www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Гражданское право
СИСТЕМА ОБЪЕКТОВ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ: ТЕОРИЯ И СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА. Лапач В.А. 2004г.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
7. Имущественные аспекты работ и услуг

В научной литературе непрерывно ведутся дискуссии о том, какова природа понятий "работы", "услуги", в чем их сходство и различие и как законодатель должен отражать их специфику в целях урегулирования соответствующих отношений. С принятием нового Гражданского кодекса РФ интерес к данной проблеме не ослаб, а, наоборот, усилился. И связано это, наряду с общими причинами, с важностью данных категорий, а также с тем, что в Кодексе была сформирована специальная Глава 39 "Возмездное оказание услуг". В этой главе приведен лишь примерный перечень услуг, в связи с чем наметившаяся тенденция к расширению этого перечня должна сопровождаться оценкой природы данного института в целом в сопоставлении с другими смежными институтами.

Законодатель включил в число объектов гражданских прав работы и услуги (ст. 128 ГК). Термины "работы", "услуги" использованы в Кодексе в целом ряде глав и норм (ст. ст. 1, 2, гл. гл. 37 - 39 и др.). Тем не менее, в самих законодательных актах определение данных понятий отсутствует, в связи с чем приходится использовать метод филологического толкования для установления их научного значения и смысла.

Филологически понятие "работы" толкуется многозначно. Одно из толкований исходит из смыслового поля: занятие, труд, деятельность[1]. Взятое в этом значении понятие "работы" охватывает, включает в себя все виды предметно-практической деятельности, в том числе и услуги.

При определении услуг акцент делается на то, что это действие, приносящее пользу, помощь другому [2]. Ясно, что в подобном контексте данные понятия связаны между собой так, что полезная для другого услуга выступает частным случаем (обратной стороной) работы. Если же речь идет о договорных работах и услугах, то есть тех, которые производятся и оказываются для других лиц - заказчиков, то, по мнению М. И. Брагинского, различие между понятиями "работа" и "услуга" не прослеживается и само их разграничение оказывается в значительной мере бесперспективным. Дело в том, что с позиций услугодателя соответствующее действие представляет собой "работу", а для услугополучателя - "услугу"[3]. И таким образом получается, что для характеристики общего, исходного понятия можно использовать любой из терминов. Но, тем не менее, в гражданском законодательстве применяются они в разных значениях и с разным смыслом. В силу многозначности их содержания законодатель воспользовался этим при регулировании всего многообразия общественных отношений, которые складываются при выполнении работ и оказании услуг. Взятые в таком значении, они предстают теперь уже разными понятиями. И здесь важно учесть то обстоятельство, что упоминаемые в ст. 128 ГК РФ работы и услуги как объекты гражданских прав должны охватывать все возможные виды работ и услуг, опосредуемые законодательством. Для выполнения такой нагрузки соответствующие понятия должны иметь в известной мере общий (абстрактный) характер.

Понятием "работы" охватываются все виды подрядных работ, в том числе и деятельность, осуществляемая по договорам на выполнение проектных и изыскательских работ (гл. 37 ГК) и по договорам на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ гл. 38 ГК). Понятие услуг включает в себя также транспортные услуги, экспедиционные услуги (гл. гл. 40, 41 ГК), возмездное оказание услуг (гл. 39 ГК). Однако, к этой группе не следует относить услуги, связанные с займом, кредитованием, банковскими операциями, комиссионной торговлей, хранением, поручением, страхованием и др., так как объекты, по поводу которых они формируются, в ст. 128 ГК уже указаны. Это могут быть вещи, деньги, иное имущество, имущественные права, ценные бумаги.

