www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Правоохранительные органы
Мартыненко О.А. Детерминация и предупреждение преступности среди персонала органов внутренних дел Украины: Монография. – Х.: Изд-во ХНУВС, 2005.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
5.1. Понятие и система деятельности по предупреждению преступности

Теория предупреждения преступности в своем нынешнем состоянии является продуктом многовекового формирования общественно научных взглядов на природу преступного поведения и ее преодоление. Кроме того, на формирование теоретических концепций воздействия на преступность оказали свое неравнозначное влияние уголовное право и социология, что характерно не только для отечественной, но и для зарубежной криминологии.

Результатом такого развития является современное разделение в теории криминологии всех видов превентивной деятельности на два направления – уголовную репрессию и собственно превенцию. Первое направление подразумевает предупреждение преступлений, осуществляемое в рамках уголовного правосудия и связанное, в основном, с назначением наказания за совершенное преступление. В этом же направлении изучаются вопросы криминализации и декриминализации, а также предупредительной эффективности средств, используемых в рамках уголовного правосудия.

Второе направление объединяет все меры, находящиеся вне рамок уголовной юстиции и направленные на устранение любой возможности совершения преступления. Как правило, они находятся под юрисдикцией административного, гражданского, семейного, трудового и других отраслей права, не входящих в криминалистический цикл. Отдавая должное необходимости совершенствования системы уголовно-правового контроля за противоправным поведением, большинство ученых признают преимущества и эффективность именно превентивного, собственно криминологического воздействия на преступность.[1] К тому же теория права и отраслевые юридические науки, являясь теориями ответственности-наказания, имеют вполне определенный «наказательный» оттенок, в то время как социально-психологический механизм и эффективность других принудительных видов воздействия с целью предупреждения преступности исследован недостаточно.

Криминологическая теория предупреждения преступности определяется сегодня как учение о «…совокупности разнообразных видов деятельности и мер в государстве, направленных на усовершенствование общественных отношений с целью устранения негативных явлений и процессов, порождающих преступность либо способствующих ей, а также недопущения совершения преступлений на разных стадиях преступного поведения».[2]

В систему предупреждения преступности соответственно включают объекты превентивной деятельности; ее основные уровни и формы; меры предупредительного воздействия; субъектов, осуществляющих эту работу. По мнению некоторых авторов, данная система на уровне государства нуждается в специальном закреплении законодательными актами, например, Законом Украины «О предупреждении преступности», где были бы отражены принципы, общие положения, субъекты и формы данного вида деятельности.[3]

Как отражение различных подходов, понятийный аппарат криминологии отличается исключительным многообразием. Стратегия воздействия на преступность предлагается в терминах «борьба с преступностью», «комплексное воздействие на преступность», «предупреждение преступности», «деятельность по предупреждению преступности», «социально-правовой контроль над преступностью», «правоохранительная деятельность». Различное содержание вкладывается и в определение понятий «предупреждение», «профилактика», «пресечение» и «упреждение», поскольку авторы разделяют данные понятия в зависимости от видов, направлений, этапов и уровней превентивной деятельности.

Отметим сразу, что мы не склонны рассматривать ряд приведенных терминов в качестве синонимичных. Это, прежде всего, относится к широко используемому некоторыми авторами термину «контроль над преступностью».[4] На наш взгляд, данный термин может претендовать лишь на обозначение одного из направлений воздействия на преступность, но не для характеристики всей совокупности превентивных мер. Не безупречным нам представляется также понятие «борьба с преступностью», предлагаемое А.И. Долговой, поскольку оно, как и термин «война с преступностью», предусматривает активное столкновение общества с преступностью, исключительно наступательную деятельность на причины и условия преступности и в конечном счете предполагает победу над противником, что в отношении такого извечного социального явления, как преступность, вряд ли возможно.[5] Вызывает возражение и более нейтральный термин «противодействие», поскольку его действие акцентировано в большей степени на уже имеющихся, свершившихся преступных проявлениях, нежели на их всем комплексе мер по их предупреждению.

