www.allpravo.ru
   Электронная библиотека
О библиотеке юриста FAQ по работе с библиотекой
Авторское соглашение Пополнить библиотеку

Web allpravo.ru
Новости
Электронная библиотека
Дипломные
Юридические словари
Тесты On-line
Рекомендации
Судебная практика
Расширенный поиск
ЮрЮмор
Каталог
 

ПОДПИСАТЬСЯ НА НОВОСТИ


Email:

Анонсы

Новая публикация:

Казанцев В.В. Криминалистическое исследование средств компьютерных технологий и программных продуктов




Версия для печати
Уголовное право
Рейнгардт Н.В. Необходимая оборона. По изданию 1898г.
<< Назад    Содержание    Вперед >>
IV. (Фазы развития уголовных мышлений)

Общество, представляя социальную систему, состоящую из отдельных взаимно-связанных элементов, индивидуумов, представляет вместе с тем коллективное существо, общественный организм, живущий самостоятельной жизнью и обладающий, как всякий организм, инстинктом самосохранения, что проявляется в поддержании и развитии своей коллективности.

Жизнь и развитие коллективного целого обусловлены не только жизнью и развитием каждого индивидуума, но и смертью последнего.

«Необходимо признаться, говорить О. Конт, что наш социальный прогресс в сущности зависит от смерти, то есть непрерывное движение человечества необходимо предполагает последовательное и довольно быстрое возобновление действующих сил, которое, обыкновенно будучи незаметно в ходе каждой индивидуальной жизни, вполне проявляется при сравнении двух последующих поколений. Социальный организм в этом отношении вполне сходен с индивидуальным организмом, в котором по прошествии определенного времени составные части неминуемо становятся, в силу самых жизненных явлений, неспособными к совместной деятельности и должны быть заменены новыми элементами»[1].

Смерть бывает естественная, когда организм в силу нормального хода вещей заканчивает свое существование, и искусственная или насильственная, когда происходит вследствие нападения другого существа. «Насильственная смерть, говорит Бюфон, представляется таким же необходимым явлением, как неестественная. Это два способа разрушения и обновления, из которых один служит к поддержанию вечной юности природы, а другой поддерживает порядок в ее произведениях, составляя исключительное средство ограничения размножения вида. Означенные эти два способа зависят от общих причин: каждый рождающийся индивидуум исчезает сам собою в конце определенного времени и, если окажется, что он преждевременно уничтожен другим существом, то значит он был лишним»[2].

Как существование индивидуума, так и существование коллективного организма обусловлено количеством продуктов, над добыванием которых сосредоточена индивидуальная деятельность. Таким образом жизнь как того, так и другого существа с экономической точки зрения заключается в непрерывном добывании (производстве) и потреблении, в потреблении и в добывании. Потребление бывает, как известно из политической экономии, производительным и непроизводительным.

«Признаком производительного потребления, говорит Н.Г.Чернышевский, служит то, что оно имеет целью увеличение средств к производству, служит источником нового производства»,[3] содействует увеличению продуктов, а потому потребление тех индивидуумов, которые неспособны к деятельности, соответствующей условиям коллективности, будет непроизводительным. Непроизводительное потребление составляет очевидный ущерб для коллективного благо, для которого индивидуумы, потребляющие непроизводительно, являются тяжелым бременем, а на заре эволюции означенное потребление несовместно, даже с сохранением коллективности, вследствие чего все непроизводительные элементы, неспособные к деятельности, как то старики, а в голодные годы - женщины и дети, убиваются и поедаются[4].

Существование непроизводительных элементов угрожает гибелью остальным, вследствие недостатка продуктов. Известно, что трутни в пчелином улье тернятся только до осени, а затем изгоняются и беспощадно убиваются пчелами работницами. Причина истребления трутней заключается в том, что если бы они остались на зиму, то не хватило бы на всех пищи и непроизводительное потребление трутней привело бы к погибели целый улей.