В научной литературе вопрос о природе подрядных работ как отдельной разновидности объектов гражданских прав является дискуссионным. Взгляды ученых обобщил М. И. Брагинский, представивший их шестью точками зрения. Правда, здесь речь непосредственно идет о предмете договора подряда, хотя параллельно выясняется и вопрос об объекте права. Проблема сводится к тому, что же является объектом: сами подрядные работы, их результат или же то и другое вместе? М. И. Брагинский пишет, что по мнению одной группы авторов, договор (строительного) подряда имеет один, унитарный предмет: законченный строительством и готовый к сдаче объект. Другие авторы также полагают, что в договоре подряда есть только один предмет, состоящий из двух элементов: работы и ее результата. Третьи считают, что предмет (объект) унитарный и выражается он в деятельности подрядчика по возведению и сдаче объекта. Четвертая группа авторов отстаивает наличие в договоре подряда на капитальное строительство двух предметов: самих работ и их результата. Пятые ограничивают предмет договора сдачей готового объекта строительства. И, наконец, шестые считают возможным существование альтернативных предметов: либо законченный строительством объект, либо сам комплекс строительных работ. Сам же М. И. Брагинский предметом договора подряда признает материальный результат деятельности подрядчика, с которым связано возникновение у заказчика права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления). Работы подрядчика служат лишь средством достижения результата [4].

Принципиальное значение предмета (объекта) подрядных договоров в исследуемом нами аспекте состоит в том, что если таковым действительно является результат выполненных работ, тогда объектом всех разновидностей подрядных отношений должны признаваться вещи, которые уже названы в законе (ст. 128 ГК) в качестве самостоятельных объектов гражданских прав. Если же предметом (объектом) договора подряда являются работы, то данный институт по систематике объектов гражданских прав займет иное место. Не исключается также вопрос об особом статусе объектов, формирующихся при реализации подрядных отношений. Уместно привести взгляд А. П. Сергеева на данную проблему. Он также считает, что предметом договора подряда является результат работы подрядчика. Хотя на момент заключения договора результат работ в природе еще не существует, это не означает, что между заказчиком и подрядчиком возникает безобъектное правоотношение. Объект в нем присутствует, но вначале он выражен в виде задания заказчика и содержит требования к тому результату, которого должен достичь подрядчик. В последующем благодаря действиям подрядчика объект приобретает материальную форму [5]. Как можно заметить, А. П. Сергеев, с одной стороны, признает предметом договора подряда результат работы подрядчика, а с другой, к предмету (объекту) относит и задание заказчика, хотя и могущее быть выраженным в объективированной форме (например, строительно-технической документации), но не имеющее иного материального воплощения.

Несомненно, подрядчик своею деятельностью реализует некую идеальную модель, что и приводит к овеществленному результату. Но необходимо учитывать, что пока есть идеальная модель (задание), нет материального результата, с появлением же последнего идеальная модель "угасает", поглощается этим результатом. Поэтому неизбежным является следующий вывод: объект (предмет) подрядного договора - это динамичное явление, проходящее в своем развитии три стадии: идеальная модель (технический проект, рабочая документация и пр.); собственно деятельность (работы) подрядчика; овеществленный результат. Посредством деятельности (работы) подрядчика идеальная модель воплощается в реальном результате. Все три элемента развивающегося объекта имеют большое значение в плане достижения конечной цели - получения строительной продукции как товара. Поэтому попытка выделить какую-либо стадию в развитии объекта и рассматривать ее в качестве самостоятельного объекта подрядного отношения не дает, на наш взгляд, точного представления о движении этого правоотношения и сопровождающем это движение развитие объекта. Не следует, конечно, абсолютизировать понятие идеальной модели и представлять его исключительно в качестве интеллектуального продукта, содержащего все подробности и детали будущего реального объекта. Можно утверждать, что чем сложнее будущий реальный объект, тем более подробной и проработанной должна быть его идеальная модель, и наоборот.

Так, например, подрядчик обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с заказчика неустойки за просрочку оплаты работ. В своих возражениях заказчик сослался на статью 743 ГК РФ, в соответствии с которой подрядчик обязан осуществить строительство и связанные с ним работы согласно технической документации, определяющей объем, содержание работ и другие требования. В связи с отсутствием технической документации, определяющей предмет договора, или соглашения о ее предоставлении договор следует считать незаключенным. Суд удовлетворил иск о взыскании неустойки, так как обязательство не выполнено к установленному сроку и отклонил доводы заказчика по следующим основаниям. Предмет договора, как следует из статьи 740 ГК РФ, является существенным условием договора, при отсутствии которого он считается незаключенным. В соответствии со статьей 743 ГК РФ техническая документация определяет объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, то есть предмет договора. В договоре стороны предусмотрели, что обязанностью подрядчика является постройка хозблока из бруса площадью 6 на 8 метров, и указана договорная цена этих работ. До заключения договора заказчик был ознакомлен с типовым образцом хозблока, возводимого подрядчиком. Следовательно, это свидетельствовало о том, что сторонами фактически был определен предмет договора. У сторон не возникло разногласий по этому предмету договора, и они сочли возможным приступить к его исполнению. Заказчик принял результат работ по акту. Совокупность указанных обстоятельств не дает оснований считать договор незаключенным в связи с отсутствием технической документации [6].