Многозначность понятийного аппарата не случайно является причиной частых дискуссий в отрасли криминологических знаний, относящихся к предупреждению преступности. На практике, как отмечает В.В. Голина, теоретические понятия «…материализуются в соответствующей деятельности, позволяют очертить их внешние рамки, конкретизировать характер, сферу приложения, компетенцию субъектов деятельности, ресурсное обеспечение и т.п.».[6] В этой связи часть криминологов отдает приоритет термину «предупреждение преступности» как родовому и более емкому понятию.[7] Другая часть ученых не видит смысла в разделении указанных понятий и предлагает использовать их как синонимы, считая терминологическую дискуссию нецелесообразной и надуманной, лишенной теоретического и практического смысла .[8]

Мы не можем согласиться с позицией последней группы авторов, поскольку любая наука нуждается в разработке собственного категориального аппарата.[9] Востребованность и актуальность фундаментальных работ по системному изучению мер превенции преступлений обусловлена, кроме того, невозможностью решения теоретических вопросов без точного употребления терминов и их постоянной конкретизации. К сожалению, поскольку для их разработки требуется неординарная подготовка исследователя и оригинальность научного видения им теоретических проблем, работы подобного рода являются достаточно редкими явлениями в криминологической науке. В этом мы можем убедиться, обратившись к работам таких ученых, как В.В. Голина, И.Н. Даньшин, А.И. Долгова, А.П. Закалюк, В.К. Звирбуль, И.И. Карпец, В.В. Клочков, В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова, И.П. Лановенко, А.Г. Лекарь, В.В. Лунеев, Г.М. Миньковський, А.Б. Сахаров, А.Я. Светлов, И.Н. Туркевич, внесших существенный вклад в разработку сложных проблем предупреждения преступности.[10]

Благодаря их исследованиям была дана не только содержательная характеристика основных направлений и видов профилактики преступности, но и рассмотрены вопросы организации превентивной деятельности, определены особенности предупреждений отдельных видов преступлений.

Вместе с тем в результате поиска структурно-лингвистического толкования того или иного термина, действительно, возникает опасность упустить главное – содержание понятий, что производит отрицательный эффект при решении конкретно-практических задач. Поэтому некоторые ученые как временное решение проблемы обоснованно предлагают использовать «терминологическую конвенцию», т.е. соглашение об однозначном употреблении того или иного понятия либо использовании ряда понятий как синонимичных и взаимозаменяемых.[11]

Указанный путь, на наш взгляд, имеет смысл, когда целью криминологического исследования ставится не совершенствование категориального аппарата, а разработка ряда конкретных мер воздействия на преступность. Данный подход мы видим в подавляющем большинстве специально-криминологических исследований, посвященных проблемам предупреждения преступности в правоохранительных органах.[12] Предлагаемое исследование также преследует не столько общетеоретические, сколько прикладные цели, поэтому с учетом изложенного мы считаем наиболее целесообразным ограничиться в нашей работе использованием терминов «предупреждение», «профилактика» и «превенция» как обозначения совокупности видов деятельности и мер, использующихся в государстве для снижения уровня преступности и недопущения совершения преступлений на разных стадиях преступного поведения.

Одним из немногих положений, практически не вызывающих дискуссий среди криминологов, является понимание предупреждения преступности как разновидности социального управления, что позволяет выделять объект, субъект, меры предупреждения, равно как и оценивать саму деятельность с учетом требований, предъявляемых к социальному управлению.[13] На этом основании Н.В. Щедрин, например, предлагает характеризовать предупреждение преступности как специфическую разновидность социального управления, целью которого является снижение вероятности преступного поведения, для чего субъект, используя весь комплекс законных мер воздействия (в том числе и принудительных), стимулирует включение объекта в систему общественно-полезных отношений и ограничивает его негативные связи.[14]

Одновременно автор указывает на ряд важнейших принципов социального управления, на которых должна основываться превентивная деятельность государства.

Принцип системности предполагает рассмотрение предупреждения преступности как взаимодействия субъекта и объекта, а меры предупреждения преступлений – в качестве отношений управления.

Принцип объективности применительно к предупреждению преступности означает, что данная деятельность невозможна без познания и учета закономерностей функционирования объекта и социума, что призвано исключить бессистемность и эпизодичность в противодействии преступности.

Принцип целеполагания позволяет соотносить субъекты, объекты и меры воздействия с превентивной деятельностью, поскольку цель находится в центре внимания субъекта и ее достижение служит мерилом качества и эффективности предупредительной работы.

Принцип основного звена позволяет определить основное направление и цель деятельности по предупреждению преступлений, вычленить ключевую проблему или несколько основных проблем и сфокусировать на их решении имеющиеся ресурсы.

Принцип оптимальности и эффективности предполагает достижение наилучшего результата за возможно короткий срок при наименьшей затрате сил и средств, материальных и финансовых ресурсов. В предупреждении преступлений действие этого принципа ограничивается принципом законности.

Поскольку превентивная деятельность непосредственно связана с применением принудительных мер со стороны государства, кроме вышеперечисленных принципов социального управления предупреждение преступности должно соответствовать также правовым принципам, важнейшим из которых является принцип законности, в соответствии с которым все предупредительные мероприятия должны осуществляться в рамках закона и никакое стремление к эффективности не может оправдать его нарушение.