«Это истребление самцов-трутней, говорит Эпинас, будучи весьма полезной мерой, имеет некоторый характер обязанности. В виду сохранения всего общества должно замолкнуть чувство сострадания. Точно также и в человеческом обществе могут быть случаи, когда уничтожение какой-нибудь группы индивидуумов будет не только социальной необходимостью, но и похвальным действием»[5].

Во всем органическом мире, к которому принадлежит и человек, происходит нескончаемая борьба за существование, вследствие чего слабые организмы устраняются, а сильные сохраняются и передают потомству лучшие качества, выработанные путем упражнения.

Усовершенствование сильных организмов, помимо воли человека, путем наследственной передачи и устранения слабых через вымирание их, составляет так называемый естественный подбор; усовершенствование же организмов при участии воли человека составляет искусственный подбор. Этот важный биологический закон, систематизированный в общем виде впервые Дарвиным, был однако эмпирически давно известен и им пользовались с незапамятных времен для практических целей. При известных исторических и экономических условиях те личности, которые своим существованием могут быть бременем для общества, устраняются искусственно, как, например, старики и даже, при самом появлении на свет, дети, представляющие известные признаки неспособности к коллективной деятельности.

Военный строй Спарты требовал физически сильных личностей, а потому слабые и нездоровые дети при самом рождении предавались смерти, а оставлялись здоровые и обещающие быть сильными. «Употребляя такое средство, - говорит Геккель, - спартанская раса не только поддерживала при исключительных обстоятельствах силу и крепость своего народа, но еще и усовершенствовала эти качества в течение нескольких поколений. Благодаря этому искусственному подбору спартанский народ достиг высокой степени физического совершенства и ознаменовал себя в древнейшей истории великими подвигами героизма. Многие из краснокожих индейцев Северной Америки, не смотря на отчаянную борьбу за существование с белыми, обязаны своим сохранением телесной силе и военным качествам, приобретенным путем искусственного подбора. У них также слабые и обладающие каким-либо недостатком новорожденные дети предаются смерти, сохраняются только вполне здоровые и без всяких телесных недостатков[6].

Таким образом, в начале общественной эволюции подлежали уничтожению, подвергались насильственной смерти те индивидуумы, которых существование представляло непроизводительное потребление, так как подобное существование являлось в ту эпоху антисоциальным, несовместным с интересом коллективности. В этом устранении с жизненной арены непроизводительных элементов заключается начало реакции целого на части, общества на индивидуума.

Сущность приспособления заключается в согласовании индивидууальных качеств (стремлений) с коллективными требованиями.

Отношение неспособного к приспособлению индивидуума к означенной реакции составляют, по выражению II. Лаффита социологическую ответственность,[7] дающую научное основание, как покажем ниже, для юридической ответственности. Эта реакция играет важную роль в истории человеческого развития, как средство изменения человека.

«Везде, на всех широтах, - говорит Летурно, - человек является диким, свирепым животным, пока он не подвергся продолжительной моральной культуре.[8]

На заре эволюции человек жил под непосредственным господством одних только грубых, животных инстинктов. «В этом состоянии, - говорит П. Лаффит, - он не знал никакого другого правила, кроме материальных влечений, которые господствовали над ним исключительно; он ел, когда ощущал голод, пил, когда ощущал жажду, спал, когда клонил его сон. Он действовал под влиянием побудительной силы одних только физических потребностей, не имея никакой другой узды, которую налагает внешняя необходимость. В эту фазу исторического развития он был вполне свободным, вполне независимым, можно сказать неограниченным царем, божеством; он ломает посуду, потому что на это его воля; он не признает никакой обязанности, никакого стеснения. Новая фаза в истории человечества началась только тогда, когда теократическая каста создала первые начала морали. Жрецы, которые основали все человеческие общества, не были праздными тунеядцами, но теми мудрыми правителями, которые, будучи поставлены во главе духовной и светской власти, и, следуя своему социальному назначению, разработали правила, наиболее необходимые для существования общества. Жрецы, наблюдая человеческую натуру, должны были открыть, какие правила могут противодействовать злу и какие возбуждать благо. Только после многочисленных наблюдений, после тяжелых вековых трудов, они открыли, что для индивидуума и для общества полезно побеждать естественные наклонности, оценили пользу чистоты, необходимость не воровать, не лжесвидетельствовать. Таким образом, теократия достигала следующих формул: не убей, не укради, не прелюбодействуй, не делай другому того, чего не желаешь самому себе.

