные преступления представляют относительно немногочисленную категорию с удельным весом в 27,7%, объединяющую такие составы, как умышленное убийство, причинение телесных повреждений, изнасилования и хулиганство. Среди указанных преступлений наиболее распространенными являются причинение телесных повреждений (11,1%) и умышленное убийство (9,4%). Категории изнасилований и хулиганства занимают соответственно 2,7% и 4,5%.

Рис. 17. Удельный вес отдельных видов преступлений в структуре общеуголовной преступности сотрудников ОВД

Обращаясь к анализу динамики основных видов рассматриваемых преступлений, отметим, что в наиболее критический для ОВД период 1995–1997 гг. наблюдалось резкое увеличение преимущество преступлений корыстной направленности, прирост которых в указанный период превышал 110% по сравнению с показателями предыдущих годов (рис. 18).

Рис. 18. Динамика основных видов общеуголовных преступлений

В настоящее время показатель общеуголовных преступлений заметно снизился. В 2003 г. он опустился до максимального уровня – за агрессивно-насильственные преступления было осуждено 7 чел., 1 человек был привлечен к ответственности за грабеж и еще 6 чел. – за совершение ДТП. Последняя категория остается поводом для пристального рассмотрения причин, поскольку показатели ДТП, совершенных с участием сотрудников милиции, превышают темпы роста аварийности в целом по Украине.[20]

Более детальное рассмотрение категории преступлений корыстной направленности указывает на то, что указанный прирост происходил, в основном, за счет числа совершенных краж, за совершение которых на протяжении 1995–1997 гг. было осуждено 225 чел., т.е. практически половина (52%) всех бывших сотрудников, привлеченных к уголовной ответственности за весь рассматриваемый период (рис. 19). Приведенные показатели с высокой степенью коррелируют с аналогичным ростом случаев взяточничества и превышения служебных полномочий, отмеченных выше и имевших, в основном, корыстную мотивацию.

Рис. 19. Динамика преступлений корыстной направленности

В настоящее время, наряду со снижением числа преступлений корыстной направленности, наблюдаются рост случаев, когда для достижения преступных целей сотрудники милиции объединяются в преступные группы и совершают ряд общеуголовных корыстных преступлений, что вызывает серьезную обеспокоенность руководства МВД Украины.[21] В состав таких групп, как показывает судебная практика, могут входить также сотрудники таможни, прокуратуры, гражданские лица, в том числе – несовершеннолетние.

Категория агрессивно-насильственных преступлений является наиболее резонансной, поскольку каждый факт неправомерного посягательства на жизнь и здоровье граждан со стороны сотрудника ОВД расценивается населением как показатель состояния законности в обществе. Разумеется, такой оценочный критерий, как общественное мнение, страдает излишним субъективизмом, особенно в случаях, когда под насилием рядовые граждане понимают и случаи правомерных, законно оправданных действий сотрудников ОВД при исполнении правоохранительных функций. Однако мы должны признать, что в криминологии тяжкие насильственные преступления, действительно, в силу своей крайне низкой латентности, признаются своеобразными индикаторами, характеризующими всю преступность и моральное состояние общества.[22]

При анализе насильственных преступлений, совершенных сотрудниками ОВД, можно заметить, что динамика различных их видов не отличается однообразием (рис. 20).

Рис. 20. Динамика агрессивно-насильственных преступлений

Наибольших значений достигает амплитуда случаев причинения телесных повреждений, в то время как кривая умышленных убийств выглядит достаточно сглаженной и отражающей постоянство усилий руководства ОВД по укреплению дисциплины среди личного состава. Показатели количества изнасилований и хулиганства, при общей тенденции к снижению, являются нестабильными на всем своем протяжении и, по всей видимости, отражают не столько состояние законности в подразделениях ОВД, сколько степень активности контролирующих инстанций по выявлению и принципиальной оценке данных правонарушений.

Обращаясь к анализу динамики удельного веса сотрудников, осужденных за различные виды общеуголовных преступлений, мы также сталкиваемся с фактом несовпадения динамики качественных и количественных показателей преступности (рис. 21). Так, при общем снижении числа совершенных убийств и причиненных телесных повреждений наблюдается повышение их удельного веса среди общей массы общеуголовных преступлений, причем данная тенденция берет начало еще с 1996 г. Симптоматичной в этом отношении является кривая причиненных телесных повреждений, имеющая устойчивую положительную динамику, что указывает на имеющиеся недостатки в ведомственной профилактической работе с личным составом.

Рис. 21. Удельный вес сотрудников ОВД, осужденных за отдельные виды общеуголовных преступлений

Более планомерной работы, исходя из нестабильности графика, требует и предупреждение случаев ДТП, совершаемых при участии сотрудников ОВД.

Насильственные преступления, как и остальные виды общеуголовных преступлений, относительно редко совершаются изолированно от статуса и властных полномочий сотрудников. Как правило, противоправные действия сотрудников представляют собой совокупность общеуголовных и служебных преступлений и носят комплексный характер. Данный фактор существенно осложняет правильную квалификацию действий сотрудников в судебной практике и является неизменным пунктом обсуждения специалистов при анализе качественных особенностей преступности в органах внутренних дел. При анализе обстоятельств совершения преступлений, проведенных в ходе данного исследования, также был установлен тот факт, что более половины (53,1%) случаев превышения власти было связано с фактами совершения вымогательства, равно как и большинство преступлений, квалифицированных как злоупотребление служебным положением, сопровождалось фактами нанесения телесных повреждений различной степени тяжести (68,1%), а также совершением грабежа (24,5%).

В качестве примера подобного преступления может служить случай с капитаном милиции О., старшим инспектором ДПС ГАИ, который ехал в рабочее время на служебной машине, в гражданской форме одежды и с табельным оружием. Болезненно отреагировав на то, что по пути следования его неоднократно обгонял автомобиль марки «Ниссан-Максима», капитан милиции О. остановил его и потребовал у водителя документы. В ходе возникшей словесной перепалки сотрудник ДПС избил водителя табельным оружием и ногами, после чего похитил у него 400 дол. США, документы и скрылся с места происшествия.[23]

Говоря об имеющей место внутренней взаимосвязи общеуголовных преступлений и преступлений в сфере служебной деятельности, нельзя обойти вниманием и такой феномен противоправной деятельности сотрудников ОВД, как пытки и жестокое обращение с гражданами. Инициированное рядом правозащитных организаций и поддержанное законодателем, рассмотрение данного феномена лишь недавно привело к закреплению в УК Украины повышения санкций за совершение пыток со стороны должностных лиц правоохранительных органов. Это является одной из причин, по которой статистика МВД абсолютно не отображает указанную категорию, невзирая на многочисленные случаи применения пыток к задержанным лицам. В ходе исследования было обнаружено лишь одно уголовное дело, возбужденное по факту пыток, относящееся к 2001 г. Второй причиной отсутствия в ведомственной статистике каких-либо упоминаний о случаях пыток является именно упомянутый выше комплексный характер противоправных действий сотрудников, что позволяет маскировать факты пыток под другие, менее тяжкие и резонансные правонарушения, чаще всего квалифицируя их как превышение служебных полномочий либо злоупотребление властью.

Подробное же рассмотрение материалов уголовных дел и содержания приговоров судов, вынесенных в отношении бывших сотрудников милиции, показывает, что факты пыток в деятельности милиции не только имеют место, но и являются достаточно распространенным явлением.