Отечественные авторы предлагают несколько иной перечень фундаментальных принципов деятельности по предупреждению преступности, включающий принципы законности, гуманности, научной обоснованности, демократизма, дифференциации, своевременности, плановости и комплексности.[15]

Система мер предупреждения преступности, как и понятийный аппарат, является не менее разнообразной, хотя по своей природе все многообразие мер воздействия можно свести к двум методам – стимулирования и ограничения. В зависимости от оснований и целей исследования, меры предупреждения могут быть классифицированы следующим (но не исчерпывающим) образом:

по уровню: общесоциальные, специально-криминологические, индивидуальные;

по масштабу: общегосударственные, региональные (на отдельном объекте), в отношении группы лиц:

по содержанию: политические, экономические, социальные, культурно-воспитательные, организационно-управленческие, технические, правовые и т.д.;

по механизму воздействия: меры стимулирования, меры наказания, меры восстановления и меры защиты (безопасности);

по субъекту воздействия: меры, осуществляемые органами всех отраслей власти; меры, реализуемые отдельными органами, организациями, учреждениями; меры, осуществляемые отдельными гражданами;

по объекту: меры предупреждения корыстной, насильственной, экономической, профессиональной, организованной преступности, преступности несовершеннолетних, женщин и т.д.;

по отрасли законодательства, регламентирующего меры предупреждения: конституционно-, административно-, гражданско-, уголовно-правовые, а также гражданско-, административно-, уголовно-процессуальные.

В данной области криминологам также не удалось избежать разногласий при трактовке различных терминов. В наибольшей степени это относится к таким определениям, как «социальная профилактика», «криминологическая профилактика», «профилактика правонарушений».[16]

Понятие «социальная профилактика» и «криминологическая профилактика» в немалой степени обязаны разделением в международном «Руководстве по основным направлениям предупреждения преступлений» мер предупреждения на две большие группы: социальные меры предупреждения преступности и ситуационное предупреждение преступности.[17]

Социальные меры предупреждения преступности характеризуются как меры, направленные на искоренение причин преступности и склонности людей к правонарушениям. Они могут быть адресованы населению в целом либо отдельным его категориям, составляющим группы риска. В руководстве также были выделены шесть наиболее важных направлений социальной политики, влияющих на состояние преступности в обществе:

– политика планирования городских и сельских районов и, в частности, политика ликвидации трущоб, управления размещением; проблема бездомности; проектирование, предусматривающее места общественного пользования и торговли; взаимосвязь между предоставлением жилья, местом работы и наличия транспорта;

– политика занятости и, в частности, политика, связанная с ликвидацией безработицы и созданием рабочих мест;

– политика в области образования, включая детей дошкольного возраста;

– семейная политика;

– молодежная политика, включая создание условий для отдыха, проведения досуга и занятия культурой;

– политика в области здравоохранения и, в частности, борьбы с наркоманией и алкоголизмом.

Ситуационное предупреждение преступности связано с ограничением возможностей для совершения правонарушений. При этом выделяются два вида мер: меры безопасности, затрудняющие совершение преступления и меры, снижающие заинтересованность в совершении преступления.

Меры, затрудняющие совершение преступления, обеспечиваются: а) укреплением объекта преступного посягательства; б) перемещением объекта преступного посягательства; в) изъятием средств совершения преступления. Снижение заинтересованности в совершении преступления может идти двумя путями. Например, в отношении преступлений против собственности первый состоит в уменьшении ценности какого-либо похищенного имущества путем его маркировки. Второй путь – увеличение осознаваемой угрозы разоблачения – может быть обеспечен расширением различных форм наблюдения со стороны правоохранительных структур, частных охранных служб и населения.

В отечественной криминологии общесоциальное предупреждение понимается как комплекс перспективных социально-экономических и культурно-воспитательных мероприятий, направленных на решение общегосударственных задач, усовершенствование общественных отношений и устранение либо нейтрализацию вместе с тем детерминант преступности.[18] И.Н. Даньшин отмечает, что криминолого-предупредительные меры на данном уровне носят в основном постановочный, сигнализирующий характер и выражаются в форме социального заказа, адресованного ученым, государственным органам и общественным объединениям.[19] Российские ученые подчеркивают, что основу социальной профилактики составляют различные виды стимулирования, т.е. непринудительные методы, с помощью которых осуществляется социализация и ресоциализация индивида.[20] При этом общесоциальное предупреждение не рассматривается рядом авторов в качестве предмета криминологической науки, поскольку осуществление и совершенствование общесоциальных мер неправомерно расширяет предмет криминологии и выходит за его рамки.[21]