Эти великие формулы характеризуют высокое общественное развитие; но прежде чем наблюдения не открыли соответствующих данных, невозможно было регулировать, человеческую натуру, которую необходимо было предварительно подчинять привычкам, противодействующим естественным наклонностям. Великое правило «чти отца твоего и матерь твою» формулировано для тех существ, которые в начале своей эволюции обладали свойством не почитать своих родителей, а пожирать их при ощущении голода. Правило „не укради'' противоречит природным стремлениям человека, которые очень заметны в детях и у первобытных народов и которые заключаются в присвоении всего того, что нравится. Необходим громадный прогресс для того, чтобы индивидуум, проходя мимо булочной, во время голода не зашел туда и не стащил бы кусок хлеба; ребенок в этом случае действует без всякого колебания, у него нет на этот счет никаких предрассудков. Два миллиона парижан спокойно ожидают момента обеда. В суровую зиму 1794 года парижские пролетарии, вооруженные и всесильные, добровольно принимали гражданский пост и тысячами умирали ради блага отечества; они оказались такими же героическими во время памятной осады Парижа в 1870 году. Это является результатом удивительного могущества проявляемого человечеством в своем развитии»[9].

Надо заметить, что все хорошие качества современного человека приобретены не вдруг, а путем долгой эволюции. Возьмем, например, хоть дух предусмотрительности, являющийся последствием подчинения грубых животных инстинктов более возвышенным стремлением. Подобные качества вырабатываются постепенно, в течение долгих поколений, и дикие народы совершенно не способны сдерживать эти инстинкты. Весьма интересный пример в этом отношении представляет история цивилизации индейцев в Парагвае. В этой стране иезуиты успели преобразовать общий строй жизни индейцев; хотя они приучили их к труду, но не могли воспитать в них духа предусмотрительности для чего, оказывается, нужно довольно продолжительное время, охватывающее жизнь нескольких поколений. Непредусмотрительность индейцев по словам очевидцев представляется неслыханной. Если иезуиты доверяли им быков, то по своей беспечности они оставляли их запряженными до вечера. Часто они их резали, чтобы приготовить ужин, а плуг рубили на дрова. Когда их упрекали в этом, то в свое извинение они говорили, что были голодны[10].

Дух предусмотрительности, уменье управлять своими потребностями характеризуют вполне культурного человека, который приобрел эти качества не только в силу воспитания, но и путем наследственности, путем долгой эволюции, при чем важную роль играла грозная общественная реакция, поражавшая тех, которые не умели управлять этими потребностями, как поразили боги спутников Одиссея, которые

Гибель они на себя навлекли святотатством, безумцы,

Съевши быков Гелиоса, над нами ходящего бога.

Развитие личности шло в зависимости от деятельности, в связи с развитием общественности, налагавшей на личность характер своего состояния. Деятельность человека в своей исторической эволюции, как показано выше, проходит следующие фазы: военно-наступательную и военно-оборонительную, составляющую переходное состояние к промышленной фазе, представляющей нормальное состояние человека.

Существенный характер первым двух боевых состояний представляет насилие, обусловленное животной природой человека, дикие проявления которой стремится обуздать цивилизация, возбуждая и развивая лучшие стороны человеческой натуры. Что касается до промышленной фазы развития, то ее существенный характер составляет труд, т.е. реакция человека на природу.