К такому же выводу пришли эксперты Комитета по предупреждению пыток Совета Европы (КПП), инспектировавшие Украину на протяжении последних лет, начиная с 1998 г. Во время каждого посещения представители КПП получали многочисленные утверждения задержанных и осужденных граждан различных регионов Украины о применении к ним физической жестокости со стороны оперативных работников милиции. Потерпевшие указывали, в основном, на избиение их ногами, кулаками и резиновыми дубинками. В то же время ряд жалоб касался таких жестоких форм обращения, как электрический шок; удары пистолетом, прижигание зажигалкой; асфиксия в результате надевания противогаза или пластикового пакета на голову заключенного; избиение заключенных в наручниках и подвешенных за руки или ноги (способы известные как «слоник», «ласточка», «попугай»); битье по ступням ног. Во многих случаях жестокость подобного обращения достигала уровня, когда обращение можно квалифицировать как пытки. Жалобы на жестокое обращение касались как момента ареста, так и последующих допросов, при этом практически все потерпевшие указывали на то, что это делалось с целью добиться признания.[24]

Социологический опрос, проведенный в 2001 г. Украинско-американским бюро защиты прав человека, также выявил широкое применение пыток в практике подразделений милиции. Из 869 опрошенных осужденных почти 72% респондентов указали на то, что их били или подвергали пыткам сотрудники правоохранительных органов либо с целью получения показаний, либо для фальсификации материалов следствия. В 81% случаев незаконное насилие применялось на стадии предварительного следствия.[25] Проблема распространенности пыток в милиции не раз становилась темой журналистских расследований, а число обращений граждан к Уполномоченной Верховной Рады по правам человека относительно издевательств и пыток задержанных граждан в 2004 г. превысило 13 тыс. В докладе Уполномоченной Верховной Рады по правам человека 2005 г. Также отмечался тот факт, что за последние 2 года не намечается тенденции к снижению случаев использования незаконных методов ведения следствия и применения пыток.[26]

Авторский анализ судебной практики в отношении 330 сотрудников, осужденных в 2000-2003 гг., показал, что удельный вес противозаконных действий, содержание которых подпадает под определение «жестокое обращение и пытки», составляет в среднем 28%. В остальных 72% случаев преступления сотрудников ОВД не были связаны с формами жестокого обращения с гражданами.

Наиболее часто в изученных материалах встречались случаи избиения граждан (24,9%), психологического издевательства и оскорблений (20,1%), избиения с помощью подручных предметов (13,2%). Гораздо реже применялись такие изощренные способы, как приковывание, подвешивание или связывание задержанных (7,2%), удушение их противогазом (2,4%) и раздевание (1,2%). В судебной практике мы обнаружили 36 таких случаев, что составляет 10,9% от общей массы осужденных сотрудников милиции.[27]

Общее процентное распределение всех фактов, связанных с причинением сотрудниками различных подразделений физического ущерба гражданам, выглядит следующим образом (табл. 14).

Таблица 14

Распределение видов незаконного насилия по службам ОВД

Подразделение

Легкие
телесные повреждения

Телесные повреждения средней тяжести

Тяжкие телесные повреждения

Тяжкие
телесные повреждения, повлекшие смерть

Убийство (все виды)

Ранг

Уголовный розыск

25

38,2

27,3

12

11

1

Участковые инспектора

21,7

8,8

18,2

28

11

2

ППСМ

15

14,7

9

8

22

3

ГАИ

13,3

5,9

9

16

0

4

Админ. служба милиции

0

5,9

0

8

11

5

Дежурная часть

1,67

14,7

0

8

11

6

СП «Беркут»

5

0

18

0

0

7

Служба охраны

1,7

2.9

9

8

0

8

КМДН

5

2.9

9

0

0

9

УБНОН

3,3

5.9

0

0

0

10

Анализ показывает, что чаще всего неправомерное применение мер физического воздействия имеет место в работе подразделений уголовного розыска, службы участковых инспекторов, ППСМ и ГАИ. При этом следует учитывать, что причинение физического ущерба в приведенной таблице охватывало все разнообразие случаев – неосторожное обращение с оружием, дорожно-транспортные происшествия, превышение мер необходимой обороны, конфликты на бытовой почве, не связанные со служебным положением сотрудника и т.п.

Для получения более четкой картины мы выделили из приведенного общего количества те 10,9% случаев, которые непосредственно относятся к фактам жестокого обращения с задержанными лицами. Соотнося ту или иную службу милиции не только с непосредственным фактом незаконного обращения с задержанными, но и с конкретным видом такого обращения, мы получили следующее распределение (табл. 15).

Таблица 15

Распределение видов пыток и жестокого обращения по службам ОВД

Оскорбления

Избиение руками

Избиение подручными предметами

Связывание, сковывание

Удушение противогазом

Раздевание

Ранг

Уголовный розыск

47,7

38,5

45,5

54,2

62,5

75

1

Участковые инспектора

12

16,9

18,2

8,3

12,5

0

2

Дежурная часть

6

4,8

4,5

8,3

0

25

3

УБНОН

6

4,8

9

12,5

12,5

0

4

ППСМ

6

9,6

6,8

4,2

0

0

5

ГАИ

3

9,6

2,3

4,2

0

0

6

Админ. служба
милиции

1,5

1,2

2,3

0

12,5

0

7

КМДН

4,5

3,6

0

4,2

0

0

8

СП «Беркут»

0

3,6

6,8

0

0

0

9

УБЭП

3

2,4

0

0

0

0

10

Служба охраны

1,5

0

0

0

0

0

11

«География» преступности. Исследуя «географию» преступности сотрудников ОВД, т.е. распределение совершенных преступлений по территориальному признаку, мы можем выделить, прежде всего, области и регионы с наиболее высокими абсолютными показателями. В их число входят АР Крым, где за период с 1992 г. по 2003 г. было осуждено 236 сотрудников, г. Киев – 229 осужденных, Донецкая, Луганская, Днепропетровская области с показателями в 204-213 осужденных сотрудников ОВД. Наиболее низкие числа наблюдаются в таких областях, как Ровенская – 40 осужденных сотрудников, Черновицкая – 61 чел., Херсонская – 65 чел., г. Севастополь – 37 чел.

Более масштабная картина представляется при рассмотрении «географии» преступности с учетом предлагаемого рядом авторов разделения территории Украины на 5 регионов:

– Центральный (Житомирская, Киевская, Кировоградская, Черкасская, Черниговская обл., г.Киев);

– Донецко-Приднепровский (Днепропетровская, Донецкая, Запорожская, Луганская обл.);

– Западный (Винницкая, Волынская, Закарпатская, Ивано-Франковская, Львовская, Ровенская, Тернопольская, Хмельницкая, Черновицкая обл.);

– Причерноморский (АР Крым, Николаевская, Одесская, Херсонская обл., г.Севастополь);

– Северо-Восточный (Полтавская, Сумская, Харьковская обл.).[28]

Наиболее криминогенным регионом, исходя из абсолютных цифр, можно считать Западный регион с показателем 798 осужденных сотрудников за 1992–2003 гг. За ним следуют Донецко-Приднепровский (747 чел.), Центральный (673 чел.) и Причерноморский (628 чел.) регионы. Самые низкие показатели имеет Северо-восточный регион – здесь за исследуемый период было осуждено всего 402 чел. Одновременно Западный и Центральный регионы лидируют по абсолютным показателям совершенных насильственных преступлений. На их долю приходится соответственно 27,5% и 22,4% сотрудников, осужденных за данный вид преступлений.[29]

Однако абсолютные количественные показатели, не являясь объективным критерием состояния преступности, не дают возможности оценить реальное положение дел в регионах. По этой причине криминологический анализ предполагает обязательное сравнение показателей уровня преступности и коэффициентов (индексов) преступности. В нашем случае более предпочтительным, с точки зрения наличия статистических данных, таковым является коэффициент преступной активностипр.акт), т.е. показатель соотношения количества осужденных сотрудников к общему числу аттестованных сотрудников ОВД в расчете на 1 тыс. человек. С учетом данного коэффициента географическое распределение преступности сотрудников выглядит несколько иначе (табл. 16).