Криминологическая профилактика, как составная часть специально-криминологического предупреждения, предлагается для рассмотрения В.В. Голиной как более узко ориентированная совокупность мер «…по своевременному выявлению и устранению негативных явлений, которые возникли или могут возникнуть и детерминировать преступность».[22] В российских источниках встречается трактовка криминологической профилактики как совокупности мер по профилактике преступлений и профилактике правонарушений некриминального характера.[23] Аналогичная позиция имеется и в отдельных отечественных исследованиях, где под криминологической профилактикой рассматривается совокупность мер по «…выявлению, теоретическому осмыслению и практическому устранению детерминант преступлений, а также связанных с ними правонарушений некриминального характера и других проявлений социальной патологии».[24] Одновременно некоторые авторы указывают как на отсутствие содержательного определения рассматриваемого термина, так и на то, что по своей природе он является искусственной конструкцией, лишней в теории предупреждения преступности.[25]

Понятие «профилактика правонарушений» по своему объему вполне может конкурировать с термином «предупреждение преступлений», поскольку обычно им обозначается воздействие на детерминанты не только преступного, но и других видов противоправного (допреступного) поведения. Последние получили название «фоновых» явлений преступности и охватывают совокупность административных правонарушений, дисциплинарных проступков и отдельных форм делинквентного поведения (пьянство, наркотизм, проституцию, нарушение правил общежития). Понятием «фоновые явления» при этом охватывается не всякое допреступное асоциальное поведение, а только такое, которое «…тесно связано с отдельными видами (группами) преступлений и имеет противоправный характер».[26]

Однако включение в предмет криминологии таких фоновых явлений, как административные проступки, сегодня оспаривают представители социо-правового учения – административной деликтологии, что вызывает активную дискуссию со стороны части криминологов.[27] В криминологии также существует точка зрения, согласно которой следует воздерживаться от подобного расширения сферы превентивной деятельности, поскольку предупреждение антиобщественных действий некриминального характера составляет самостоятельную задачу криминологии.[28]

Масштаб и сфера превентивных мер, таким образом, неизбежно требуют четкого понятия объекта деятельности по предупреждению преступности, определяемого в научной литературе с различной степенью научной точности. Так, в «Курсе криминологии» под редакцией А.Н. Джужи под объектами системы профилактики преступлений определяются: преступность в целом, детерминанты преступности, личность правонарушителя и условия ее формирования, нуждающиеся в коррекции. Делается также посылка на то, что объектами ранней профилактики являются такие виды поведения, как аморальное и противоправное, в то время как преступное поведение относится к сфере специально-криминологической профилактики.[29]

В.Н. Бурлаков и Н.М. Кропачев к объектам предупреждения преступности относят три категории явлений. К первой категории относятся экономические, социальные, политические, психологические и иные факторы, которые обуславливают состояние и динамику преступности. Ко второй категории относится деятельность людей, которая должна соответствовать нормам права и социального взаимодействия. При этом характер деятельности может быть самым различным – профессиональным, административно-управленческим, технологическим и т.п. Наконец, третья категория в качестве объекта профилактической деятельности предполагает личность преступника, понимаемую как социальный процесс формирования ее криминогенно значимых свойств и качеств.[30]

Наиболее полное определение объекта предупреждения преступности дано, на наш взгляд В.В. Голиной, который предлагает понимать под данным термином «…отдельные или совокупность различных (по происхождению, сферам, формам и интенсивности проявлений) негативных явлений и процессов реальной действительности материального или духовного характера, которые приводят к возникновению причин и условий, способствующих совершению преступлений».[31] При этом выделяются такие характерные качества объекта предупредительной деятельности, как его криминогенность, динамичность, потенциальность возрастания, латентность. Учитывая многообразие явлений и процессов, образующих общий объект превенции, целесообразно разделять их, по мнению В.В. Голины, на группы криминогенных объектов социального, правового и психогенного характера, что, несомненно, повышает эффективность разработки соответствующих мер воздействия на них.

Применительно к предмету нашего рассмотрения объектом превентивной деятельности будет выступать вся совокупность негативных явлений и процессов, порождающих преступность и правонарушения среди сотрудников ОВД, а также иные виды их делинквентного поведения (пьянство, хамство, проявления агрессии, мелкие кражи и т.п.). В качестве специфической особенности объекта следует выделить одинаково высокую латентность как детерминант, так и внешних проявлений преступного поведения сотрудников милиции, что в определенной мере затрудняет разработку мер превентивного воздействия на данный вид преступности. Мы также учитываем осложнения, вызываемые при этом отсутствием нормативного закрепления понятия «нарушения законности» и объема правонарушений, подпадающих под данное определение, на чем мы специально остановимся ниже.