Процесс исторической эволюции выяснил следующие три главных свойства человеческой натуры, или следующие три качества: первое и самое выдающееся составляет стремление к улучшению, существующее на всех стадиях развития и служащее побуждением к деятельности; второе качество заключается в чувствии сознания долга: оно образовалось, развивалось и укрепилось под влиянием коллективной жизни. Изучая условия означенной жизни в ее постепенном развитии, мы находим, что долг, или обязанность, есть социальная функция, исполняемая свободным органом, индивидуумом или группой индивидуумов, и направленная к сохранению коллективности. Так как направление деятельности обусловлено общественным идеалом эпохи, то этот идеал ложится в основание понятия долга. К исполнению обязанности человек приучается постепенно в течение многих веков, вследствие чего возникает чувство обязанности, чувство долга, неисполнение которого вызывает внутреннюю реакцию в виде укора совести. Таким образом, долг есть деятельность индивидуума, согласованная с общественным идеалом. Наконец, третье весьма важное качество – это усилие, способность господствовать над собою, что метафизики называют свободой воли, или свободой самоопределения. Эта способность развилась постепенно и развитию этого качества наиболее способствовал военный строй общества, где безусловное повиновение вождям требовало постоянного усилия субъекта над личными стремлениями, в виду неминуемой смерти в случае неповиновения. Благодаря этим трем качествам, то есть стремлению к улучшению, чувству долга и усилию над собой явилась возможность выйти первобытному человеку из дикого, животного состояния и путем долгой эволюции сделаться трудящейся личностью, способной жить не для себя только, но для других, для семьи, отечества и человечества, постоянно себя совершенствуя: в этом состоит, как показывает нам история, цель человеческой жизни и социальное назначение личности, что выражается известной формулой Огюста Конта - жить для других. Этот великий нравственный принцип проводят в разной степени все люди, одни спонтанно, бессознательно, другие систематически, сознательно. Те, которые действуют против этого принципа, подчиняясь одним только грубым, эгоистическим инстинктам, являются антисоциальными личностями, деятельность которых несовместна с условиями коллективности, а потому они подлежат устранению. Средством такого устранения является уголовное право, борющееся с антисоциальным явлением, преступлением, посредством наказания, начало эволюции которого заключается в первобытном, уничтожении неприспособляемых элементов.

На всякой ступени общественного развития деятельность индивидуума, несовместная с принципами солидарности, составляет преступление, нарушающее однородный характер целого. В большинстве случаев преступление составляет остаток прошлого, тогда оно согласовалось с общим направлением человеческой деятельности. Так, например, некоторые подвиги Одиссея в современном смысле представляются со всеми признаками разбоя, между тем как в его время, в эпоху военно-наступательной деятельности, они представлялись нормальным явлением, о котором он сам рассказывает царю Антиною, как об обыкновенной вещи:

Ветер от стен Иллиона привел нас ко граду киконов

Измару: град мы разрушили, жителей всех перебили,

Жен сохранивши и всяких сокровищ награбивши много,

Стали добычу делить мы, чтоб каждый мог взять свой участок.

Пиратство (морской разбой) по понятиям древних греков не представляло в себе ничего бесчестного.

«В древности - говорит Оукидид, - эллины и те из варваров, которые жили на материке близ моря, а равно все обитатели островов обратились к пиратству с того времени, как стали чаще сноситься друг с другом по морю. Во главе их становились личности самые могущественные, ради собственной корысти и доставления пропитания слабейшим. Нападая на города незащищенные, состоящие из отдельных поселений, они грабили их большею частью так, добывая себе средства к жизни. Тогда занятие это не считалось постыдными, напротив - даже приносило некоторую славу»[11].

В силу исторической эволюции все подвергается преобразованию, изменению; вследствие изменения общих условий жизни нарождаются новые элементы, старые стремятся приспособиться к новым условиям, а те, которые оказываются неспособными к приспособлению, устраняются. Разбойничество, например, с его наступательным характером, насилием, нарушает однородность мирно-трудовой жизни и в силу новых условий, мало по малу, исчезает, сливаясь с существующими элементами.