Важно в этой связи подчеркнуть, что даже простейшим работам подрядного типа (например, починка обуви, ремонт одежды, фотоуслуги и т.п.) должна предшествовать определенная идеальная стадия развития объекта подрядного отношения, заключающаяся в осознании исполнителем (подрядчиком) программы (алгоритма) собственных будущих действий, которые должны привести к требуемому заказчиком результату.

Все три стадии развития объекта правоотношения имеют существенное значение для достижения конечной цели - получения реального результата деятельности исполнителя, подрядчика, который (результат) отвечал бы заданию заказчика. Поэтому выделение какой-либо из этих стадий в качестве самостоятельного объекта, по нашему мнению, не достигает цели.

Особенность подрядной деятельности заключается в том, что ее результатом является имущество, могущее обращаться на рынке товаров (исключая объекты, изъятые из гражданского оборота). Поэтому на первый взгляд могло бы показаться, что законодатель, относя в ст. 128 ГК работы к объектам гражданских прав, допустил некоторую избыточность. Действительно, результаты работ рассматриваются как вещи, а они-то уж прочно и навсегда "прописаны" в законе как объекты гражданских прав. Однако, подобные колебания беспочвенны. Без понятия "работы" нельзя представить развивающийся объект подрядных отношений и, следовательно, саму подрядную деятельность. По характеру правового регулирования она существенно отличается от купли-продажи готовых товаров. Поэтому именно "работы" как "созидательную" стадию в развивающемся объекте подрядного отношения законодатель и выделил в качестве объекта гражданских прав.

Подобный объект характерен также для проектно-изыскательских, научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ, хотя эти виды деятельности и имеют определенные особенности. Речь идет о том, что начальная, промежуточная и конечная стадии развития объекта имеют идеальную форму. Задание заказчика, исполнение задания и передаваемая заказчику документация (проектная, технологическая, конструкторская, отчет о НИР и т.п.) есть не что иное, как новое знание, информация, которые могут впоследствии найти то или иное воплощение в конкретном материальном объекте. Результатом данных работ является идеальный объект, выраженный с помощью определенных знаковых систем (языковых, графических и т.п.) на материальном носителе и способный обращаться как товар. Товарные качества таковой объект приобретает не потому, что информация зафиксирована на определенном носителе, а потому, что она обладает стоимостью. Овеществленный результат подрядных работ, как и всякий товар, одновременно имеет и стоимость, и потребительную стоимость, тогда как идеальный результат (интеллектуальный продукт) обладает лишь стоимостью. Овеществленный результат образуется лишь вследствие практического воплощения, освоения интеллектуального продукта. Важно подчеркнуть, что овеществленный и идеальный результаты вышеназванной деятельности в принципе имеют самостоятельный оборот на рынке товаров.

Все сказанное позволяет рассматривать "работы" именно как имущественные объекты гражданских прав. Имущественную характеристику они приобретают вследствие товарности их результатов, способных становиться предметом (объектом) купли-продажи и иных сделок.

К объектам гражданских прав согласно ст. 128 ГК отнесены также услуги: транспортные, экспедиционные, иные (возмездное оказание услуг). Особенностью транспортных и экспедиционных услуг как объектов гражданских прав является оказание их в сфере предметно-практической деятельности при отсутствии результата в виде вещи, товара, пригодного к продаже. Не создавая нового вещного результата, транспортная услуга, тем не менее, имеет своим следствием некоторые изменения в вещно-предметном мире: грузы, пассажиры, почта и багаж перемещаются в пространстве. Потребительная стоимость услуги определяется ее ценностью для грузовладельца, пассажира, отправителя почты и багажа. Стоимость же подобной услуги проявляется в затратах общественно необходимого труда на перевозку (экспедирование) соответствующих объектов. Величину стоимости возможно установить на основе транспортных тарифов, цен на транспортно-экспедиционное обслуживание. При грузовых перевозках стоимость находит прямое выражение в повышении цены перевозимых товаров. Наличие стоимости и потребительной стоимости услуги позволяет, на наш взгляд, относить услуги, как и работы, к имущественной группе объектов гражданских прав.