В системе превентивной деятельности приоритетным для нас является традиционное разделение мер воздействия прежде всего по своему уровню на общесоциальные, специально-криминологические и индивидуальные меры предупреждения. Последние две категории при этом рассматриваются с возможностью их дальнейшего разделения в зависимости от масштаба, содержания, механизма и субъекта воздействия, отрасли законодательства. Отметим также, что в силу очевидной внутренней взаимосвязи между преступлениями, дисциплинарными проступками и фактами нарушений законности мы считаем нецелесообразным рассмотрение комплекса предупредительных мер, направленных отдельно для превенции преступлений и отдельно – для превенции менее тяжких правонарушений.

В систему субъектов предупреждения преступности входят как юридические, так и физические лица, которые в силу своих полномочий, социального статуса либо гражданских обязанностей должны осуществлять данную деятельность. Отдельные граждане, не имеющие указанных обязанностей или полномочий, не рассматриваются при этом в качестве субъекта деятельности по предупреждению преступлений.

В литературе предлагаются различные типы классификации субъектов. В зависимости от типа превентивной деятельности В.В. Голина предлагает рассматривать субъекты, которые:

– определяют политику борьбы с преступностью, планируют и контролируют ее;

– осуществляют непосредственное управление и координацию отдельными направлениями и участниками;

– выявляют и изучают объект предупредительного воздействия;

– исполняют меры предупреждения относительно упреждения, ограничения, устранения криминогенных явлений, защиты социальных благ и личности;

– реализуют меры по предупреждению и пресечению преступлений.[32]

С точки зрения Л.М. Давыденко, классификация субъектов в зависимости от целей и задач превентивной деятельности может включать:

1. Субъекты противодействия преступности, действующие на общесоциальном уровне борьбы с преступностью.

Из них подсистему управления образуют: Президент Украины, Совет Национальной безопасности и обороны Украины, органы законодательной и исполнительной власти государственного уровня, органы регионального и местного самоуправления.

В исполнительную подсистему входят предприятия, организации и учреждения с профилирующей деятельностью хозяйственно-экологического, воспитательного, преобразовательного и иного характера.

2. Специальные субъекты противодействия преступности.

– суды, рассматривающие уголовные дела и правоохранительные органы, которые охватываются понятием «Органы уголовной юстиции»;

– правоохранительные органы, в том числе органы контроля, которые действуют за рамками уголовного судопроизводства (оперативные подразделения ОВД, службы безопасности и налоговой милиции, таможенные органы, органы охраны государственной границы, органы государственной налоговой службы, органы и учреждения исполнения наказания, государственной контрольно-ревизионной службы, рыбоохраны, государственной лесной охраны, другие органы, осуществляющие правоприменительные и правоохранительные функции).[33]

В российской криминологии наиболее распространенным является разделение субъектов профилактики на три основные группы.

Первая группа включает в себя субъекты общесоциальной профилактики, занятые преимущественно руководством или координацией деятельности по предупреждению преступлений (федеральные, региональные и местные органы власти и самоуправления, министерства, партии, профсоюзы, церковь, другие общественные формирования).

Во вторую группу входят субъекты специально-криминологической профилактики, осуществляющие профилактику в ходе выполнения своих контрольных и правоохранительных функций – суд, прокуратура, органы внутренних дел, органы вневедомственного контроля, частные охранные предприятия, добровольные отряды охраны правопорядка.

Третья группа объединяет субъекты, осуществляющих индивидуальную профилактику. К ним относятся семья, трудовые и учебные коллективы, объединения граждан или органы общественной самодеятельности, сотрудники государственных правоохранительных органов, работники иных государственных учреждений (например, специальных учебных заведений для несовершеннолетних правонарушителей).[34]

Применительно к преступлениям в органах внутренних дел следует сказать, что среди субъектов специально-криминологической профилактики ведущая роль принадлежит органам внутриведомственного контроля, к которым относится, прежде всего, Департамент внутренней безопасности (ДВБ), инспекция по личному составу, мобильные группы МВД Украины по мониторингу за соблюдением прав человека.