Еще в XVI ст. в цивилизованных странах Европы разбойничество, по словам Тарда, давало право на военное повышение. Так, испанская армия, самая дисциплинированная на свете, часто заключала в своих рядах убийц и разбойников. Случалось, что последние, не имея возможности продолжать свое ремесло в виду небезопасности, составляли компанию и во главе с атаманом отдавались добровольно в руки правительства, которое присоединяло их к какому-нибудь из полков, причем атаману жаловало капитанский чин[12].

В новейшие времена разбойничество не согласуется с условиями коллективной жизни, а потому разбойник является чуждым элементом, нарушающим однородность среды.

«Первобытные кочевые народы, стремившиеся к оседлости - говорит Тард - встречали постоянную опасность со стороны диких животных, с которыми вечно сражались. С этими врагами человечества боролись Геркулес и другие легендарные герои. Позднее, когда варварство стало употреблять усилия к достижению цивилизации, явился другой бич, которого необходимо было уничтожить, - это разбойничество, составляющее организованное преступление и представляющее препятствие к прогрессу. Императрица Екатерина II уничтожила в России этот бич, укротив казаков и татар, «христианских и мусульманских разбойников» - по выражению Рамбо»[13].

Укрощение их императрицей Екатериной II-ой заключалось в том, что она, продолжая традиции русских царей, присоединила эти элементы к цивилизации, обратив их в военную службу, и из врагов мира и порядка сделала защитниками последних. Означенные элементы, как видно, вполне приспособились к общему характеру коллективной жизни России и свои стремления согласовали с требованиями последней.

И так, из изложенного следует, что преступление есть уклонение индивидуальной деятельности от общего направления коллективной, уклонение, нарушающее принцип солидарности и вызывающее реакцию террористического характера. Известный закон механики (Ньютона) о равенстве действий с противодействием имеет применение не только в физическом мире, в виде закона сохранения энергии, но и в моральном и социальном, где он формулируется таким образом: действие вызывает противодействие. Так, опасность вызывает чувство страха, обида чувство мести, нападение - оборону, индивидуальную или коллективную.

Уголовное право, будучи формой коллективной обороны, составляет проявление в социальном мире закона Ньютона, реакции общества на индивидуума, реакции, вызванной преступной деятельностью последнего. Эта реакция, действуя постоянно и систематически, преследовала следующие три задачи: уничтожение совершенно неспособных к приспособлению элементов, исправление способных и направление страхом наказания к приспособлению остальных. Страх, по верному замечанию кардинала Ришелье, есть основание всех обществ, а, следовательно, условия управления индивидуумами. Таким образом, юридическая ответственность, составляя видоизменение социологической, состоит в том, что индивидуум, нарушивши принцип солидарности, должен подвергнуться определенной каре, и существенные условия этой ответственности заключаются в неприспособляемости означенного индивидуума и его разнородности. Законодательства всех народов, как древних, так и новых, имеют в виду эти условия, хотя они находятся в неявном состоянии, скрываясь под формой опасности, с которой они неразрывно связаны. Чем более индивидуум проявляет неприспособляемости и разнородности, тем более он представляет опасности для общества и тем большей подвергается ответственности.



[1] A. Comte – Cours de philosophie pasitive, t. IV.

[2] Buffon – Histoire naturele, t. VII.

[3] Д. С. Милль. Основания Политической Экономии, перевод с примеч. Н.Г.Чернышевского

[4] Letourneau — L'evolution de la Morale.

[5] Alfred Espinas - Les Societes animales.

[6] Haeckel Histoire de la creation der etres organises.

[7] Pierre Laffitte Cours de Philosophie premiere.

[8] Ch Letourneau — L’evolution de la morale, 109.

[9] Pierre Laffitte - De la morale pesitive.

[10] Villiaume – Nouveau traite d’Economie politique, t. I, p. 67.

[11] Оукидид – История пелопонез. войны, Т. I. пер. проф. Мищенко.

[12] Tarde – La Philosophie penale.

[13] ------ Ib.

<< Назад    Содержание    Вперед >>




Карта сайта Вакансии Контакты Наши баннеры Сотрудничество

      "ВСЕ О ПРАВЕ" - :: Информационно-образовательный юридический портал ::allpravo © 2003-20