Таблица 16

Распределение регионов по абсолютным показателям
и коэффициенту преступной активности персонала ОВД

Регионы

Абсолютное количество

осужденных сотрудников

Кпр.акт

1.

Западный

798

1,4

2.

Северо-Восточный

402

1,3

3.

Донецко-Приднепровский

747

1,2

4.

Причерноморский

628

1,2

5.

Центральный

673

1,1

6.

В среднем по Украине

1,24

Так, если Западный регион остается на первом месте, то второе место занимает уже Северо-Восточный регион (Полтавская, Сумская, Харьковская области), оттесняя области Донецко-Приднепровского региона, в то время как на последнем месте по преступной активности оказывается Центральный регион, несмотря на наличие более высоких абсолютных показателей по сравнению с областями Причерноморского региона.

Аналогичные изменения происходят и при детальном анализе показателей преступной активности применительно к отдельным областям, что наиболее наглядно при рассмотрении каждого региона. В Западном регионе, например, Львовская область при самом высоком количестве осужденных сотрудников занимает среднее положение, поскольку наивысшие коэффициенты преступной активности и в регионе, и в Украине одновременно наблюдаются среди подразделений Тернопольской и Ивано-Франковской областей (табл. 17).

Таблица 17

Показатели преступности для персонала ОВД Западного региона

Западный регион

Абсолютное количество осужденных
сотрудников

Кпр.акт

1.

Винницкая область

86

1

2.

Волынская область

79

1,5

3.

Закарпатская область

81

1,5

4.

Ивано-Франковская область

93

1,69

5.

Львовская область

184

1,45

6.

Ровенская область

40

0,77

7.

Тернопольская область

93

2,08

8.

Хмельницкая область

81

1,24

9.

Черновицкая область

61

1,34

В среднем по Украине

1,24

Сходная картина наблюдается и в Северо-Восточном регионе, где коэффициент преступной активности сотрудников Сумской области ставит ее в пятерку наиболее криминогенных областей Украины, в то время как абсолютные показатели не позволяют это увидеть (табл. 18).

Таблица 18

Показатели преступности для персонала ОВД
Северо-Восточного региона

Северо-Восточный регион

Абсолютное количество осужденных
сотрудников

Кпр.акт

1.

Полтавская область

112

1,3

2.

Сумская область

154

2,1

3.

Харьковская область

136

0,6

В среднем по Украине

1,24

Наиболее парадоксальная картина складывается в Донецко-Приднепровском регионе, где три из четырех областей – Днепропетровская, Донецкая и Луганская – имеют одни из наиболее высоких абсолютных показателей сотрудников, осужденных за совершение преступлений. Однако при перерасчете их на 1 тыс. аттестованного состава оказывается, что показатели криминальной активности сотрудников Днепропетровской и Донецкой областей не только не являются высокими, но и занимают последние места в целом по Украине. Луганская область является одним из немногих исключений, когда оба упомянутых показателя входят в пятерку наиболее высоких в стране (табл. 19).

Таблица 19

Показатели преступности для персонала ОВД
Донецко-Приднепровского региона

Донецко-Приднепровский
регион

Абсолютное количество осужденных
сотрудников

Кпр.акт

1

Днепропетровская область

204

0,88

2

Донецкая область

213

0,73

3

Запорожская область

124

1,42

4

Луганская область

206

1,86

В среднем по Украине

1,24

Подобным исключением является и АР Крым, при этом одновременно следует обратить внимание на достаточно высокий коэффициент преступной активности, присущий личному составу подразделений г. Севастополя, в силу чего Севастополь занимает второе место по криминогенности в Причерноморском регионе (табл. 20).

Таблица 20

Показатели преступности для персонала ОВД
Причерноморского региона

Причерноморский регион

Абсолютное количество осужденных сотрудников

Кпр.акт

1

АР Крым

236

1,76

2

Николаевская область

119

1,16

3

Одесская область

171

1,14

4

Херсонская область

65

0,7

5

г. Севастополь

37

1,32

В среднем по Украине

1,24

В Центральном регионе одними из «лидеров» как по числу осужденных сотрудников, так и по их удельному весу в расчете на 1 тыс.чел. являются столичные подразделения, подтверждая, тем самым, присущую для общей преступности тенденцию к значительному повышению интенсивности в центрах политической и промышленно-финансовой активности (табл. 21).

Таблица 21

Показатели преступности для персонала ОВД Центрального региона

Центральный регион

Абсолютное количество осужденных
сотрудников

Кпр.акт

1

Житомирская область

95

1

2

Киевская область

103

1,3

3

г. Киев

229

1,36

4

Кировоградская область

84

0,75

5

Черкасская область

84

1,33

6

Черниговская область

78

0,97

В среднем по Украине

1,24

Рассматривая соотношение совершенных преступлений в зависимости от принадлежности сотрудников к различным службам и подразделениям, можно выделить, прежде всего, подразделения милиции общественной безопасности, на долю которых приходится в среднем 25,5% уголовных дел, возбуждаемых ежегодно по фактам противозаконных действий сотрудников. В общей массе сотрудников ОВД, осужденных в период с 1992 г. по 2004 г., доля представителей милиции общественной безопасности составляет соответственно 24,1%. Приведенные показатели по своему абсолютному значению являются наиболее высокими среди остальных служб и подразделений ОВД.

Второе место по абсолютным показателям занимает служба уголовного розыска, где было осуждено за исследуемый период 525 чел., что составило 14,8% от общего числа осужденных сотрудников ОВД Украины. Ежегодно в отношении сотрудников УР регистрируется от 10 до 15% всех уголовных дел, возбужденных по фактам незаконных действий сотрудников ОВД.

Третье место по количеству совершенных преступлений занимает служба охраны, дающая в общей массе 10,9% (387 чел.) осужденных сотрудников. За ней с небольшим отрывом следуют подразделения ГАИ (9,8% осужденных) и служба участковых инспекторов милиции (8,8% осужденных). Наименьшее число возбуждаемых уголовных дел приходится на долю сотрудников УБОП – от 2 до 5% в общей массе ежегодно.

Расчет коэффициентов преступности, тем не менее, показывает, что подразделения УБОП при незначительных абсолютных показателях занимают третье место в Украине по степени криминальной активности сотрудников. Таким же образом дело обстоит и с подразделениями уголовного розыска, чьи показатели, занимая первое место, позволяют иначе оценить основные подразделения и службы ОВД в зависимости от степени их криминогенной опасности (табл. 22).

Таблица 22

Ранжирование основных служб ОВД по коэффициенту преступной
активности персонала

Службы

и подразделения

Кол-во

осужденных

сотрудников

% от общего кол-ва осужденных сотрудников ОВД

Кпр.акт

1.

УР

525

14,8

39,3

2.

ООП

856

24,1

34,2

3.

УБОП

75

2,1

19,5

4.

УИМ

312

8,8

16,1

5.

ГСО

387

10,9

15,9

6.

ГАИ

348

9,8

15,4

7.

следствие

150

4,2

14,6

8.

руководство

28

0,8

12

9.

дознание

32

0,9

12

10.

УГСБЭП

66

1,9

11,9

11.

штаб

80

2,3

7,2

12.

КМДН

23

0,6

7

13.