Изначально созданный в структуре ГУБОП МВД Украины, Департамент внутренней безопасности обеспечивает предупреждение и выявление среди сотрудников ОВД должностных и иных преступлений, коррупционных действий, разглашения служебной тайны, утраты носителей секретной информации, оружия и боеприпасов. Сотрудники ДВБ в ходе своей оперативно-розыскной деятельности выявляют среди личного состава лиц, предающих интересы службы, способствующих нелегальной миграции, контрабанде, занимающихся другими противоправными деяниями.[35]

В рамках своих полномочий ДВБ упреждает проникновение на службу в органы внутренних дел лиц, преследующих преступные и корыстные интересы, проводит проверку кандидатов на руководящие должности, осуществляет оперативно-розыскные мероприятия, дознание и служебные расследования по фактам совершения сотрудниками ОВД умышленных преступлений, коррупционных действий и других чрезвычайных происшествий. На Департамент также возложена функция координации мер по защите сотрудников ОВД и их близких родственников, противодействию втягивания их в противоправную деятельность, разработки проектов нормативно-правовых актов, регламентирующих вопросы обеспечения внутренней безопасности ОВД.

Для выполнения возложенных задач ДВБ имеет право на формирование негласного аппарата, обеспечивающего конфиденциальную помощь и сотрудничество, а также иметь гласных и негласных штатных и внештатных сотрудников. Начальник департамента в рамках служебных полномочий осуществляет запросы и получает от руководителей ОВД материалы и сведения, необходимые для обеспечения внутренней безопасности, направляет им предписания для осуществления соответствующих мер реагирования. По разрешению министра начальник департамента имеет право использовать силы и средства других подразделений ОВД, а также создавать оперативные группы для осуществления комплексных оперативно-розыскных мер.

Сотрудники ДВБ наделены правом беспрепятственно получать в подразделениях по работе с персоналом информацию о прохождении службы сотрудниками ОВД, знакомиться с их личными делами, а также в любое время посещать подразделения ОВД и осуществлять их проверку по всем направлениям служебной деятельности, независимо от их подчиненности и принадлежности. В случае необходимости работники ДВБ могут снимать копии или изымать документы оперативно-розыскной, кадровой, финансовой и другой деятельности ОВД.

Инспекция по личному составу (ИЛС), независимо от своей принадлежности к Департаменту по работе с персоналом или к Департаменту внутренней безопасности, осуществляет контроль за качественным проведением ГУМВД, УМВД, УМВДТ служебных расследований по фактам нарушений дисциплины и законности сотрудниками ОВД, обеспечивает учет и обобщение таких нарушений, разрабатывает рекомендации по их профилактике. Сотрудники ИЛС, кроме того, оказывают подразделениям практическую помощь в организации работы по соблюдению законности, обобщают и распространяют передовой опыт, пропагандируют юридические знания среди личного состава подразделений.

В 2004 г. перечень субъектов профилактики пополнился созданным по инициативе МВД Украины институтом советника Министра внутренних дел по правам человека и гендерным вопросам. Подчиняясь непосредственно министру внутренних дел, советник проводит анализ деятельности ОВД относительно соблюдения требований законодательства в области прав человека, поддерживает постоянный контакт с Уполномоченным ВР Украины по правам человека, вносит предложения по соблюдению сотрудниками ОВД прав человека. В рамках своих полномочий советник запрашивает и получает от структурных подразделений необходимую информацию, принимает участие в проверках служебной деятельности, касающихся соблюдения сотрудниками ОВД прав человека.[36]

Среди субъектов специально-криминологической профилактики, не принадлежащих к ведомству МВД Украины, центральное место занимает прокуратура. Кроме осуществления общего надзора за соблюдением законов, в ст.ст. 5, 29 Закона Украины «О прокуратуре» отдельно выделяется надзор за деятельностью органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, дознание и досудебное следствие.[37] Прокурорский надзор, в частности, направлен на предупреждение фактов незаконного привлечения граждан к уголовной ответственности и охране прав и законных интересов граждан, находящихся под следствием.

В соответствии с положениями закона, прокуратура также принимает меры по соблюдению государственными органами и ведомствами установленного порядка возбуждения уголовных дел, расследования деяний, содержащих признаки преступлений, приостановления и закрытия уголовных дел, соблюдения сроков следствия и содержания под стражей. Прокурор имеет право в случае необходимости поручать руководителям органов предварительного следствия, дознания, органов внутренних дел проведение во вверенных им подразделениях проверок с целью устранения нарушений закона.