Как справедливо отмечает Д. Степанов, по общему правилу услуга не имеет вещественного результата, как операция обладает свойством неосязаемости и этим кардинально отличается от наиболее распространенных объектов гражданских прав - вещей. Услуга проявляется в ее эффекте, который воспринимается зачастую на уровне чувств. Тут же проявляется другое ее свойство - трудность обособления и неотделимость от источника. Товар же, вещь может существовать отдельно от своего источника, т.е. производителя.

Еще одно свойство услуги - синхронность оказания и получения. Получение (принятие) ее заказчиком и процесс оказания услуги исполнителем обычно совмещены во времени. При этом только эффект услуги может сохраняться какое-то, возможно непродолжительное, время. Трудно представить ситуацию, при которой услуга будет оказываться в одно время, а приниматься - в другое. Принять услугу до того момента, пока не начат процесс ее оказания, невозможно. Принять услугу после того, как она оказана, также не представляется возможным. Допустимо получение в отдельных случаях эффекта от услуги по истечении некоторого периода времени с момента завершения процесса ее оказания. Из указанного вытекает свойство несохраняемости услуг.

Свойство синхронности оказания и получения услуги в соединении с ее несохраняемостью можно объединить термином "моментальная потребляемость услуг". Такое свойство известно законодателю, иначе как можно объяснить включение в п. 2 ст. 167 ГК, посвященной последствиям недействительности сделок, правила, по которому при двусторонней реституции сторона, которой была оказана услуга по недействительной сделке, обязана возместить другой стороне ее стоимость в деньгах. Все отмеченное приводит к выявлению одного из главных свойств услуги - неустойчивости ее качества [7].

Институт возмездного оказания услуг (гл. 39 ГК РФ) является новым для отечественного гражданского законодательства и имеет общий, собирательный характер. Сюда отнесены разнообразные услуги по перечню, который не является по закону закрытым - услуги связи, медицинские, информационные, образовательные, по туристическому обслуживанию и иные (п. 2 ст. 772 ГК РФ). При этом можно представить себе услуги, весьма далекие друг от друга и по сферам применения, и по субъектам (исполнителям и потребителям), и по достигаемому результату. К примеру, между услугами ветеринарными и аудиторскими различий больше, чем общих признаков, и это нормально, поскольку специфика той или иной услуги требует дифференциации и углубления правового регулирования соответствующих отношений. Следует отметить, что текущее законодательство дает нам достаточно многочисленные примеры подобного специального регулирования услуг, примеры, которые ставят перед наукой и правоприменительной практикой все новые вопросы.