УБНОН

15

0,4

7

«Цена» преступности. «Цена» преступности, т.е. объем и характер прямого и косвенного экономического и социально-психологического ущерба от преступных посягательств, служит дополнительным политико-качественным критерием, по которому может быть оценена опасность того или иного вида преступности для общества. Прямой ущерб материального характера рассчитывается в денежном эквиваленте и обычно используется при анализе последствий преступлений корыстной направленности. Для агрессивно-насильственных преступлений прямой ущерб может быть учтен в виде количества летальных исходов, причиненных потерпевшим телесных повреждений различной степени тяжести, суммы расходов на лечение и выплату пособий по нетрудоспособности. К непрямому ущербу относят средства, затраченные государством на противодействие преступности и денежное выражение негативных социальных последствий преступности.[30] Несмотря на наличие в криминологии различных методик, оценка последствий т.н. «милицейской» преступности встречает существенные затруднения в силу несовершенства судебной и ведомственной статистики, что делает данный вопрос темой отдельного исследования.

А.С. Новаков, например, рассчитывавший цену преступлений, совершенных в сфере служебной деятельности, брал за основу общий размер ущерба, причиненного всей совокупностью преступлений в Украине за 2001 г., что составило сумму в 786,3 млн грн. Учитывая, что удельный вес преступлений в сфере служебной деятельности собственно сотрудников ОВД занимал около 0,02–0,04% от общего количества преступлений в Украине, была получена цифра в 314520 грн. как приблизительный показатель ежегодного ущерба от «милицейской» преступности. При этом указанную сумму с учетом уровня латентности предлагалось увеличить не менее, чем в 10–12 раз, что приводит нас к сумме 3,1–3,7 млн грн. ежегодно.[31]

Однако более точный расчет, на наш взгляд, можно осуществить, исходя из информации, содержащейся в судебных материалах. Проведенный анализ имевшихся в распоряжении автора приговоров судов в отношении 330 бывших сотрудников ОВД позволяет констатировать, что практически в половине случаев (49,85%) потерпевшим был нанесен материальный ущерб, в 48% случаев ущерб носил физический характер; и в 7,2% случаев отдельно был выделен моральный ущерб. При этом компенсация за последний вид ущерба может достигать значительной суммы.

Примером возмещения одного из максимальных по размерам исков по возмещению морального ущерба стал в 2000 г. случай с жительницей Тернопольской области, которая припарковала личный автомобиль возле магазина и, оставив в кабине малолетнего ребенка, отлучилась за продуктами. Сотрудники ДПС ГАИ лейтенант милиции М. и старший сержант милиции К., находясь неподалеку в нерабочее время на служебном автомобиле, незаконно принудили женщину выплатить им 50 грн. в качестве штрафа за нарушение правил парковки без выдачи штрафной квитанции. Потерпевшая, которая являлась на тот момент кормящей матерью, подала заявление на незаконные действия сотрудников милиции, указав, что в результате оказанного давления и грубого обращения у нее пропало молоко. По решению суда сотрудники ДПС выплатили в пользу потерпевшей иск в размере 40 тыс. грн. за возмещение морального ущерба и 50 грн. – за возмещение материального ущерба.[32]

Общий размер ущерба, имеющийся в проанализированных материалах судов за 2000–2003 гг., составил сумму в 757721 грн., при этом в денежном эквиваленте размеры различных видов ущерба распределились следующим образом:

– моральный ущерб – 355300 грн. (48,9%); – материальный ущерб – 190180 грн. (25,1%); – физический ущерб – 93365 грн. (12,4%); – вид ущерба не указан – 118246 грн. (15,6%).

Имея размер ущерба, установленного по приговорам судов, а также количество лиц, осужденных за данные преступления, мы имеем возможность осуществить подсчет как общей суммы ущерба для конкретных категорий преступлений, так и среднюю сумму ущерба, приходящуюся на одного осужденного каждой категории. Кроме того, у нас появляется возможность методом экстраполяции рассчитать предполагаемого масштаба ущерба, причиненного потерпевшим незаконными действиями сотрудников ОВД (табл. 23).

Таблица 23

Размеры реального и предполагаемого материального ущерба
для различных видов преступлений сотрудников ОВД (в тыс. грн.)

Сумма ущерба на основании выборки
(в грн.)

Ущерб
в расчете на 1 чел.

Общ. кол-во

осужденных
за 1992-2003 гг.

Предполагаемая сумма ущерба
за 1992–2003 гг.

1

ДТП

179,323

44,830

400

17,932,000

2

Злоупотребление властью, превышение служебных полномочий

291,196

6195

1180

7,110,100

3

Насильственные преступления

112,865

11,286

472

5,327,228

4

Кража, грабеж, вымогательство

47,429

7905

592

4,679,760

5

Халатность, подделка документов,

служебный подлог

93,322

7776

144

1,119,744

6

Взяточничество

33,586

2099

494

1,036,906

Всего

757,721

7976

3544

28,266,944

Как можно видеть из приведенной таблицы, первые места среди всех видов противоправных деяний занимают, в зависимости от суммы причиненного ущерба, случаи злоупотребления властью и превышения служебных полномочий, нарушения правил безопасности движения, совершение насильственных преступлений. При этом размер ущерба, причиненный в результате ДТП, в расчете на 1 осужденного является самым высоким – 44830 грн., поскольку все проанализированные нами случаи осуждения сотрудников за данный вид преступления заканчивались смертью потерпевших.

Размер предполагаемого прямого ущерба может быть оценен, таким образом, в 2 млн 355 тыс. грн. ежегодно, что с учетом латентности в действительности является более значительной суммой.

Дополнительно к приведенным цифрам нужно также учесть ущерб в виде общего числа летальных исходов и телесных повреждений. Согласно ведомственной статистике МВД Украины, из числа сотрудников на протяжении 1992–2003 гг. было осуждено: за совершение умышленного убийства – 159 чел., за совершение изнасилования – 47 чел., хулиганства – 79 чел., причинение телесных повреждений различной степени тяжести – 187 чел., т.е. 472 чел. Однако при этом следует учитывать следующие моменты. Во-первых, случаи злоупотребления властью практически всегда сопровождаются незаконным нанесением потерпевшему (или нескольким потерпевшим) телесных повреждений. По этой причине факт осуждения сотрудника ОВД за данный вид преступления на практике предполагает наличие, как минимум, одного гражданина, потерпевшего от рукоприкладства или незаконного применения спецсредств. Во-вторых, как было указано выше, факт осуждения сотрудника ОВД за совершение ДТП в судебной практике следует после наступления летального исхода одного из потерпевших. С учетом сказанного, в дополнение к официальным статистическим данным следует прибавить результаты совершенных сотрудниками за 1992–2003 гг. 400 ДТП и 298 случаев злоупотребления властью, повлекших наступление смерти и причинение телесных повреждений соответственно. Таким образом, по самым приблизительным расчетам в результате неправомерных действий сотрудников ОВД за последние 12 лет было причинено:

– смерть потерпевших – 559;

– телесных повреждений различной степени тяжести – 611.

Приведенные расчеты, с учетом размеров непрямого ущерба, наносимого украинскому обществу в результате совершения личным составом ОВД преступлений и иных правонарушений, являются дополнительной аргументацией в пользу необходимости отдельного криминологического изучения данного явления и разработки в связи с этим специальной превентивной политики.