Прокурор наделен правом в любое время посещать места содержания задержанных лиц, опрашивать последних и знакомиться с документами, на основании которых были задержаны данные граждане. Прокурором может быть проверена законность приказов и распоряжений руководителей ОВД, а в случае обнаружения в них нарушений закона – прокурор имеет право остановить выполнение таких приказов и распоряжений, опротестовать и отменить их, потребовав при этом объяснения от руководителей подразделений по поводу допущенных нарушений.[38]

Существенную роль в осуществлении специально-криминологической профилактики играют судебные органы, обеспечивающих защиту гарантированных Конституцией и законами Украины прав и свобод граждан от незаконных действий в отношении их со стороны представителей правоохранительных органов.[39]

Необходимо указать, что, начиная с 2002 г., к специальным субъектам предупреждения относится и созданный в структуре Министерства юстиции институт Уполномоченного в делах соблюдения Конвенции о защите прав и основных свобод человека, а также Национальное бюро в делах соблюдения Конвенции о защите прав и основных свобод человека.[40]

Изложенные положения дают общее представление о системе превентивной деятельности, осуществляемой в рамках государства, а также о тех проблемах, которые возникают в теории криминологии при определении целей, задач, функций и полномочий субъектов предупреждения. Это позволяет нам перейти к непосредственному рассмотрению всего комплекса имеющихся и перспективных мер превенции, ориентированных исключительно на преступность и правонарушения среди сотрудников ОВД, а также иные виды их делинквентного поведения.



[1] Лунеев В.В. Преступность ХХ века. Мировой криминологический анализ. М.: Норма, 1997. С. 475; Кримінологія: Підручник / За заг.ред. О.М. Джужи: У 2 кн. К., 2002. С. 108; Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред.проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 94–96.

[2] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 94.

[3] Негодченко В.О. Діяльність органів внутрішніх справ щодо попередження злочинів у сучасних умовах: Дис... канд. юрид. наук. Х., 2003. С. 27.

[4] Игошев К.Е., Шмаров И.В. Социальные аспекты предупреждения правонарушений. М., 1980; Литвак О. М. Державний контроль за злочинністю (кримінологічний аспект): Автореф. дис... д-ра юрид. наук. X., 2002.

[5] Криминология / Под общ. ред. А.И. Долговой. М., 1997. С. 320; Преступность и реформы в России / Под ред. А.И. Долговой. М., 1998. С. 326.

[6] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 94.

[7] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 94; Голіна В.В. Попередження злочинності: Конспект лекції. Х., 1994. С. 4; Зелінський А.Ф. Кримінологія: Навч. посібник. Х., 2000. С. 130; Алексеев А.И. Криминология: Курс лекций. М., 2004.

[8] Кримінологія: Підручник / За заг. ред. О.М. Джужи: У 2 кн. К., 2002. С. 107; Филонов В.П. Состояние, причины преступности в Украине и ее предупреждение: Монография. Донецк, 1999. С. 272–275.

[9] Панов Н.И. Юридическая терминология и ее значение для разработки нового уголовного законодательства // Акт. проблемы формирования правового государства: Крат. тез. докл. и науч. сообщ. респ. науч. конф. (м. Харків 24–26 октября 1990 р.). Х., 1990; Панов Н.И. Понятийные аппараты наук криминального цикла: соотношение и взаимосвязь // Гос-во и право. 2001. № 5. С.57–60.

[10] Теоретические основы предупреждения преступности / Отв. ред. В.К. Звирбуль, В.В. Клочков, Г.М. Миньковский. М., 1977; Лекарь А.Г. Профилактика преступлений. М., 1972; Голина В.В. Специально-криминологическое предупреждение преступлений (теория и практика): Дис… д-ра юрид. наук. Х., 1994; Туркевич І.К. Злочинність: Навч. посіб. К., 1999. Вип.1.

[11] Новейший философский словарь. 2-е изд. Минск, 2001. С. 498; Митрофанов А.А. Основні напрямки кримінально-правової політики в Україні: формування та реалізація. Одеса, 2004. С. 11; Бандурка А.М., Давиденко Л.М. Противодействие преступности: война терминов, понятие, общая характеристика // Право і безпека. 2004. № 3. С. 8.

[12] Новаков О.С. Кримінологічна характеристика та профілактика злочинів, які вчиняються працівниками міліції у сфері службової діяльності: Дис... канд. юрид. наук. К., 2003; Алтухов С.А. Преступления сотрудников милиции (понятие, виды и особенности профилактики). СПб., 2001; Варыгин А.Н. Преступность сотрудников органов внутренних дел и воздействие на нее. Саратов, 2003; Прохоров К.А. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, совершаемых сотрудниками милиции против жизни и здоровья: Дис... канд. юрид. наук. М., 2004; Черепашкин А.С. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, совершаемых сотрудниками милиции общественной безопасности: Дис... канд. юрид. наук. Омск, 2004.

[13] Раска Э.Э. Борьба с преступностью и социальное управление: теоретические и методологические аспекты. Таллин, 1985.

[14] Щедрин Н.В. Основы общей теории предупреждения преступности: Учеб. пособие. Красноярск, 1999. С. 4.