Так, Федеральный закон от 29 июля 1998 года N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" устанавливает, что под оценочной деятельностью понимается деятельность субъектов оценочной деятельности, направленная на установление в отношении объектов оценки рыночной или иной стоимости. При этом необходимо обратить внимание на то, что Закон говорит о деятельности именно субъектов оценочной деятельности, а не только оценщика. В соответствии со ст. 4 Закона, субъектами оценочной деятельности признаются, с одной стороны, юридические лица и физические лица (индивидуальные предприниматели), деятельность которых регулируется данным Законом (оценщики), а с другой - потребители их услуг (заказчики). Насколько можно судить исходя из ст.9 Закона, основаниями для проведения оценки объекта оценки являются договор, а также проведение оценщиком оценки объекта (в том числе повторной) на основании определения суда, арбитражного суда, третейского суда, а также по решению уполномоченного органа. В той мере, в какой в качестве основания проведения оценки принимается договор, оценочная деятельность в части, не урегулированной специальным законом, должна подчиняться установлениям главы 39 ГК о возмездном оказании услуг с учетом отсылочных положений ст. 783 к общеподрядным нормам (ст. ст. 702 - 729) и нормам о бытовом подряде (ст. 779 - 782 ГК РФ). Полагаем, что этот вывод справедлив также и для случая, когда оценка должна осуществляться в обязательном порядке в соответствии со ст. 8 Закона, т.е. в случае вовлечения в сделку объектов оценки, принадлежащих полностью или частично Российской Федерации, субъектам Российской Федерации либо муниципальным образованиям, а также при возникновении спора о стоимости объекта оценки, в том числе: при национализации имущества; при ипотечном кредитовании физических лиц и юридических лиц в случаях возникновения споров о величине стоимости предмета ипотеки; при составлении брачных контрактов и разделе имущества разводящихся супругов по требованию одной из сторон или обеих сторон в случае возникновения спора о стоимости этого имущества; при выкупе или ином предусмотренном законодательством Российской Федерации изъятии имущества у собственников для государственных или муниципальных нужд; при проведении оценки объектов оценки в целях контроля за правильностью уплаты налогов в случае возникновения спора об исчислении налогооблагаемой базы. Во всех перечисленных случаях обязательной оценки в принципе не только возможна, но и необходима именно договорная форма взаимоотношений между оценщиком и заказчиком. В то же время, поскольку речь идет именно об обязательной оценке, необходимо четко представлять себе, в отношении кого установлен данный императив. Вряд ли обязательность в данном смысле предусмотрена для оценщика: он не является ни собственником объекта оценки, ни стороной по сделке с этим объектом. Следуя указаниям ст. 445 ГК о заключении договора в обязательном порядке, Кодексом или иными законами должна быть определена сторона, для которой заключение договора обязательно. Однако таких указаний в действующем законодательстве не содержится. И получается таким образом, что обязательность оценки, не подкрепленная обязательностью заключения договора с оценщиком, является неработающей нормой. В случаях, предусмотренных ст. 8 Закона, оценка производится не в силу императивной нормы, возлагающей обязанность заключить договор с оценщиком на определенную сторону по сделке, а в силу того, что без проведения такой оценки сделка является недействительной (ничтожной) в соответствии со ст. 166 ГК. Тем не менее, оценщик осуществляет свою деятельность как услугу, имеющую товарную форму письменного отчета об оценке объекта оценки, который, в соответствии со ст. 11 Закона, признается единственным надлежащим исполнением оценщиком своих обязанностей, возложенных на него договором. Отсюда можно прийти к выводу, что деятельность оценщика, основанием которой является не договор, а иные указанные в законе обстоятельства (определение суда, арбитражного суда, третейского суда, а также решение уполномоченного органа) не создает услуги в смысле главы 39 ГК и завершается не отчетом, а заключением эксперта (специалиста), имеющим значение прежде всего как одного из средств доказывания для гражданского и арбитражного процесса. Поскольку в отношении одного и того же объекта может быть выполнено теоретически любое количество оценок, завершающихся отчетами, не обязательно совпадающими между собой, законодатель допустил возможность оспаривания достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете, в том числе и в связи с имеющимся иным отчетом об оценке этого же объекта. Указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной подведомственностью, третейским судом по соглашению сторон спора или договора или в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность.

Суд, арбитражный суд, третейский суд вправе обязать стороны совершить сделку по цене, определенной в ходе рассмотрения спора в судебном заседании, только в случаях обязательности совершения сделки в соответствии с законодательством Российской Федерации (ст. 13 Закона). Для целей нашего анализа весьма существенно то, что деятельность оценщика в юрисдикционном процессе, хотя и повторяет содержательно аналогичную деятельность, осуществляемую на основании гражданско-правового договора, тем не менее, не обладает свойством товарности и не может рассматриваться в качестве услуги (даже с учетом оплаты труда оценщика как эксперта).



[1] См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка. - М.: Советская энциклопедия, 1973. С. 586.

[2] См.: Ожегов В. И. Указ. соч. С. 771.

[3] См.: Брагинский М. И. Договор подряда и подобные ему договоры. - М., 1999. С. 229.

[4] См.: Брагинский М. И. Указ. соч. С. 18.

[5] См.: Гражданское право. Ч. 2. Изд. третье, перераб. и доп. / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого.- М.: Проспект, 1998. С. 227.

[6] См.: Пункт 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 24 января 2000 г. № 51 // Вестник ВАС РФ. 2000. № 3.

[7] См.: Степанов Д. Услуги как объект гражданских прав // Российская юстиция. 2000. № 2.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-14
Rambler's
Top100 Rambler's Top100