Уровень латентности. Латентность преступлений, как сугубо криминологическая категория, достаточно подробно рассматривалась в работах И.Н. Даньшина, Е.Г. Фроловой, Г.А. Матусовского, А.Г. Кальмана, В.Ф. Оболенцева и на сегодняшний день конструируется на основе двух признаков – неизвестности преступления для правоохранительных органов и его неучтенности в уголовно-правовой статистике. Наиболее полное определение латентной преступности характеризует ее как совокупность фактически совершенных, однако не выявленных или не ставших известными правоохранительным и судебным органам преступлений, сведения о которых в связи с этим не находят отображения в официальной уголовно-правовой отчетности.[33]

В работах советского периода имелись достаточно репрезентативные исследования латентной преступности и попытки расчета количественных показателей латентности для различных видов преступлений. В диссертации Р.М. Акутаева, например, приводятся следующие показатели латентности: умышленные убийства и тяжкие телесные повреждения – 30%; грабежи и хулиганство – 30-50%; хищение государственного имущества и должностные преступления (злоупотребление властью, халатность и т.д.) – 50-70%; взяточничество, мелкие кражи, изнасилование, обман покупателей – свыше 70%.[34]

Современная ситуация, естественно, внесла свои коррективы в приведенные показатели. К тому же, расчет уровня латентности ощутимо зависит от методов и качества прикладных методик. Справедлива и позиция криминологов, считающих, что уровень латентной преступности определяется не столько увеличением объема реальной преступности, сколько фактором добросовестной регистрации преступлений сотрудниками правоохранительных органов.[35] По оценкам различных экспертов, в Украине соотношение зарегистрированных и латентных преступлений составляет 1:3, 1:5, а то и 1:10.[36] Исследование, проведенное В.Ф. Оболенцевым в отношении 23 наиболее распространенных в Украине преступлений, показало, что уровень латентности для них находится в достаточно благополучных пределах – в среднем 30%.[37] В то же время нельзя не согласиться с доводами О.М. Литвака, указывающего, что оценка латентности преступлений в сфере хозяйственной деятельности и коррупции не является адекватной, поскольку регистрации подлежит не более 1-2% данных преступлений.[38] Отдельные международные исследования склонны считать уровень выявленных преступлений в пределах не менее 50% от фактически совершенных.[39]

Существование латентной преступности определяется целым рядом факторов. Среди них – специфика отдельных видов преступлений, предполагающих скрытный характер их совершения; целенаправленные усилия субъектов преступления, маскирующих совершаемые преступления под правомерные действия; дистанцированная позиция населения по отношению к правоохранительным органам, основанная на негативном опыте или низком уровне правосознания; страх перед репрессиями со стороны преступника; незаявление о совершенных деликтах, совершенных в ближайшем окружении (например, о насилии в семье); нарушение принципов регистрации преступлений (выборочный прием заявлений граждан, отказ в регистрации ущерба малого или слишком большого размера); слабая работа судов; несоблюдение режима законности в деятельности правоохранительных органов.[40]

Для преступлений же и иных правонарушений, совершаемых сотрудниками ОВД, характерен более высокий уровень латентности, изначально определяемый спецификой субъекта преступления. Будучи сами ответственными за объективность оценки преступности, сотрудники имеют возможность манипулировать ее показателями, а также использовать профессиональные знания для сокрытия следов преступления. Немаловажен при этом и высокий интеллектуальный уровень правонарушителей для увеличения периода латентности.[41] Высокая степень латентности преступлений в сфере служебной деятельности позволяет отдельным сотрудникам нарушать закон на протяжении длительного периода. Так, один из старших инспекторов МРЭО ГАИ Донецкой обл. с 1996 г. по 1998 г. совершил 133 факта незаконной регистрации, перерегистрации и снятия с учета автомобилей.[42]

В исследовании, проведенном А.С. Новаковым, среди наиболее весомых факторов, определяющих повышенную степень латентности преступлений среди личного состава ОВД, указываются также несовершенство методов выявления преступлений, совершаемых сотрудниками милиции, формальный контроль за деятельностью ОВД, наличие круговой поруки среди сотрудников, забота руководства о ложно понимаемой «чистоте мундира».[43]

Последний фактор часто имеет место в случаях, когда при совершении общеуголовных преступлений руководство подразделений пытается если не скрыть их полностью, то хотя бы завуалировать степень криминализации неправомерных действий подчиненных, представляя совершенные деяния как преступления не общеуголовного порядка, а совершенные в сфере служебной деятельности. С данным фактором связана и широко распространенная в странах СНГ практика увольнения сотрудников по отрицательным основаниям за нарушения законности вместо привлечения их к уголовной ответственности.

Анализ материалов увольнений сотрудников милиции по так называемым отрицательным мотивам, осуществленный С.А. Алтуховым, свидетельствует о том, что приблизительно в 65% случаях выявленные нарушения законности по характеру и степени общественной безопасности ничем не отличались от преступных посягательств, предусматривающих уголовную ответственность.[44] В отечественной практике также имеются подобные случаи. Так, ст. сержант милиции Л., сотрудник спецподразделения ППСМ «Беркут», заступив на дежурство, вместе с напарником отклонились от маршрута и, переодевшись в гражданскую одежду, зашли на 1,5 часа в кафе. Там ст. сержант милиции Л. затеял драку, вышел на улицу для дальнейшего выяснения отношений с неизвестными, после чего был оглушен. Неизвестные скрылись, отобрав при этом у Л. табельное оружие. Последний был уволен из ОВД без последующего возбуждения уголовного дела.[45]

К приведенному перечню факторов можно добавить наличие у сотрудников ОВД широкого спектра властных полномочий, что позволяет реализовывать часть незаконных действий под видом проведения стандартных оперативно-розыскных и процессуальных действий. Данное обстоятельство позволяет скрывать часть противозаконных действий даже от непосредственного руководства, на которое возложена функция внутреннего контроля за поведением подчиненных. Результаты проведенного А.С. Черепашкиным опроса показывают, что попытки сокрытия сотрудниками преступлений становятся известными руководству МВД лишь в 45,8% случаев, а органы прокуратуры знают лишь 24% таких случаев. Для российских органов внутренних дел приблизительный уровень латентности различных правонарушений выглядит следующим образом (табл. 24).

Таблица 24

Латентность отдельных видов преступлений и правонарушений,
совершаемых сотрудниками РФ (в %)

Вид деяния

Скрыто от
руководства

Скрыто от
прокуратуры

Взяточничество

80,5

85,4

Незаконное административное задержание

71,6

88,8

Превышение должностных полномочий

59

79,7

Злоупотребление должностными полномочиями

59

74,3

Халатность

51,3

78,5

Необоснованное привлечение к административной ответственности

49,2

54,9

Необоснованное применение спецсредств

38,4

72

Необоснованное применение оружия[46]

38,4

39,2

С.А. Шалгунова в связи с особенностями личности правонарушителей акцентирует также внимание на сложности своевременного выявления сотрудников, склонных к совершению правонарушений в силу неразработанности научно-прикладных методик поведенческой диагностики в криминологии и юридической психологии.[47]

Вполне очевидным является также и тот факт, что повышенному уровню латентности рассматриваемых преступлений способствует поведение потерпевших в виде нежелания обращаться в различные инстанции для защиты своих прав. Несмотря на довольно распространенные факты нарушения законности при проведении обыска жилых помещений (намеренная порча вещей, оскорбительные высказывания, мелкие кражи и незаконное изъятие), в материалах служебных проверок почти не встречаются жалобы граждан в отношении указанных действий сотрудников. Наиболее распространенными причинами такой позиции является нежелание быть втянутым в уголовный процесс, боязнь преследования и мести со стороны сотрудников ОВД, наличие судимости, неверие в помощь правоохранительных органов, нежелание огласки.

Внешние обстоятельства совершения преступлений. Как было установлено в результате изучения указанных выше материалов служебных проверок и приговоров, подавляющее большинство (78,6%) неправомерных действий в отношении граждан сотрудники ОВД совершили в рабочее время. Однако для отдельных видов преступлений имеются свои особенности.

Все случаи изнасилования приходятся на внеслужебное время, половина из них были совершены в период с 18.00 ч. до 01.00 ч. На этот же период приходится и большинство случаев ДТП – 61,5%. В общей массе преступлений велика доля причинения тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, которые также были совершены в нерабочее время (41%), при этом 47,8% из них приходятся на вечернее и ночное время.