[15] Кримінологія: Підручник / За заг. ред. О.М. Джужи: У 2 кн. К., 2002. С. 114.

[16] Алексеев А.И., Герасимов С.И., Сухарев А.Я. Криминологическая профилактика: теория, опыт, проблемы. М., 2001. С. 12–14; Голина В.В. Криминологическая профилактика, предотвращение и пресечение преступлений. К., 1989. С. 56–59.

[17] Руководство по основным направлениям предупреждения преступлений, которые были подготовлены для представления Восьмому Конгрессу ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, Куба, 27 августа – 7 сентября 1990 г.)

[18] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 95.

[19] Даньшин И.Н. Введение в криминологическую науку. Х., 1998. С. 17.

[20] Щедрин Н.В. Основы общей теории предупреждения преступности: Учеб. пособие. Красноярск, 1999. С. 6–7.

[21] Зелинский А.Ф. Криминология: Курс лекций. Х., 1996. С. 13; Бандурка А.М., Давиденко Л.М. Противодействие преступности: война терминов, понятие, общая характеристика // Право і безпека. 2004. № 3. С. 9.

[22] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 96.

[23] Алексеев А.И., Герасимов С.И., Сухарев А.Я. Криминологическая профилактика: теория, опыт, проблемы. М., 2001. С. 13–14.

[24] Новаков О.С. Кримінологічна характеристика та профілактика злочинів, які вчиняються працівниками міліції у сфері службової діяльності: Дис... канд. юрид. наук. К., 2003. С. 107.

[25] Щедрин Н.В. О соотношении мер безопасности и мер криминологической профилактики // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сб. материалов науч.-практ. конференции. Красноярск, 1999. Часть 1. С. 189–191.

[26] Даньшин И.Н. «Фоновые» явления преступности как дополнительный предмет криминологии // Проблеми законності: Респ. міжвідом. наук. зб. 2004. Вип. 68. С. 87; Даньшин И.Н. Введение в криминологическую науку. Х., 1998. С. 18.

[27] Остапенко О.І. Адміністративна деліктологія: Автореф. дис... д-ра юрид. наук: 12.00.07 / Українська академія внутр. справ. К., 1999. С. 13; Баляба А.В. Криминология или деликтология? // Вісн. Луганськ. ін-ту внутр. справ МВС України. 2003. Вип. 1. С. 191–192.

[28] Теоретические основы предупреждения преступности / Отв. ред. В.К. Звирбуль, В.В. Клочков, Г.М. Миньковский. М., 1977.

[29] Кримінологія: Підручник / За заг. ред. О.М. Джужи: У 2 кн. К., 2002. С. 146–150.

[30] Криминология: Учебник / Под ред. В. Н. Бурлакова, Н. М. Кропачева. СПб., 2002. С. 179.

[31] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 102.

[32] Кримінологія: Загальна та Особлива частини / За ред. проф. І.М. Даньшина. Х, 2003. С. 105.

[33] Бандурка А.М., Давыденко Л.М. Противодействие преступности: война терминов, понятие, общая характеристика // Право і безпека. 2004. № 3. С. 10–11; Бандурка А.М., Давыденко Л.М. Преступность в Украине: причины и противодействие: Монография. Харьков, 2003.

[34] Криминология: Учебник / Под ред. В. Н. Бурлакова, Н. М. Кропачева. СПб., 2002. С. 184–185; Криминология: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева, В.Е. Эминова. М., 1997.

[35] Про затвердження Положення про Департамент внутрішньої безпеки ГУБОЗ МВС України: Наказ МВС України № 1111 від 28 вересня 2003 р.

[36] Про затвердження Положення про радника Міністра внутрішніх справ України з прав людини та гендерних питань: Наказ МВС України № 1221 від 18.10.2004 р. С. 1–3.

[37] Про прокуратуру: Закон України від 5 листопада 1991 р. № 1789-XII // Відомості Верховної Ради. 1991. № 53. Ст. 793.

[38] Зеленецкий В.С. Прокурорский надзор за законностью представления следователя: Учеб. пособие. Х., 1991; Зеленецкий В.С. Прокурорский надзор за исполнением органами дознания и досудебного следствия законов при приеме, регистрации, проверке и разрешении заявлений и сообщений о преступлениях: Монография. Х., 2004.

[39] Про судоустрій України: Закон України від 7 лютого 2002 р. № 3018-III // Відомості Верховної Ради. 2002. № 2728. Ст. 180.

[40] Про порядок здійснення захисту прав та інтересів України під час розгляду справ у закордонних юрисдикційних органах: Указ Президента України № 581 від 25.06.2002 р. // Офіційний вісник України. 2002. № 26. Ст. 1231.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100