Промежуток времени с 18.00 ч. до 01.00 ч. в целом является наиболее криминогенным. Именно в этот период суток, когда ослабевают формы внутриведомственного контроля, сотрудниками, находящимися преимущественно при исполнении служебных обязанностей, были совершены практически все случаи грабежа, 58,3% случаев причинения ущерба в силу неосторожного обращения с оружием. На этот же период времени суток приходится до одной трети совершенных краж и фактов пособничества преступникам, причинения гражданам легких и средней тяжести телесных повреждений.

Распределение противоправных действий, произведенное в зависимости от места их совершения, дополнительно подчеркивает необходимость усиления контроля за действиями личного состава на рабочих местах, поскольку факты пособничества преступникам в 69,2% случаев реализовывались непосредственно в служебных помещениях ОВД, равно как и факты взяточничества (65,2%). Достаточно тревожным является и показатель тяжких и средней тяжести телесных повреждений – в 63,6% и 57% случаев соответственно они также были причинены в служебных помещениях подразделений, что косвенно указывает на имеющую место практику незаконного применения мер физического воздействия к задержанным и арестованным лицам.

Преступления и иные правонарушения сотрудников в общей совокупности в 72,3% случаев были совершены в городской местности и в 26% случаев – в сельской. Данная пропорция справедлива почти для всех видов исследованных видов преступлений, за исключением случаев совершения убийства, ДТП и краж, которые примерно поровну распределяются между городской и сельской местностью. В 50,7% случаев противоправных действий были совершены сотрудниками в форме как атрибуте ведомственной принадлежности, даже в случаях совершения грабежей и краж.

Состояние алкогольного опьянения правонарушителя характерно, как правило, для тяжких преступлений и преступлений, повлекших летальный исход. Так, состояние опьянения было установлено в 66,7% случаев совершения изнасилования, 50% – неосторожного обращения с оружием, 48% случаев – причинения тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, 30% – совершения ДТП и 33,3% умышленного убийства.

Групповой характер совершения противоправных действий прослеживается в 46,5% изученных материалов. Наиболее высокий уровень преступлений, совершенных при наличии сообщников, относится к таким категориям, как изнасилование (83,3%), грабеж (66,7%), причинение телесных повреждений различной степени тяжести (60,6%), незаконное изъятие вещей и материальных ценностей (58,3%). В качестве сообщников при этом чаще всего выступают непосредственные коллеги из того же отдела или подразделения, и только в единичных случаях сообщниками являлись сотрудники прокуратуры, таможни, гражданские лица, не имевшие отношения к правоохранительным органам. При этом в 34,5% сообщниками были коллеги, равные по статусу и служебному положению, в 8% случаях сообщниками были подчиненные и в 6,3% случаях – непосредственные начальники правонарушителей. Последняя категория сообщников встречается в такого рода преступлениях, как изнасилование (16,7%) и причинение телесных повреждений различной степени тяжести (11,4%).

Наличие свидетелей совершаемых противоправных действий также имеет немаловажное значение, учитывая тезис о повышенной латентности «милицейских» преступлений. Как было установлено, только в 34% случаев свидетели отсутствовали или не были установлены. В остальных ситуациях наличие свидетелей со стороны граждан и сотрудников ОВД встречается с одинаковой частотой. Исключение составляют лишь такие виды противозаконных действий, как фальсификация документов и причинение тяжких телесных повреждений, свидетелями которых в 3–4 раза чаще становятся сотрудники ОВД, нежели граждане.

Использование табельного оружия, спецсредств и служебного положения при осуществлении противоправных действий также должно учитываться как дополнительный оценочный критерий при анализе преступлений сотрудников ОВД. Как следует из материалов проверок и приговоров судов, незаконное использование табельного оружия имело место, в основном, при случаях неосторожного обращения с оружием (70,8%) и умышленного убийства (88,9%). Спецсредства использовались чаще всего при причинении тяжких телесных повреждений (54,5%), а также легких и средней степени тяжести телесных повреждений (33%). Обращает на себя внимание общая высокая частота использования служебного положения (52,6% случаев) при совершении преступлений, особенно таких, как кража и грабеж (66,7%), изнасилование (50%).

Характеристика обстоятельств совершения преступлений не может считаться полной без рассмотрения особенностей статуса потерпевшего и его поведения, хотя следует оговориться, что такие сведения, как род занятий потерпевшего, состояние алкогольного опьянения отсутствуют в ведомственной статистике и встречаются примерно в 50% приговоров судов, а информация о наличии у потерпевших судимости отсутствовала в 77% изученных материалов. Остальные характеристики – содержание поведения потерпевшего, использование им оружия, его статус как подозреваемого – были получены в результате детального изучения материалов служебных проверок.

В своей совокупности потерпевшие по своему роду занятий представлены категориями рабочих и частных предпринимателей (19% и 13,3% соответственно), студентов (10,8%). Последние, чаще всего становятся жертвами противоправных действий со стороны сотрудников ОВД в случаях совершения ими изнасилований (50%), причинения тяжких телесных повреждений (36,4%), грабежей и убийств (по 33%), ДТП (23%). В отношении представителей рабочих специальностей незаконные действия совершаются, в основном, при вымогательстве (30,3%), умышленном убийстве (22,2%), причинения телесных повреждений различной степени тяжести (20,5%), неосторожном обращении с оружием (17,6%). Частные предприниматели как потерпевшие встречаются при совершении в отношении них краж (77,8%), финансовых махинаций (66,7%), фальсификации документов (21%), незаконного изъятия вещей и материальных ценностей (21,7%), вымогательства (19,1%). Сотрудники ОВД выступают в качестве потерпевших преимущественно в случаях неосторожного обращения с оружием (17,6%) и умышленного убийства (11,1%).

При оценке всей совокупности обстоятельств поведение потерпевших может быть оценено как провоцирующее примерно в половине случаев (49,5%) и как нейтральное – в 32% случаев. Высокий уровень случаев провоцирующего поведения потерпевших встречается при совершении изнасилования (66,7%), причинения легких и средней тяжести телесных повреждений (58%), умышленного убийства (55,6%), вымогательства (53,9%). При этом в большинстве случаев (86,4%) наблюдался исключительно мирный характер провоцирующего поведения, без использования потерпевшими огнестрельного и холодного оружия, подручных средств, попыток физического противодействия сотрудникам ОВД.

58,2% потерпевших являлись подозреваемыми в совершении преступлений и именно этим было обусловлено незаконное применение к ним мер физического воздействия, о чем было сказано выше при анализе ситуаций пыток и жестокого обращения. На это указывает статус подозреваемых в 70,8% случаев причинения им телесных повреждений различной степени тяжести, тяжких телесных повреждений, повлекших смерть (36%). Факты вымогательства и незаконного изъятия материальных ценностей также преимущественно осуществлялись в отношении подозреваемых граждан – в 68,5% и 65,2% случаях соответственно, равно как и фальсификация документов – 61,9% случаев.

Обстоятельством, облегчающим реализацию незаконных действий сотрудников ОВД, является и состояние алкогольного опьянения потерпевших, что характерно, прежде всего, при совершении преступлений, повлекших тяжкие последствия – изнасиловании (100%), неосторожном обращении с оружием (41,2%), причинении тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть (32%).

Интересно, что при оценке степени влияния совокупности факторов, обуславливающих совершение преступлений, сотрудники ОВД указывают, что взяточничество, например, является, по их мнению, результатом преимущественно внешних факторов (материальная нужда, давление со стороны руководства, провокация со стороны потерпевшего). Хотя большая часть преступлений достаточно объективно признается опрошенными как действие факторов исключительно внутреннего порядка – убеждений и намерений индивида (табл. 25). Более подробно об этом будет сказано в разделе, специально посвященному детерминации.

Таблица 25

Распределение ответов на вопрос: «Как Вы думаете, под влиянием каких факторов совершается большинство следующих преступлений?»

Под влиянием факторов внешнего порядка

Под влиянием факторов внутреннего

порядка

В силу случайных обстоятельств

Получение взятки

86,5

9,4

4,1

Вымогательство взятки

59,4

35,3

5,3

Умышленное убийство

13

39

48

Грабеж

26

50,3

23,7

Кража

30,8

49,1

20,1

Изнасилование

7,7

61

31,3

Незаконные действия
в отношении задержанных или арестованных

35,5

42

22,5

Злоупотребление

служебным положением

43,8

43,8

12,4

ДТП по собственной вине

3

14,2

82,8

Служебный подлог

30,8

45,5

23,7

Халатность

13,1

36,3

50,6

Подводя итоги любого прикладного исследования, исследователи всегда задаются вопросом о специфичности либо универсальности выявленных ими фактов и феноменов. Ответ на данный вопрос является достаточно простым, если в научном распоряжении имеются результаты исследований сходных направлений, существует унифицированная система измерений и оценки результатов, что значительно облегчает проведение последующего сравнительного анализа. Язык точных дисциплин оказывается в этом случае универсальным языком научного общения представителей различных академических школ разных стран. Криминологические же исследования, невзирая на широкое использование достаточно точного инструментария прикладной математики, зачастую лишены привилегии точных наук быть полностью сопоставимыми. Причиной тому служат различные оценочные критерии, используемые по усмотрению авторов, оригинальность подходов при диагностике и анализе изучаемых криминогенных процессов, разнообразие исследуемых объектов, на которых концентрируется внимание ученых. При сопоставимости результатов криминологической характеристики преступлений появляются и такие проблемы, как национальные различия в закрепляемых законодателем составах преступлений, несовпадение форм статистического учета по линии уголовной юстиции, особенности использования оценочно-правовых дефиниций.

Криминологическая оценка преступлений, совершаемых сотрудниками правоохранительных органов, испытывает все перечисленные трудности, когда речь идет о сравнительном анализе масштабов исследуемых негативных явлений. Изложенные выше количественно-качественные показатели по вполне очевидным причинам не сопоставимы, например, с имеющимися в наличии статистическими данными США и Великобритании. Возможным объектом для сравнительного анализа текущей криминогенной обстановки в органах внутренних дел Украины могла бы стать соответствующая ведомственная статистика стран СНГ. Однако здесь, кроме вопроса о доступности и открытости подобных материалов, дополнительно возникает проблема малоизученности такого явления, как преступность личного состава ОВД. На сегодняшний день только российская криминология может говорить о активной разработке данного направления, что и делает работы российских авторов пока что единственным источником для проведения сравнительного анализа. Этому способствует также схожесть законодательной и правоприменительной практики наших стран.

Изучение российских источников показывает, что в Украине и России с 1998 г. наблюдается общая тенденция к снижению уровня преступности в расчете на 1 тыс. населения. По данным А.Н. Варыгина, уровень преступности среди личного состава ОВД РФ в 2002 г. составлял 3,1 преступлений на 1 тыс. аттестованного состава, т.е. был в 5,6 раз ниже, нежели в целом уровень преступности по стране (табл. 26).[48]

Таблица 26

Сравнительные показатели преступности в Украине
и Российской Федерации

Уровень преступлений в ОВД (на 1тыс. аттест. состава)

Уровень преступленийв стране (на 1 тыс. населения)

1998

2002

1998

2002

Украина

1,14

0,46

11,5

9,3

Российская
Федерация

3,5

3,1

21,5

17,7

Криминогенная обстановка в подразделениях ОВД Украины выглядит значительно более благоприятной, поскольку даже во времена всплесков криминальной активности уровень, совершаемых в Украине преступлений не достигал и половины российских масштабов. Этим, возможно, объясняется и гораздо больший разрыв (10-20-ти кратный) между показателями общей преступности в стране и преступности среди сотрудников ОВД Украины (рис. 22).

Тем не менее, структура т.н. «милицейской» преступности в обоих государствах имеет ряд сходных черт. Во-первых, это касается соотношения общеуголовных и служебных преступлений, совершаемых сотрудниками ОВД. Если в России на 45% общеуголовных преступлений приходится 55% преступлений в сфере служебной деятельности, то для Украины данная пропорция за весь период с 1992 г. по 2005 г. составляет соответственно 48,6% и 51,4% преступлений. При этом по результатам последних лет соотношение указанных видов преступлений претерпело существенные изменения и сегодня общеуголовные преступления занимают только 27% в общей массе уголовно-наказуемых деяний, совершенных сотрудниками ОВД Украины.

Рис. 22. Сравнительные показатели преступности в Украине
и в подразделениях ОВД в расчете на 1 тыс. чел.

Во-вторых, как и российская правоохранительная система, украинские органы внутренних дел сегодня имеют дело с новыми, активно развивающимися формами противоправной деятельности в виде организованной «милицейской» преступности, скрытой предпринимательской деятельности, сознательного предательства интересов службы из корыстных побуждений, участия ряда сотрудников в незаконном обороте наркотиков и оружия. И хотя официальные цифры указанных видов преступной деятельности незначительны – в среднем по 2-3% для Украины и РФ, однако их существование вызывает серьезный общественный резонанс и обеспокоенность руководства МВД.

В-третьих, удельный вес отдельных видов преступлений в структуре общеуголовной и служебной преступности РФ и Украины практически одинаков (табл. 27). Сравнивая приведенные в российских исследованиях статистические данные с аналогичным периодом развития украинских органов внутренних дел, нельзя не заметить, что первые места в обоих государствах среди категории общеуголовных преступлений занимают случаи совершения ДТП и краж, а среди служебных преступлений – случаи превышения служебных полномочий, взяточничества и злоупотребления властью.[49]

Таблица 27

Сравнительные показатели преступности
в Украине и РФ в расчете на 1 тыс. сотрудников (1999–2000 гг.)

РФ

Украина

Общеуголовные преступления

1.

Умышленное убийство

3,4

17

2.

Причинение телесных повреждений

5

10,9

3.

Изнасилование

1,7

0

4.

Кража

9,8

17,6

5.

Разбой

2,6

6,7

6.

Грабеж

3,1

3

7.

Хулиганство

7,7

5,5

8.

ДТП

23,1

23

Преступления в сфере служебной деятельности

1.

Злоупотребление властью

17,4

19,4

2.

Превышение служебных полномочий

44,9

48,5

3.

Взяточничество

24,2

24,1

4.

Халатность

4

5,9

5.

Служебный подлог

5,7

2

Выявленные тенденции демонстрируют, на наш взгляд, не столько тождественность внутренней экономико-политической ситуации в соседних государствах, сколько универсальность проблем, возникающих в системе правоохранительных органов в ходе реализации принципа законности и соблюдения прав граждан, о чем отчасти свидетельствуют результаты приведенного выше обзора деятельности полицейских подразделений Западной Европы и США.



[1] Криминология: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева, В.Е. Эминова. М., 1997; Криминология / Под общ. ред. А.И. Долговой. М., 1997; Криминология: Учебник / Под ред. В.Н. Бурлакова, Н.М. Кропачева. СПб., 2002.

[2] Даньшин И.Н. Введение в криминологическую науку. Х., 1998. С. 15.

[3] Інструкція про порядок обліку порушень законності (правопорушень) та надзвичайних подій за участю особового складу органів внутрішніх справ України: Наказ МВС України № 552 від 6.12.1991 р.

[4] Соціально-психологічний аналіз дисципліни в адміністративній службі міліції: Науково-практичний посібник / За заг. ред. проф. О.М. Бандурки. Х., 1998. С. 13.

[5] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Луганській обл. № 144. 2001. Т.2 (нетаємно). С. 67; Архів ДВБ УБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Сумській обл. № 108 (нетаємно). 2001. С. 82.

[6] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Луганській обл. № 144. 2001. Т.2 (нетаємно). С. 153.

[7] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у м. Києві № 140. 2001. Т.3 (нетаємно). С. 87.

[8] Про суттєві прорахунки в організації роботи територіальних та транспортних управлінь з питань зміцнення дисципліни та законності серед особового складу: Наказ МВС України № 499 від 29.05.2002 р. С. 2.

[9] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у м. Києві № 99. 2002. Т.2 (нетаємно). С. 233.

[10] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Львівській обл, № 102, Т.1 (нетаємно), 2001. С. 8.

[11] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у м. Києві № 140. 2001. Т.3 (нетаємно). С. 238.

[12] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Рівненській обл. № 107 (нетаємно). 2002. С. 276.

[13] Примаченко А. Юрий Луценко: «В отдельных случаях мы сталкиваемся с физическим сопротивлением подчиненных» // Зеркало недели. 2005. № 7 (535). С. 8.

[14] Протизаконне насильство в органах внутрішніх справ: соціологічний та історико-правовий аналіз / За заг. ред. О.Н. Ярмиша. Х., 2005. С. 115.

[15] Шалгунова С.А. Кримінально-правові та кримінологічні заходи попередження хабарництва серед співробітників органів внутрішніх справ: Дис… канд. юрид. наук. К., 1999. С. 54–59.

[16] Сахно Ю. Правопорушників у міліцейських мундирах до відповідальності! // Міліція України. 2005. № 7 (97). С. 6; Мундир не захищає від Закону // Іменем Закону. 2005. № 35(5473). С. 3.

[17] Кротенко А., Мценская Л., Комолова Д. Сезон охоты // Наш город (Мелитополь). 2004. № 12 (46). С. 8–9.

[18] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у м. Києві № 99. 2002. Т.2 (нетаємно). С. 259.

[19] Криминология: Учебник / Под ред. В. Н. Бурлакова, Н. М. Кропачева. СПб., 2002. С. 50.

[20] Любар М. Водіння без аварій: що потрібно знати, щоб уникнути ДТП // Іменем Закону. 2004. № 25. С. 3.

[21] Про притягнення колишніх працівників міліції до кримінальної відповідальності: Наказ МВС України № 87 від 01.02.2003 р. С. 2.

[22] Голина В.В. Современные тенденции тяжкой насильственной преступности против личности и основные направления борьбы с ней // Проблеми боротьби з насильницькою злочинністю в Україні: Зб. матер. наук.-практ. конф. Х., 2001. С. 54–60; Бандурка А.М., Давыденко Л.М. Преступность в Украине: причины и противодействие: Монография. Харьков, 2003. С. 20.

[23] Архів ДВБ УБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Харківській обл. № 151. 2001. Т.1 (нетаємно). С. 231.

[24] Предупреждение пыток в Украине. 2-е изд. Донецк, 2003. С. 147.

[25] Беца А. Аргумент «третьей степени» // Зеркало недели. 2002. № 45 (420). С. 6.

[26] Широченко В. Человек на ломе // Правда Украины. 2004. 7 октября. С. 22–23; Шеховцова Н. Ноу-хау харьковских ментов // Время. 2005. № 15. С. 1–2; Выступление Уполномоченной Верховной Рады Украины по правам человека Н. Карпачевой на представлении в парламенте Ежегодного доклада о положении с соблюдением и защитой прав и свобод человека в Украине // Правда Украины. 2005. № 133 (3633). С. 7.

[27] Протизаконне насильство в органах внутрішніх справ: соціологічний та історико-правовий аналіз / За заг. ред. О.Н. Ярмиша. Х., 2005. С. 43.

[28] Бандурка А.М., Давыденко Л.М. Преступность в Украине: причины и противодействие: Монография. Харьков, 2003. С. 28.

[29] Ігнатов О. Кримінологічна характеристика насильницьких злочинів серед працівників міліції // Право України. 2005. № 6. С. 74.

[30] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред.проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 43.

[31] Новаков О.С. Кримінологічна характеристика та профілактика злочинів, які вчиняються працівниками міліції у сфері службової діяльності: Дис... канд. юрид. наук. К., 2003. С. 40.

[32] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Тернопільській обл. № 109 (нетаємно). 2002. С. 131.

[33] Даньшин І.М., Оболенцев В.Ф. Латентна злочинність: поняття, причини, негативні наслідки // Вісник Університету внутр. справ. 2000. Вип.10. С. 29–34; Оболенцев В.Ф. Актуальні проблеми латентної злочинності: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Х., 2001. С. 7; Даньшин И.Н. Понятие, негативные последствия и методы выявления латентной преступности // Латентная преступность: познание, политика, стратегия: Сборник матер. международ. семинара. М., 1993. С. 53–55.

[34] Акутаев Р.М. Проблемы латентной преступности: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Х., 1984. С. 8–9.

[35] Зелінський А.Ф. Кримінологія: Навч. посібник. Х., 2000. С. 32; Литвак О.М. Державний контроль за злочинністю (кримінологічний аспект): Дис... д-ра юрид. наук. Х., 2001. С. 80; Лунеев В.В. Преступность ХХ века. Мировой криминологический анализ. М.: Норма, 1997.

[36] Бандурка А.М., Давыденко Л.М. Преступность в Украине: причины и противодействие: Монография. Харьков, 2003. С. 24.

[37] Оболенцев В.Ф. Актуальні проблеми латентної злочинності: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Х., 2001. С. 8.

[38] Литвак О.М. Державний контроль за злочинністю (кримінологічний аспект): Дис... д-ра юрид. наук. Х., 2001. С. 90.

[39] Understanding Crime Experiences of Crime and Crime Costs of the International Conference. Rome, 1820 November 1992. UNICRI. Rome, 1993.

[40] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред.проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 45.

[41] Акутаев Р. М. Некоторые аспекты борьбы с искусственно латентной преступностью // Государство и право. 1999. № 3. С. 44–52; Оболенцев В.Ф. Актуальні проблеми латентної злочинності: Автореф. дис... канд. юрид. наук. Х., 2001. С. 9.

[42] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Донецькій обл. № 94. 2002. Т.2 (нетаємно). С. 28.

[43] Новаков О.С. Кримінологічна характеристика та профілактика злочинів, які вчиняються працівниками міліції у сфері службової діяльності: Дис... канд. юрид. наук. К., 2003. С. 62–63.

[44] Алтухов С.А. Преступления сотрудников милиции (понятие, виды и особенности профилактики). СПб., 2001. С. 80.

[45] Архів ДВБ ГУБОЗ МВС України. НС по надзвичайним подіям у Харківській обл. № 110 (нетаємно). 2002. С. 250.

[46] Черепашкин А.С. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, совершаемых сотрудниками милиции общественной безопасности: Дис... канд. юрид. наук. Омск, 2004. С. 43.

[47] Шалгунова С.А. Кримінально-правові та кримінологічні заходи попередження хабарництва серед співробітників органів внутрішніх справ: Дис… канд. юрид. наук. К., 1999. С. 55–56.

[48] Варыгин А.Н. Преступность сотрудников органов внутренних дел и воздействие на нее. Саратов, 2003. С. 37.

[49] Варыгин А.Н. Преступность сотрудников органов внутренних дел и воздействие на нее. Саратов, 2003. С. 57–73.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100